Новогодний переполох в академии. Ёлочка, гори!

27

На этот раз меня поселили в другие апартаменты. Тут было всё так же, как и в прошлых, только зеркально. А ещё в спальне имелась дверь, которой в прошлых комнатах не было.

- Вещи сейчас принесут. Новое расписание на столе. Ужин тоже принесут, - инструктировал меня ректор, пока я осматривалась.

Подёргала ту самую «лишнюю» дверь, поняла, что она заперта, выглянула из спальни и спросила:

- А что там за дверь?

- За ней мои комнаты, - невозмутимо пояснил Вайс. – Если что-то будет нужно, просто постучи. Располагайся тут, с остальным завтра разберёмся.

И он ушёл. А я так и стояла в дверях спальни, хлопая глазами. Что за той дверью?! Да он издевается! Поселил меня в смежную со своей комнату! Мало о тебе говорили, Саша, пусть больше говорят… Слов нет! По крайней мере цензурных, так уж точно.

Пока я пребывала в полном офигее, принесли мои вещи. И конечно же это был смотритель общежития! Как же ехидно он улыбался, внося две большие сумки. Откуда столько? Всё моё добро, даже вместе с учебниками, в одну поместилось бы.

- Ваши вещички, адептка, - не менее ехидно протянул вредный дяденька, ставя сумки на пол. – Ещё что-то нужно?

- Нет, спасибо, - мотнула я головой. И, указав на сумки, спросила: - А что это?

- Приданое, - захихикал он.

Позёрски поклонился и вышел.

Какое приданое?! Но чего ещё можно ожидать, если он сначала одежду мне в кабинет ректора принёс, а потом Вайс поселил меня в смежных со своими апартаментах. Но любопытство взяло верх над злостью, и я полезла проверять, что там в этих сумках.

- И правда приданое, - пробурчала, спустя какое-то время.

В одной сумке действительно были мои вещи. Девчонки не заморачивались, всё в кучу свалили, и одежду, и обувь, и учебники с тетрадями и прочей канцелярией. А вот вторая сумка была доверху набита школьной формой, бельём и другими предметами одежды. И всё было новое! А в самом низу я нашла свёрток из плотной бумаги. В нём оказались шаровары и жилетка из переливающейся ткани, точь-в-точь, как у Вайса, только моего размера.

Если бы я не знала, для чего это нужно, подумала бы, что карнавальный костюм. Но я-то знаю! В связи с чем назревает вопрос: какие такие личные занятия ректор со мной проводить собирается? Ведь это же наверняка костюмчик для упражнений с огнём! Будем надеяться, он посвятит меня в учебный план…

Пока я разбирала сумки и складывала обновки в шкаф, наступил поздний вечер. А ужин так и не принесли…

Взяла пустые сумки, вынесла их из спальни и обнаружила поднос на столе в первой комнате. Надо же, даже не услышала, как в дверь постучали. А может и не стучали… С этого противного смотрителя станется и в спальню без стука ввалиться, чтобы любопытство утолить.

Ужин конечно же остыл, но я всё равно заставила себя поесть. Мне необходимы силы, чтобы пережить всё это. Как говорится, война войной, а обед по расписанию. Поднос оставила на столе, приготовила ученическую сумку на завтра, её тоже оставила в кабинете, ушла в спальню и… заперла дверь. На всякий случай. Не хватало ещё, чтобы смотритель, когда за подносом придёт или завтрак принесёт, ввалился ко мне без стука.

Покосилась на дверь в смежную спальню, подумала немного и, сама не знаю зачем, подпёрла её стулом. Там как раз ручка так удобно под спинку стула подошли. Получилась идеальная подпорка!

Полюбовавшись плодами своих трудов, быстро сходила в ванную, ополоснулась и легла спать. А сон не шёл…

Слышались какие-то шорохи, отголоски голосов, шаги. В общаге с девочками это было нормой, фоновыми звуками, на которые я не обращала внимания. Там же и сверху, и снизу, и по бокам другие адепты живут. А тут каждый шорох настораживал. Особенно если этот шорох доносился из-за стены, за которой была спальня Вайса. Как назло, в голову лезли воспоминания о его подвале, наших разговорах, омеле, поцелуе… А потом вспомнилось, что на меня буквально охоту открыли, постоянно подставляя с принцем. Стало ещё и страшно. С соседками было как-то спокойнее, а тут я совсем одна.

Уснула я только часам к трём ночи, до подъёма оставалось всего четыре часа. Но проснуться пришлось гораздо раньше!

Меня разбудил треск и грохот. Резко села на кровати и, сквозь думку полусна, увидела голого по пояс Дарвира Вайса, стоящего в дверях. На полу валялся сломанный стул…