Новогодний подарочек. Босс. Беременность. Измена

Глава 9. Ответный удар

Пальцы мужа впились мне в руку так, что кости хрустнули.

- Что это было, Алиса? - его шёпот был сдавленным, хриплым от ярости. Он тянул меня за собой, отталкивая гостей, в сторону служебного коридора за тяжёлой портьерой. - Какие сюрпризы? Кто в зале? Ты с кем-то говорила?

- Я говорила с тобой, родной, - я попыталась высвободить руку, но его хватка была железной. - Только с тобой. Разве мои слова были неясны?

- Ты что-то знаешь, - он впился в меня взглядом, и в его глазах бушевала настоящая буря: страх, подозрение, злоба. Он не мог решить, чего бояться больше - разоблачения в измене или разоблачения в его финансовых аферах. Это делало его непредсказуемым. Опасно непредсказуемым.

- Я знаю, что ты опоздал. Знаю, что ты весь вечер не брал трубку. Знаю, что от тебя пахнет чужими духами. Этого достаточно, чтобы задавать вопросы с подтекстом, не находишь? - я выпалила это, наконец вырвав руку. Мы стояли в узком, тускло освещённом коридоре. Гул бала доносился сюда приглушённо, как шум моря из раковины.

Он отшатнулся, будто я ударила его. На секунду паника взяла верх. Он потрогал свой воротник, потом резко провёл рукой по лицу.

- Это не то, что ты думаешь, - начал он, и голос его зазвучал жалко, оправдывающе. Старая пластинка. - Это… это была сотрудница. Из надзорных органов. Нервная, упала, я помогал…

- И у неё на губах была помада твоей любовницы? - я перебила его, холодно и отстранённо. - Какое совпадение, Игорь. Прямо мистическое.

Он замолчал. Его лицо исказила гримаса. Оправдания кончились. Осталась только злоба.

- Что ты задумала, Алиса? - спросил он тихо, и в его тоне появилась нотка чего-то нового. Не страха, а… расчёта. - Ты хочешь скандала? Прямо сейчас? При отце? При всех наших партнёрах? Ты уничтожишь не только меня. Ты уничтожишь всё. Репутацию отеля. Доверие. Наш… будущий бизнес.

Он сделал ударение на «нашем». И на «будущем». Он играл в свою последнюю карту - наш брак как бизнес-актив. И я поняла, что он не знает о ребёнке. Он не расшифровал намёк. Он был слишком поглощён своими криминальными делами, чтобы увидеть очевидное.

В этот момент из-за портьеры выглянула Людмила Павловна. Её лицо было бледным.

- Алиса Викторовна, извините… там небольшая ситуация. У входа.

- Что случилось? - резко спросил Игорь, явно ищущий любой отвлекающей манёвр.

- Прибыл… э-э-э… артист. Часть развлекательной программы. Но он, кажется, не совсем… в форме.

Из-за её плеча донёсся громкий, хриплый голос, перекрывавший джаз:

- Где тут хозяева? Я принёс подарки! Не для всех! Для самых-самых! Веселья хочу, ёлки-палки!

Он. Дед Мороз. Максим.

Игорь нахмурился.

- Кто это? Мы не заказывали…

- Я заказала, - быстро сказала я, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. Не страх. Азарт. - Новогодний сюрприз. Для гостей. Я же говорила, что сюрпризы уже в пути.

Я отстранилась от Игоря и прошла мимо Людмилы Павловны обратно в зал, не оглядываясь. Он последовал за мной, как тень.

В центре зала, расталкивая официантов, стоял Он. Костюм Деда Мороза был на нём как на медведе - тесный в плечах, борода съехала набок, открывая упрямый, небритый подбородок. В руке он держал не мешок, а огромную бутыль самогона с приткнутым на горлышке стручком перца. Он вращал головой, и его взгляд - острый, трезвый, абсолютно не пьяный - выхватил меня из толпы.

Сам же мужчина и по габаритам и по глазам с густыми бровями над ними выглядел как мечта любой одинокой женщины на новый год: мощный, фактурный, с грубым хриплым глубоким голосом. И… что наверное самое главное - активный и пробивной. Этот характер ни с чем не спутаешь. Это не харизма - это «повадки»… И я хотела наблюдать за тем, как этот катализатор изменит расстановку сил в нашей… «игре».

- А-а-а! - заревел он, указывая на меня пальцем. - Вот она, хозяйка-красавица! Подходи, милая, получи свой гостинец! Небось, думала, я не прорвусь в эту… снежную крепость?

В зале повисла неловкая тишина, сменившаяся сдержанным смешком. Гости решили, что это часть шоу - пародия на пьяного Деда. Но отец, стоя у камина, смотрел на происходящее ледяным взглядом. Ему не нравилась непредсказуемость.

Игорь шагнул вперёд, нахмурившись.

- Послушайте, коллега, может, вам помочь? Вы, кажется, перебрали. Мы можем…

- Коллега? - Максим обернулся к нему, медленно, как танк. Он приблизился, и я увидела, как Игорь инстинктивно отпрянул. Максим был крупнее, шире в плечах, и от него веяло не бутафорским весельем, а дикой, сдерживаемой силой. - Я тебе не коллега, красавчик. Я - дух Нового года. А ты кто? Который пожарный? Тот, что всё тушит, а сам… горишь?

Он произнёс последнее слово с такой многозначительной интонацией, что в зале снова прошелся шепоток. Игорь побледнел.

- Всё, хватит, - резко сказал Игорь, кивая охранникам, которые уже подобрались поближе. - Проводите артиста в гримёрку. Пусть протрезвеет.

- Ой, не трогайте меня, я нежный! - Максим отмахнулся от охранника так, что тот невольно отлетел на шаг, наступив на ногу какому-то чиновнику. - Я ещё не подарочек вручил! Он особенный! Для хозяйки!

Кулаки Игоря и охранников сжались, как и моё сердце. Только не драка.