Новогодний бал с огоньком 2. Драконица в мужской Академии

5.5

Ньял незамедлительно поднялся, вставая между мной и возникнувшей, будто из неоткуда стаи. Они следили за нами?

Помимо белоснежной волчицы с глазами, ярко пылающими голубым огнём, было ещё четверо здоровенных волков, хотя все они по размерам и уступали Ньялу в его истинной форме. Во взгляде двоих из них я могла различить человечность, остальные двое, судя по-всему, были дикими, однако нападать на нас не спешили.

На секунду широкая спина Ньяла загородила мне весь обзор, и когда я взглянула на волчицу-предводительницу в следующий раз, то обнаружила, что она уже обратилась в человека.

Её грудь и бёдра прикрывали те же обрывки ткани, что были и у Ньяла в нашу первую встречу. Интересно, как же всё-таки работает их магия превращения? И почему волки должны снимать одежду несмотря на то, что на них всё же что-то остаётся после обратного обращения в человека?

Девушка, появившаяся на месте волчицы, по виду, была немного старше меня, наверное, одного возраста с Ньялом. Длинные белые волосы, поблескивавшие серебром, закрывали обнаженные сильные плечи. Вся её фигура была словно вытесана из камня, как и лицо с острыми, практически, звериными чертами. Она сделала угрожающий шаг вперёд, яростно сверкнув глазами в Ньяла.

— Так вот, чем ты занимаешься, пока мы патрулируем территорию, — выдала она низким голосом настоящей северянки. — Проводишь время с этой человеческой девчонкой. Ты показал ей священное место встречи Небесных Огней, куда истинные гракха приводят своих наречённых.

— Кэра, прекрати, — тихо, сквозь зубы прорычал Ньял, предупреждая.

Наречённых?

Ещё двое альф обратились и уже удерживали свою соплеменницу, взяв её под руки. Они оба были такими же беловолосыми и крепко сложенными. Однако все втроём отличались от Ньяла светлой кожей и отсутствием татуировок.

— А кого привёл ты?! — волчица же, не обращая внимание на попытки её остановить, только распалялась, голос её звучал все громче и злее. — Человеческую девку! Ту, что убила троих наших! Ты совсем свихнулся, Ньял?!

Атмосфера на склоне всё тяжелела, набухая, грозя перерасти в открытый конфликт, и я осторожно потянулась к кинжалу, висевшему на поясе, обхватила деревянную потертую ручку, ощущая прилив спокойствия и рассудительности.

Надо уходить отсюда и при этом, желательно, никого не спровоцировать.

— Кэра! — рявкнул Ньял так, что где-то с горы посыпалась каменная крошка, а в следующий момент воцарилась абсолютная тишина.

— Ты забываешь, с кем разговариваешь, Кэра, — продолжил вожак уже чуть тише, но так же грозно. — Ещё раз оспоришь мои решения и я изгоню тебя из клана.

Угроза громыхнула, словно молния посреди зимы. Не сложно было догадаться, что это высшая мера наказания среди народа гракха.

— Ты изменился, Ньял, — более спокойным тоном отозвалась Кэра, хотя в её голосе всё так же сквозила опасность.

Девушка гордо вскинула подбородок, словно бросая вызов.

— Либо из стаи уйдёт она, — волчица указала рукой на меня, не забыв пронзить злым взглядом, — либо уйду я!

И, не дожидаясь ответа, она обратилась зверем и в несколько прыжков скрылась со скалы.

Остальные же альфы-гракха остались стоять на месте, дожидаясь приказов вожака. Хотя по их лицам было видно, что в данном случае мужчины молчаливо поддерживают соплеменницу, однако спорить с Ньялом явно опасаются. Дикие, позади них, нервно рычали, прижимая уши и переминаясь с лапы на лапу.

— Проследите, чтобы Кэра добралась до дома без приключений, — приказал Ньял, не утрачивая строгости.

И вскоре на склоне мы опять остались одни.

— Пожалуй, мне пора, — я попыталась как можно скорее проскользнуть мимо беловолосого, но тут же была перехвачена.

Жёсткие пальцы до боли впились в моё запястье, а над головой прозвучала сталь:

— Одна ты никуда не пойдёшь.

В ответ во мне тут же вспыхнул протест. Резко развернувшись к мужчине, я встретилась взглядом с потемневшими золотисто-зелеными глазами.

— Попробуешь остановить меня — пожалеешь!

На секунду его хватка стала ещё сильнее. После неё наверняка останутся следы. Но потом Ньял поспешно разжал пальцы, выпуская мою руку.

— Даже не думай. Ты не пойдешь одна, Шайнари, — бескомпромиссно заявил гракх, стягивая с себя плащ и рубашку. — Я проведу.

Мой взгляд скользнул по затейливой вязи его татуировок.

У меня к этому волку появилась целая масса вопросов, от которых ему не отвертеться. Главное, подобрать подходящий момент.

***

На следующее утро Ньял явился как обычно ещё до рассвета. Втроём мы позавтракали. Ни Алластий, ни Вендетта глаз не спускали с нас двоих, поглядывая то на меня, то на привычно хмурого гракха.

Вчера вечером наставник никак не прокомментировал мой поздний приход, я же была абсолютно без сил и, как можно скорее завершив все хозяйские дела, в обнимку с крольчихой, просто рухнула на кровать и уснула.

Сейчас эти двое снова молчали и, явно, что-то не договаривали о нас с Ньялом. Однако как не пытай лесничего и пушистое порождение его бороды, никто из них так и не расколется.