Новогодний подарочек. Босс. Беременность. Измена

Глава 13. Рука, которая держит и рука, которая бьет

Мужнины пальцы впились в моё запястье, как стальные клещи.

- Аййй!!

Боль пронзила, острая и унизительная. Но вскрикнула я не от боли, а от ярости, что он посмел при всех. В зале на мгновение замерли звуки, даже джаз как будто споткнулся.

Всё, что было до этого - шёпот, смешки, звенящие бокалы - исчезло, оставив после себя вакуум, в котором отчётливо слышалось моё прерывистое дыхание и его тяжёлый, гневный выдох.

- Алиса! - моё имя прозвучало в его устах точь-в-точь как в детстве, когда папа собирался меня наказать…

Максим отреагировал быстрее мысли. Его рука, лежавшая у меня на талии, не убралась. Наоборот - его ладонь плавно, но неумолимо легла поверх руки Игоря, не срывая её, а накрывая, как тяжёлой, тёплой медвежьей лапой.

- Внучек, - пророкотал он, и в его голосе не осталось ни капли шутовства. Только сталь. - Праздник сегодня… Я не позволю портить настроение этой девочке…

Он не давил. Он просто лежал сверху. Но Игорь вдруг дёрнул руку, как от ожога. Его пальцы разжались. На моей коже остались алые полосы. Я почесала руку, прижала её к груди, чувствуя, как под платьем дико стучит сердце. Глаза застилали слёзы гнева. Но… я поймала их на лету и сделала вид, что мне совсем не больно… Совсем как в детстве.

- Ты посмотри на себя, - прошипел Игорь, обращаясь уже к Максиму, но глядя на меня. - Клоун в крашеной бороде. Ты кто такой, чтобы указывать мне в моём доме?

- В твоём? - я вскинула голову. Звон в ушах утих, его сменил холодный, чистый гул решимости. - Это дом Дорониных, Игорь. И пока я здесь хозяйка, гости ведут себя прилично. Все гости.

Я подчеркнула последнее слово, вкладывая в него весь свой ледяной презрение. Он понял. Щёки его затряслись.

- Алиса, это уже переходит все границы, - его голос снова стал гладким, опасным. Он переключился на меня, отбросив Максима как досадное препятствие. - Ты на глазах у всех флиртуешь с каким-то... артистом. Отец смотрит. Громов смотрит. Ты хочешь, чтобы завтра по всему городу пошли сплетни?

- Сплетни? - я засмеялась. Звук вышел лёгким, серебристым, как разбитое стекло. - Милый, какие сплетни? Ты же сам говорил - это часть программы. Разве не так? Или программа внезапно перестала тебе нравиться?

Я посмотрела на Максима, давая ему слово. Он подхватил мяч с мастерством заправского жонглёра.

- Точно, внучек! Всё по сценарию! - Он снова натянул на лицо маску пьяного деда, но его глаза оставались острыми. - Сценка «Ревнивый муж на новогоднем балу». Классика! Публика в восторге!

Он обвёл рукой зал. И правда, десятки глаз были прикованы к нам. Но в этих глазах я читала не осуждение, а жадное любопытство. Скандал в высшем свете - лучшее развлечение. Отец стоял неподвижно, его лицо было каменным. Я не могла понять, что он думает.

Игорь понял, что проигрывает битву на публику. Он отступил на шаг, расправил пиджак. В его взгляде промелькнуло что-то новое - не ярость, а холодный, змеиный расчёт.

- Хорошо, - сказал он тихо, так, что слышала только я и Максим. - Играем. Но помни, солнышко, у каждой игры есть цена. И расплачиваться за сломанные игрушки будешь ты.

Он повернулся и ушёл, не оглядываясь, растворяясь в толпе, как хищник, уходящий в тень.

Я выдохнула. Ноги подкосились.

Первый раунд был выигран, и огромная ладонь Максима снова легла на мою спину, на этот раз едва касаясь, просто чтобы поддержать.

- Не оборачивайся, - тихо сказал он. - Идём к барной стойке. Ты бледная как снег. Нужно что-то выпить.

- Я не могу, - автоматически прошептала я.

- Чай. С лимоном и мёдом. Это приказ.

Мы двинулись к бару. Шёпот вокруг нас возобновился, но теперь он звучал иначе - с оттенком восхищения и страха. Я только что публично осадила своего мужа. В нашем мире это было почти равно государственному перевороту.

Пока бармен с шапочкой красного эльфа готовил чай, я прислонилась к стойке, глядя на своё отражение в тёмном стекле витрины. Бледная, с горящими глазами, с яркой алой помадой. Женщина, которую я не узнавала, нов которой находила какую-то новую красоту.

Словно в любимом сериале начался новый сезон…

- Он не уйдёт, - сказал Максим, стоя ко мне боком, сканируя зал. - Он сейчас где-то в углу, пьёт коньяк и придумывает следующий ход. Возможно, попытается убрать меня. Или обратится к отцу.

- Отец, - я сглотнула. - Он всё видел.

- Он всё видит всегда. Вопрос в том, что он решит. Для него ты сейчас или слабое звено, которое нужно защитить, или буйная дочь, которую нужно поставить на место. Будь готова к любому варианту.

Чай оказался обжигающе горячим и сладким. Я сделала глоток, и тепло разлилось по телу, немного успокаивая дрожь в руках. Я украдкой посмотрела на Максима. Он снял шапку, провёл рукой по коротко стриженным волосам. Без дурацкого головного убора он выглядел ещё более чужеродно в этом сияющем зале - как волк, забредший на выставку породистых собак.

- Спасибо, - тихо сказала я.

- За что? За то, что не дал ему утащить тебя? Это входит в договор.

- Нет. За то, что дал мне время дышать.

Он посмотрел на меня. В его серых глазах мелькнуло что-то, что я не смогла расшифровать.