Новогодний бал с огоньком 2. Драконица в мужской Академии

Глава 2

2.1

День за днём я проводила зачастую в полубессознательном состоянии, лёжа в мехах на печи и практически не выходя из избы. Судя по неразборчивому ворчанию Алластия, так на меня подействовал яд серебристого волка, которого я убила.

— … ещё повезло тебе, — бубнил лесничий, в очередной раз перевязывая насквозь пропитанную мазью повязку. — Одна капля этого яда за сутки убивает здорового мужика.

Однако я его практически не слушала: всё тело то пламенем горело, то, словно бы, покрывалось толстой коркой льда. В голове всё мутилось и гудело, а когда наконец отпускало, то Алластий тут же пихал мне под нос плошку ароматного супа или тарелку жаркова, чтобы совсем не обессилила.

Однажды лесничий, вернувшись с охоты в особо хмуром настроении, принёс с собой жуткий клык какого-то животного. А после, напевая под нос уже знакомую мне печальную мелодию, покрошил его и добавил в отвар.

Такое пить я наотрез отказалась! Хоть и мутит сильно, но я же не совсем с ума сошла, чтобы принимать такую гадость, которая, к тому же отвратительно пахла кровью и пеплом.

— Вот упрямица, — расслышала я как через пелену ваты знакомое обращение. Только раньше меня так называла Нина. — Это отвар из клыка серебристого волка.

— Так в нём яд! — прохрипела я, отстраняясь.

— При должном умении и яд может стать противоядием, — упрекнул Алластий и влил-таки эту гадость мне в рот.

***

Лихорадить меня перестало только к концу первой недели. Не знаю, помогло ли в этом гадкое пойло, названное Аласстием «целебным противоядием» или всё дело в моей природной упёртости и диком желании жить, чтобы наконец-то вкусить настоящей свободы. Однако, когда суровая северная зима полностью вошла в свою силу, я уже была на ногах и вертелась вокруг лесничего точно как та детская игрушка, которую когда-то принесла мне тётушка Ниенна. И часу не удавалось усидеть на месте.

— Ты совсем меня не слушаешь, Шайнари, — строго проговорил лесничий, раскладывая на определённой части стола пучки сухих трав. — Ты должна знать, что лечит весенник первоцветный.

Я тут же оторвалась от задумчивого созерцания темноты закрытых ставень за которыми уже третий день бушевала непроглядная метель, не позволяющая даже носу наружу высунуть.

— И какой будет мне прок от этих знаний в мужской, — я сделала красноречивый акцент, — Академии Магии?

Этот план мне до сих пор жутко не нравился!

— Дело вовсе не в Ардвурде, а в выживании, — нравоучительным тоном ответил мужчина. — Куда бы ни занесла тебя судьба, пусть в крепость на краю света или в самый престижный столичный Университет магии имени Граймса знания травалогии не будут лишними. Знания — это сила.

А сильной я стать хотела, причём отчаянно. Чтобы больше никогда в жизни не быть чьей-то игрушкой и ни от кого ни в чем не зависеть. Осознав, что своими словами Алластий моё внимание всё же подловил, я решительно придвинулась ближе и уставилась на засушенные пучки трав.

— Весенник первоцветный, — продолжил вещать лесничий, отправляя в небольшую каменную ступку щепотку мелких белёсых цветочков, — унимает тревогу и лечит твои сны от непрошенных ночных кошмаров.