Новогодний забег

Глава 6. Ёжик

Алина

Я застыла за дверью редакции, балансируя с двумя стаканчиками кофе, как циркач на канате, услышав собственное имя. Голос Макса, обычно резкий и насмешливый, сейчас звучал глухо через стеклянную перегородку, но каждое его слово било по моим нервам точнее, чем молоток по наковальне.

– Алина слишком наивная для этого бизнеса...

Горячий кофе вдруг обжег мне пальцы, будто пытаясь предупредить: "Держись, подруга, сейчас будет жарко".

– ...Но её проект... черт, Игорь, это первый раз за пять лет, когда я вижу что-то настоящее.

Мои ноги словно вросли в офисный линолеум, а сердце колотилось так громко, что, казалось, его стук разносится по всему зданию, как барабанная дробь перед казнью.

– Ты влюблен, — раздался хриплый смех Игоря, напоминающий звук заводимого трактора. – Старый добрый Макс Соколов, циник номер один, тает от улыбки какой-то организаторши.

– Заткнись, — голос Макса приобрел опасные нотки. – Просто... она верит в эту благотворительную хрень. Искренне. Как ребенок.

Я медленно выдохнула. Губы сами собой растянулись в улыбку, которая, наверное, выглядела как у Чеширского кота — загадочно и слегка зловеще. Он думал, что я наивная? Ну что ж...

Шагнув назад, я громко кашлянула — так, будто у меня внезапно начался приступ туберкулеза — и с преувеличенным стуком открыла дверь ногой, как героиня боевика, врывающаяся в логово врага. Разговор внутри моментально оборвался.

– Привет, коллеги! — вошла я, сияя самой ядовитой из своих улыбок. — Принесла кофе для совещания. Один с двойной порцией цианида, как любит наш главный редактор.

Макс замер за столом, сжимая ручку так, что его костяшки побелели, будто он пытался выдавить из нее чернила для следующей ядовитой статьи. Игорь, грузный мужчина с седеющими висками, поспешно вскочил, принимая у меня стаканчик.

– Алина! Как раз обсуждали ваш забег.

– Да-а? — томно опустила я ресницы, изображая невинность, которой не обладала со времен детского сада. — И что же решили, господа? Одобряете мою наивную затею?

Макс резко поднялся, опрокидывая стул с таким грохотом, что, казалось, где-то рухнула Берлинская стена.

– Мне пора. Дедлайн.

Когда дверь захлопнулась за ним, Игорь вздохнул и отхлебнул кофе с выражением человека, наблюдающего за схваткой двух тигров в клетке.

– Вы его терзаете, девушка.

Я притворно округлила глаза.

– Я? Да никогда! Я же ангел во плоти, разве не видно? Кстати, у меня даже крылья есть — правда, сегодня оставила их в химчистке.

Редактор покачал головой, доставая папку с моими материалами.

– Он три года никому не давал интервью. А для вас сделал исключение.

Я покусывала губу, разглядывая визитки на столе.

– Он... всегда такой? Или сегодня просто съел что-то не то на завтрак?

– Колючий? — Игорь хмыкнул. — Только с тех пор, как Лиза бросила его под Новый год. В офисе даже ставки делают, когда он наконец...

– Игорь! — из коридора донесся яростный рык. — Твой корректор ищет тебя! Говорит, ты снова перепутал “ться” и “тся” в заголовке!

Редактор поднял руки в мнимом страхе.

– Ладно, ладно! Алина, думаю, вы сами разберетесь с нашим ежиком. Только наденьте перчатки — колючий.

Когда я вышла в коридор, Макс поджидал меня у лифта, скрестив руки на груди с таким видом, будто собирался прочитать мне лекцию о вреде подслушивания.

– Ты подслушивала.

– Нет, — солгала я, нажимая кнопку лифта с преувеличенной невинностью. — Но теперь буду. Особенно про часть про “наивную, но…” Кстати, это комплимент? Я никогда не получала таких странных комплиментов.

Он схватил меня за локоть, когда двери лифта закрылись.

– Алина...

– Что, Макс? — я вырвала руку. — Боишься, что твой образ циника пострадает? О, ужас! Что скажут твои подписчики в “Дзене”?

Лифт дернулся вниз. Он стоял так близко, что я чувствовала запах его одеколона — древесный, с горьковатыми нотками, совсем не праздничный, но чертовски притягательный.

– Я не циник, — прошипел он. — Я реалист.

– Реалисты тоже умеют верить, — прошептала я, чувствуя, как учащается мой пульс. — В добро. В людей. В…

Он не дал мне закончить. Его губы грубо прижались к моим, горячие и неожиданные, как удар тока. Я замерла, чувствуя, как по телу разливается тепло, словно кто-то вылил на меня ведро горячего шоколада.

Когда он отстранился, в его глазах читался настоящий ужас, будто он только что осознал, что случайно нажал кнопку ядерного запуска.

– Черт. Я...

Двери открылись. Я быстро выскользнула, обернувшись на ходу.

– Завтра в десять. Детский центр. Не опаздывай, реалист. И возьми с собой валерьянки — вдруг я опять покажусь тебе слишком наивной.

Поднимаясь в такси, я тронула пальцами губы. Они все еще горели, как после поедания острого перца. А в кармане ждал телефон — чтобы срочно позвонить Лене и рассказать, что наш "ежик" только что меня поцеловал, и теперь мне срочно нужен анализ: это был порыв страсти или просто нервный срыв на почве дедлайнов?