Новогодний дед со штрих-кодом

Глава 5. В котором все кошки серы, а бывшие жены — внезапно на горизонте

Идиллия длилась чуть больше месяца. Достаточно, чтобы привыкнуть к его тяжёлым шагам на лестнице, к запаху его кофе по утрам (он приносил свои зёрна и снобистски относился к моей растворимой «отвратительной бурде»), к тому, как он мог молча сидеть рядом, читая что-то на планшете, и его присутствие не давило, а, наоборот, делало пространство завершённым.

Мы не стали с ним «парой» в классическом, выставляемом напоказ смысле. Мы просто были. Он проводил у меня несколько вечеров в неделю, иногда оставался на ночь. Я один раз сходила к нему в офис — стерильное, минималистичное пространство с панорамными окнами, где он превращался из «моего Глеба» обратно в Глеба Борисовича, владельца сети «Сказка в дом». Это было странно — видеть его в этой роли, но в его взгляде, когда он ловил мой глаз через стекло переговорки, я узнавала того же человека.

Мы начали делать маленькие, бытовые вещи вместе. Ходить в гипермаркет за продуктами (он выбирал мясо с сосредоточенностью хирурга, я — сыр по принципу «красивая упаковка»). Сидеть в воскресенье за одним столом: он со своими отчётами, я с эскизами. Иногда мы спорили — он о прагматичности, я о креативности. Но спорили с интересом, а не со злостью.

Именно в один из таких спокойных воскресных вечеров всё и завертелось. Мы смотрели документальный фильм про дикую природу, и Маркиза, как всегда, пыталась поймать лапой птиц на экране. Глеб сидел, задумчиво поглаживая её за ухом, и вдруг сказал:

— Знаешь, в следующую субботу у меня корпоратив. Годовщина компании. Приходи.

Это прозвучало не как вопрос, а как спокойное предложение. Но за ним стояло многое. Выход в свет. Встреча с его миром, его людьми. Признание меня частью его жизни не только в стенах моей квартиры.

— Я... — запнулась я. — А что я там буду делать? Стоять рядом и улыбаться, как трофейная дизайнерша?

— Ты будешь собой, — сказал он просто. — Будешь есть канапе, критиковать скучные тосты и спасать меня от разговоров с самым занудным моим бухгалтером. Я представлю тебя как Анну. Мою подругу. Всё.

Слово «подруга» резануло. Оно было таким... неопределённым. Но с другой стороны, что ещё? Мы же не объявляли о помолвке.

— Хорошо, — согласилась я, чувствуя лёгкий мандраж. — Но только если там будет открытый бар.

— Будет, — он улыбнулся. — И даже нормальное шампанское, а не то игристое пойло, что ты обычно покупаешь.

Подготовка к корпоративу вызвала у меня приступ лёгкого помешательства. Юлька, моя подруга, которую я наконец-то посвятила в подробности, орала в трубку: «Чёрное платье! Только чёрное! Строгое, но с намёком! Чтобы все эти офисные нимфоманки обзавидовались!». Я перемерила весь гардероб и в итоге купила новое — именно такое. Простое, элегантное, чуть выше колена, с открытыми плечами. Оружие неуверенной, но готовой к бою женщины.

В субботу вечером Глеб заехал за мной. Увидев меня, он замер на пороге. Его взгляд, медленный, оценивающий, скользнул с ног до головы, и в его глазах вспыхнуло то самое знакомое тепло, смешанное с гордостью.

— Ты выглядишь... невероятно, — сказал он тихо. — Я, пожалуй, самый счастливый мужчина на сегодняшнем мероприятии. Или буду, если выживу.

Площадка для корпоратива оказалась стильным лофтом. Всё было как в кино: приглушённый свет, джаз, официанты с подносами, толпа хорошо одетых людей с бейджиками и деловыми улыбками. Когда мы вошли, несколько пар глаз тут же устремились на нас. На меня — с любопытством, на Глеба — с ожиданием.

Он взял меня под руку и повёл вглубь зала. Представлял кратко: «Коллеги, это Анна. Анна, это наши финансовый директор, руководитель отдела продаж...». Я улыбалась, кивала, старалась запомнить имена. Меня изучали. Взгляды женщин были особенно пристальными — оценивающими, сравнивающими. Я чувствовала себя экспонатом на выставке «Новая пассия босса».

Но Глеб был рядом. Его рука на моей спине была твёрдой и уверенной. Он не отходил, вовлекал меня в разговоры, ловил мой взгляд, когда я начинала теряться. И постепенно я расслабилась. Да, я не знала их шуток про прошлогодний корпоратив, но могла поддержать разговор о новом законе о рекламе или о трендах в дизайне. Оказалось, я не так уж и плоха в этой игре.

Всё пошло под откос, когда к нам подошла она.

Высокая, стройная блондинка в идеальном красном платье, которое сидело на ней как влитое. У неё было лицо модели и холодные голубые глаза, которые мгновенно просканировали меня, вынесли вердикт и перешли на Глеба. На её губах играла улыбка, но глаза оставались ледяными.

— Глеб Борисович, наконец-то! — её голос был мелодичным, но с металлическим оттенком. — Я уже думала, вы нас покинули. И не представите свою спутницу?

— Ксения, — кивнул Глеб, и в его приветствии я уловила лёгкую натянутость.

— Это Анна. Анна, это Ксения, наш директор по маркетингу.

— Очень приятно, — протянула я руку.

Ксения пожала её с такой лёгкостью, будто боялась испачкаться.

— Невероятно приятно. Глеб Борисович такой скрытный, никому ничего не говорит. А вы, Анна, чем занимаетесь?

— Я дизайнер, — ответила я, стараясь звучать уверенно.

— А-а, творческая личность, — сказала Ксения с такой интонацией, будто я только что призналась, что гадаю на картах таро. — Как мило. Надеюсь, вы вдохновляете нашего трудоголика на что-то, кроме графиков и отчётов?