Новогодний переполох, или как приручить Медведя

Глава 2.1

Сергей

Время как будто загустевает и само становится паузу.

Янины ресницы взлетают до самых бровей, а глаза становятся еще круглее. Правда, ни отстраняться от меня, ни кидаться оправдываться перед своим мужчиной она не спешит. Даже ногу не отдергивает. Сидит, как королева, гордо расправив плечи и ждет, пока проблема рассосется сама собой.

Только вот она не рассасывается.

Парень продолжает разоряться, засыпая нас шаблонами и клише. Я же слегка подтормаживаю. Медленно отпускаю лодыжку Беды, так же медленно поднимаюсь, разворачиваюсь и принимаюсь изучать новое действующее лицо нашей трагикомедии.

Высокий худой блондин, Алеша Кораблев, если память правильно подкидывает информацию из личного дела менеджера по продажам, поправляет очки в тонкой стильной оправе и перекатывается с пятки на носок и обратно. Его туфли с заостренными носами такие же модные, как он сам. Джемпер гламурный, брючки трендовые.

Так вот каких типов ты предпочитаешь, Яна Вадимовна?

Я на его фоне натуральный медведь, втиснутый в деловой костюм. Пещерный и гороподобный.

И, пока я провожу это сравнение, которое явно не в мою пользу, Алексей решает перейти к более активным действиям. Срывается с места в явном желании накостылять мне, но не добегает до цели пару-тройку шагов. Спотыкается о складку на ковре и вполне ожидаемо распластывается возле наших с Яной ног, мне даже не приходится подправлять траекторию его полета.

Не ржать не получается.

Давясь смехом, я возвращаю все внимание притихшей Беде и нарочито строго интересуюсь.

– Ничего не хочешь сказать, Яна Вадимовна?

– Да нет у меня с ним ничего, – вернув дар речи, девчонка вспыхивает, как промоченный в керосине фитиль от искры, и гневно ведет плечиком. – Подумаешь, на свидание сходили. Два раза поужинали, один раз позавтракали.

Выдав тираду без единой запинки, Яна замолкает и раздраженно закусывает нижнюю губу. Ну а я присаживаюсь на корточки теперь уже перед Кораблевым. Мельком отмечаю, что парень не получил критичных повреждений, и прохожусь по его самооценке катком.

– Ну и зачем ты, Алеша, сынок, ведешь себя, как баба? Яна Вадимовна что-то тебе обещала? Не знаю, любовь там до гроба, пятерых детей, собаку, двухэтажный дом?

– Нет, но… – отскребшись от ковра, пытается вступить в дискуссию парень, но моя терпимость к людям в целом и к этому конкретному индивиду в частности в декабре стремится не то что к нулю – к минус бесконечности.

– Никаких но. Истерику закончил. Руки в ноги и пошел.

– Куда?

– Трудиться на благо отеля. Обзванивать постоянных клиентов, находить новых, выполнять план.

– Я буду…

– Жаловаться?

– Ага. Лие Романовне.

– Да хоть Господу Богу. Не смею мешать.

Убедившись, что с дураком спорить бесполезно, я снова подхватываю Яну на руки и, к большому удивлению, не получаю и намека на протест. Она запихивает маленькую сумочку, в которой помещается паспорт, телефон и помада, между нашими телами, обнимает меня за шею, и не смотрит на Кораблева, которого я на всякий случай огибаю по широкой дуге.

По дороге к парковке мы с Бедой собираем коллекцию взглядов – в большинстве своем восхищенных женских и осуждающих мужских. Не каждый готов вот так таскать свою избранницу, особенно, если она весит не как воздушное перышко. Ну я же не виноват, что Янина комплекция и моя физическая форма позволяют передвигаться подобным образом.

Выскользнув на улицу, я нахожу свой автомобиль, смотрящийся слишком просто на фоне многочисленных «Бентли», «Порше» и «Кеннигсегов». Опускаю бережно подозрительно покладистую ношу в кресло, пристегиваю ее ремень безопасности, чтобы не ускакала никуда на своей здоровой ноге, падаю на пассажирское сидение и набираю начальнице – Лие Романовне Айдаровой, управляющей отеля и по совместительству супруге владельца «Фаворита».

– Лий, мне отскочить на несколько часиков надо. Отпустишь?

– Ребятам своим указания дай на время отсутствия.

– Не вопрос.

– Что-то случилось, Сереж? Помощь нужна?

– Да нет, спасибо, сам разрулю. Петька что-то опять отчебучил в школе, надо смотаться узнать.

– Было бы странно, если бы ваша неделя прошла спокойно. Он у тебя тот еще сорванец.

– Ага, – соглашаюсь, прогревая мотор, и медленно выруливаю за ворота. – Ну, и с Бедой твоей беда.

– А с Яной-то что?

– Шла, упала, очнулась. Пока не гипс, но в больничку заедем, на рентген.

– Чтобы я без тебя делала. Спасибо, Сереж. Держи в курсе.

– Ладно, на связи.

Я сбрасываю звонок и боковым зрением фиксирую, как напрягается моя спутница. Возбужденно тарабанит пальчиками по подлокотнику, шумно выдыхает и припечатывает меня обиженным.

– Может, перестанешь издеваться над моей фамилией, Одинцов?

– Сменишь – перестану.