Новогодний дозор или В каждой избушке свои погремушки

Глава 4 _ 3-е января

Глава 4

3-е января

Проспали все долго. Даже Аля вставать не торопилась. Мышь первой выбралась из-за печки и огляделась. Домового видно не было. Васисуалий обнаружился спящим на окне. Метель, наконец, унялась и кот подставлял спину совсем ещё не греющему январскому солнцу. Но мышь его понимала: даже смотреть на яркий, пусть и холодный солнечный свет было приятно.

Она пробежалась туда-сюда под кроватью, в надежде обнаружить домового. Но надежды не оправдались, только аппетит разгулялся. На хозяйском столе со вчерашнего дня ничего не изменилось – одни пустые тарелки, которые Аля даже собрать не удосужилась. «Делать нечего, придется будить Ваську» – решила мышь.

Соблюдая осторожность, на случай если хозяйка вдруг проснётся, она не стала открыто перебегать комнату, а ходко потрусила вдоль стен к окну, где дрых рыжий котяра. Когда мышь уже карабкалась вверх по занавеске, она вдруг сильно качнулась и на неё сверху уставилась заспанная физиономия домового.

– А вот и наш супермозг пожаловал, – не очень приветливо проворчал он, но руку всё же подал и мышь ловко заскочила на подоконник.

– Вот ты где. Я думала, ты ещё спишь. А вы тут меня, как видно, обсуждаете. Так и знала, что все мужики сплетники. – не осталась она в долгу.

– Да, обсуждаем, но не тебя. И вот, что я подумал, – Фомич поскреб макушку. – Чтобы новая хозяйка захотела тут остаться, надо ей нового жениха найти, из местных.

– А что, в нашей деревне полно холостых и не женатых? Да ещё таких, чтобы городской девушке понравились?

– В деревне, пожалуй, нет. Но Васисуалий подкинул одну неплохую идейку.

Тут раздался скрип кровати – Аля проснулась, встала и пошла к умывальнику. Мы с домовым забились поглубже за занавеску и затихли, а наш котяра тут же спрыгнул с окна, подошёл к хозяйке и стал тереться об её ноги, ласково урча.

– Ты смотри, каков наглец! – шёпотом пропищала мышь. – Пошел завтрак выпрашивать, а нас вроде тут и нет.

– Не завидуй, лучше послушай, что мы придумали. – Домовой наклонился к самому мышиному уху и зашептал: – В прошлом году весной, аккурат в марте, Васька загулял. Неделю домой носа не казал, даже есть не приходил. Алевтина Степановна беспокоилась, помню, шибко. Но, что поделаешь? Против природы не попрешь.

– Фомич, а покороче можно? Про его кошачью природу мне всё известно. Ты к делу давай.

– Не перебивай старших, – недовольно шикнул он. – Так вот. Явился он через неделю грязный, худющий, побитый весь. Но, что хуже всего, кашлял сильно и есть отказывался.

– Ну и как отсутствие у Васьки аппетита связано с женихом для Алевтины? – не выдержала таки мышь.

– Опять! – сердито зыркнул на неё домовой.

– Молчу, молчу.

– А связано это так. Чтобы Ваську вылечить, привезли врача из райцентра. Николай за ним на тракторе сгонял. Врач «ветеринар» называется. Он микстуру какую-то привёз и укол Ваське сделал. Сказал, что кот воспаление лёгких нагулял, и, что его теперь неделю колоть нужно. – Фомич аж передёрнулся при воспоминании о страшной процедуре.

– Это, конечно, очень познавательно и даже трогательно, но давай всё-таки про жениха, – взмолилась мышь.

– Да-да… про жениха… Так вот. Ветеринар этот вполне нам подходит в качестве жениха. Молодой, симпатичный, образованный – все, как говориться, при нём.

– Думаешь, он нашей новой хозяйке понравится?

– Думаю понравится. Просто не может не понравиться. Они влюбятся друг в друга, и она тут останется. Ну и вы, опять же, под медицинским присмотром будете.

– Ага… – призадумалась я. – Но он же, как ты говоришь, в райцентре, а мы здесь. И как же мы его сюда заполучить сможем?

– А для этого у нас Васисуалий, опять же, имеется. Изобразит больного, хозяйка ветеринара начнет искать, а он у нас тут такой один. Вот всё и сладится.

– Конечно, вопросов многовато: сумеет ли Васька убедительно сыграть больного, станет ли Аля искать врача, согласится ли он сюда ехать, понравятся ли они друг другу? – принялась вслух рассуждать мышь. – Но идея мне нравится. А Васька согласен?

– Пока нет. Говорит, что больше не хочет свой зад под иголки подставлять.

– Надо его уговорить. Сейчас новая хозяйка его накормит, он подобреет и мы его уломаем.

Пока мышь с домовым шептались на подоконнике, Васисуалий с аппетитом уже уминал выданный хозяйкой завтрак. Что он ел, было не разглядеть, но пахло очень вкусно – похоже рыжему прохвосту досталось что-то мясное.

Алевтина собрала со стола вчерашнюю посуду и теперь мыла её на кухне.

– Фомич, надо бы нам в свой укромный уголок под кроватью переместиться, пока хозяйка делом занята и нас не видит.

– И то правда, – согласился он и ту же испарился.

«Все-таки с воспитанием у домовых плоховато – мог бы и помочь даме», – подумала мышь и, вздохнув, стала спускаться по занавеске на пол. Аля стояла к ней спиной, и мышь, не таясь, шустро пересекла комнату.

Домового под кроватью не оказалось. Мышь выглянула в кухню. Васька всё ещё ел, при этом его уши странно шевелились, как будто ему кто-то в них дул. Она вернулась под кровать и стала ждать – вернутся же они когда-нибудь. В животе у неё урчало, запах еды раздражал и она всё больше злилась на своих товарищей за равнодушие к голодному соратнику, то есть к ней.