Новогодний экспресс в любовь

Глава 2

Но на следующий день идея приехать в Иркутск показалась уже не такой блестящей. Билеты на ближайшие рейсы оказались раскуплены, а поезд до Сибири шёл целых три дня, да ещё и с пересадкой в Москве. Стася упала на жёсткое сидение в зале ожидания и с тоской посмотрела на светящееся табло. Механический голос поздравлял пассажиров, а у неё настроение было совсем не праздничным. Она закрыла глаза, пытаясь воскресить в памяти Сашин образ. У него были смеющиеся карие глаза, тонкий нос с еле заметной горбинкой и вечно обветренные губы. Самые сладкие в мире. Она шалела от его поцелуев, а её кожа искрила от каждого прикосновения. Ей так нравилось зарываться пальцами в его густые каштановые волосы, вдыхать его запах мяты, древесного одеколона и крепких сигарет. Он казался обманчиво хрупким, но на самом деле конструкция его мышц была так крепка, что он с лёгкостью мог носить её на руках, нисколько не уставая. Чем Стася и пользовалась на первых порах. Сердце заныло от воспоминаний. Конечно, нужно ехать! Ведь он же её любимый, самый близкий человек на этом свете. Ни вечно занятая в своём театре отстранённая мать, ни витающий в писательских думах отец, не слушали её так, как слушал он. Им никогда не было до неё дела, но Стася привыкла к этому и была даже рада родительскому равнодушию. По крайней мере, никто не донимал, когда она приходила домой навеселе или не являлась вовсе, оставаясь ночевать у Саши.

Она решительно встала с сидения и подошла к кассе.

- Один билет до Иркутска, — девушка протянула паспорт в окошечко.

- Сейчас посмотрю, есть ли места, — усталая кассирша даже не посмотрела в её сторону. — Так, имеется только вариант с пересадкой. Отправление сегодня вечером. Поезд «Афанасий Никитин», восьмой вагон, место тридцать шесть. До Москвы идёт три часа. Затем пересадка, поезд Москва-Чита. Но остались только самые дорогие места, в двухместном купе. Будете брать?

- Да, — твёрдо ответила Стася, выложив всю имеющуюся наличность. Двухместное купе действительно оказалось дорогим. «Ну и ладно, зато три дня буду ехать с комфортом. Главное, чтобы соседство оказалось нормальным», подумала Стася, забирая билет и паспорт.

- И чего вам всем дома не сидится, — проворчала кассирша и выставила табличку «Перерыв».

- Пап, мам, я сегодня уезжаю, — сказала Стася за ужином. Чемодан давно был собран, а подарки Саше — коллекционный нож ручной работы и самовязаный разноцветный шарф — лежали на дне рюкзачка.

- Куда? — рассеянно спросила мама, не отрываясь от чтения сценария.

- К Саше, в Иркутск.

- К Саше? А он разве не приедет? — папа недоумённо поднял на неё глаза.

- Он не сможет. Поэтому к нему поеду я. Билет уже купила, поезд отправляется через три часа с Ладожского вокзала, — отчиталась Стася.

- Дочка, ты уверена? — в голосе мамы не было особого беспокойства.

- Уверена.

- Ну ладно, поезжай. Только не забывай звонить, чтобы я не волновалась.

«Можно подумать, ты когда-нибудь обо мне волновалась», хмыкнула Стася, отправляя в рот ложку с супом. Но вслух, конечно, ничего не сказала.

- А как в институте дела? — спросил папа, не понимая головы от своего блокнота с черновиками очередного опуса.

- Нормально. Сессию закрыла ещё два дня назад, — Стася подвинула к отцу тарелку. — Пап, остынет же.

- Да-да, — он рассеянно пошарил по столу в поисках ложки. Стася терпеливо вложила ложку в его пальцы и протянула хлеб. Она привыкла к тому, что отец постоянно выпадал из реальности в своих припадках вдохновения.

- Ладно, родители, мне пора, — она стала из-за стола. — Позвоню уже из Иркутска, наверное.

- Удачной поездки, милая.

До поезда её провожала Мила. Она крутила роман с каким-то бандосом, поэтому подкатила к дому на красном автомобиле марки «Ниссан». Эта модель напоминала «джип», была оборудована по последнему слову техники и стоила бешеных денег. В своей шубке из голубого песца, подаренной родителями на совершеннолетие, и бархатных сапогах в облипку, Стася сочеталась с этой тачкой как нельзя лучше. Впрочем, Мила была упакована не хуже.

-  И как только твой Борюсик позволяет рулить такой красоткой? — Стася закинула чемодан в багажник и любовно огладила бампер. — Не боится, что ты её раскокаешь?

-  А ему для меня ничего не жалко. Я же тебе говорила, бэйб, сейчас можно крутить романы только с бандитами или с коммерсами. Нищий геолог это безнадёжный вариант, — Мила закурила. Мотор мягко заурчал, как сытый зверь, «Ниссан» плавно тронулся с места.

- Я его люблю, — просто ответила Стася.

- Да знаю. Ты у нас почти что тургеневская Ася, — усмехнулась Мила, выпуская дым через нос. — А я плохая и злая, поэтому в любовь не верю. Только в голый расчёт.

- Ложиться с мужчиной в постель без любви это как-то… противно, что ли. Даже за все материальные блага мира, — Стася передёрнула плечами.

- Брось, бэйб. Я отношусь к этому как к неприятной медицинской процедуре, вот и всё. Зато имею всё, что хочу.

Мила включила магнитолу. Led Zeppelin — Going To California. Девчонки принялись подпевать, нещадно коверкая английский язык. Стася смеялась, и все тревоги, связанные с неправильностью своего решения, растворились в чудесной роковой мелодии.

На перроне было людно. Толпы народа, вооружённые чемоданами, узлами, ёлками, замотанными в простыни, коробками и баулами, сновали туда-сюда, толкаясь и спеша. Пробрасывал мелкий снег, но было тепло. Подруги обнялись. Мила звонко чмокнула Стасю в щёку, взяв с неё обещание звонить.

- И привези какой-нибудь клёвый сувенир из Сибири! — крикнула Мила на прощание.

- Замётано! Привезу тебе кедровых шишек и валенки!

- Ага, и сурового сибиряка в шапке-ушанке!

Три часа до Москвы пролетели быстро. В переполненном вагоне было душно, поэтому Стася половину пути провела в тамбуре, глядя на далёкие огни, и слушала The Cure в плеере. Истерично-рваный голос Роберта Смита успокаивал и настраивал на романтический лад. Эту кассету они слушали с Сашей в самом начале знакомства. Была весна, и они сидели в его комнате с открытым настежь окном. Целовались, как безумные, и аромат сирени врывался в окно, и магнитофон остервенело орал Why Can't I Be You? Боже, как давно это было! Казалось, целую вечность назад.