Новогодний бал с огоньком 2. Драконица в мужской Академии

7.4

Некогда горгульи были разумной расой живых существ. По приданиям, Ардан сотворил их сразу после орков, которых вылепил из песка и глины. Горгульи же стали порождением камней и потоков ветра. Однако внешне они мало чем отличались от дикого степного народа: те же сплюснутые морды, лишь отдалённо напоминающие человеческие; так же как и телосложение — вытянутые когтистые лапы, возможно, бывшие некогда руками; торс, представляющий собой переплетение мускул, по-звериному изогнутые ноги. И, конечно же, широкие кожистые крылья, чем-то похожие на драконьи, только с тремя пальцами на сгибах.

По сей день остаётся загадкой, как именно горгульи утратили свой разум, хотя все мнения сходятся на том, что это произошло во времена Вечной Ночи, когда история целого мира разделилась на «до» и «после».

Сейчас же этих крылатых монстров впрягают в специальные воздушные кареты или сани, но то привилегия богатых: не так-то просто изловить диких горных горгулий и приручить их к повозке или седлу. Для этого им подпиливают клыки, срезают опасные когти и рога и набрасывают на морду зачарованную уздечку.

Жестоко? Так я думала до того момента, пока нос к носу не встретилась с этими тварями во время одной из горных охот.

Со своей жертвой горгульи могут играться долго. Неважно олень то или человек. Они перегрызают добыче сухожилия, чтобы та не сбежала далеко, а сами, издавая противное гарканье, пускаются в ленивую погоню и будут преследовать свою цель пока она не истечёт кровью и не сдастся.

После этого я решила для себя, что уж лучше встретить горгулью на привязи, чем свободно гуляющую возле человеческого жилья.

— Шайн, — Алластий снова обратился ко мне моим мужским именем и спустя столько времени оно уже не звучало таким непривычным. — Что я тебе говорил про дисциплину и ребячество?

— Что они не совместимы, — отозвалась я, уже спрыгивая с телеги. — А ещё говорил, что на факультете Фаленвал, куда я непременно попаду, ценится геройские качества.

— Пошугать горгулий — сложно назвать героизмом, — недовольно цокнул языком наставник, однако препятствовать не стал.

— Я сгоню их обратно в Чащу, — произнесла не оборачиваясь, направляясь к ближайшим монстрам.

Гнилостный запах разлагающегося трупа я ощутила ещё шагах в двадцати. Кажется, некогда это было степной ланью, теперь же — бесформенный ворох вывалившихся внутренностей, над которым раздавалось громкое и омерзительное чавканье.

Яростный огонь сам лёг мне в руку, однако я сдержала его. За эти несколько месяцев упорных тренировок мне в конце концов удалось совладать с бушевавшей внутри пламенной стихией. Хотя каждый раз так и подбивало воспользоваться ей. Однако Алластий предупредил, что этот огонь оставляет за собой явный магический след, по которому ищейки легко найдут меня.

Поэтому, когда первая тварь метнулась в мою сторону, то была отброшена всего лишь силовой волной горячего сжатого воздуха. Я скинула с плеча лук, наложила стрелу и прошептала новое заклинание, вытягивая изнутри тонкие нити магии — вокруг меня тут же выросла защитная сфера, а наконечник стрелы полыхнул концентрированным колдовством.

Несколько выстрелов и вся небольшая стая недовольно урчащих существ бросилась к тёмному лесу, а мне оставалось только играть роль пастуха: направлять жуткое стадо, подбивая отстающих монстров. А после того, как горгульи скрылись глубоко в Чаще, я, для несчастного истерзанного животного сотворила на поле, среди вереска и камней небольшую, но глубокую могилу. Быстро, при этом не прибегая к помощи лопаты.

С магией я чувствовала себя безгранично могущественной, готовой дать отпор любым невзгодам. От этих мыслей в венах вскипала кровь, а огонь разгорался ярче. Теперь понятно, почему герцог Алларон так рьяно ограждал меня от использования этой силы.

«Вот только ты совсем не знаешь, на что способен он и его ледяная магия, — сказал мне однажды наставник. — Его до сих пор не поймали и не казнили, потому как Ла Алларон один из сильнейших заклинателей в Империи»

От этих мыслей, снова захвативших моё внимание, липкие мурашки пробежали по телу. Поэтому я не сразу заметила угрозу, надвигающуюся с боку.

Она из крылатых тварей подобралась достаточно близко, чтобы рискнуть нанести мне удар, и если бы не заранее сотворённый щит, то её атака была бы удачной. Я слишком расслабилась. Но быстро это исправила, отбросив горгулью на несколько шагов движением кисти.

Она тут же подскочила, зашипела, обнажая неровный ряд острых, словно бритвы, зубов. Маленькие полностью чёрные глаза уставились на меня, а в следующую секунду горгулья распахнула перепончатые крылья.

Если она поднимется в воздух, то сражаться с ней придётся намного труднее, а мы итак задержались дольше положенного. Поэтому я воспользовалась самым действенным и быстрым способом: сконцентрировала свой взгляд на ониксовых яблоках глаз чудовища и призвала огонь, позволяя тому растечься по моим вискам.

Горгулья испуганно и почти по-человечески вскрикнула, схлопнула от страха крылья и метнулась в Чащу.

Я выдохнула, пряча сопротивляющееся пламя обратно в глубины своего сознания и вернулась к телеге. Алластий подстегнул поводьями, однако Морковка итак был не прочь убраться отсюда побыстрее, поэтому бодрой трусцой пустился дальше по дороге.

— Всегда будь осмотрителен, используя этот взгляд на ком-то, Шайн, — мрачным голосом проговорил наставник. — Особенно, если будешь использовать его против человека.