Новогодний забег

Глава 14. Как признать очевидное, не потеряв лицо

Алина

Экран ноутбука вспыхнул, и передо мной материализовалось лицо Лены — с поднятыми до линии роста волос бровями (видимо, сегодняшний уровень её любопытства достигал космических масштабов), с чашкой какао, украшенной зефирками (которые она, конечно, уже успела разобрать по степени «идеальности»), и с выражением кота, только что обнаружившего незапертый холодильник.

— Ну что, — начала она без предисловий, как будто мы прервались всего на минуту (а не две недели назад), — когда свадьба?

Я чуть не выронила телефон, который как раз листала, просматривая комментарии под новым постом о забеге. Один из подписчиков написал: «Вы с Максом выглядите так мило вместе!», и я уже пятый раз перечитывала это сообщение, когда голос сестры вернул меня в реальность — резко, как будильник в шесть утра.

— О чём ты? — попыталась я изобразить невинность, но голос предательски дрогнул, словно пытался выдать меня с потрохами.

— О том, что ты пялишься на экран с тем же выражением, с каким я смотрела на щенка в зоомагазине в десять лет, — Лена сделала театральный глоток какао, не отрывая от меня хищного взгляда. — Ты влюблена.

— В Макса? — Я фыркнула так громко, что кот Барсик на подоконнике вздрогнул и укоризненно посмотрел на меня, будто обвиняя в нарушении его кошачьего спокойствия. — Да ладно тебе. Мы просто... коллеги.

— Коллеги, — протянула Лена, растягивая слово, как жвачку, которую вот-вот выплюнет, но пока ещё жуёт из вредности. — Коллеги не запоминают, как кто-то пьёт кофе. Коллеги не пишут в блокнотах про чьи-то глаза.

Я резко захлопнула блокнот, лежавший рядом, но было поздно — как всегда.

— Ты подглядывала?!

— Сестрёнка, ты оставляешь его открытым на столе, как будто специально хочешь, чтобы его прочитали. Если бы я хотела подглядеть что-то по-настоящему личное, я бы прочитала твой дневник.

— У меня нет дневника.

— Вот именно. Потому что ты пишешь всё в этом блокноте. — Она ухмыльнулась, довольная своей логикой, как кот, поймавший мышку. — Кстати, «ненавидит праздники, но помнит, что я люблю миндальное молоко в кофе» — это очень мило.

Я закатила глаза, но щёки предательски загорелись, словно кто-то включил внутри меня лампочку с пометкой «всё пропало».

— Он просто... внимательный.

— Ага. И лайки под твоими постами — это просто профессиональный интерес?

Я замерла.

— Какой лайк?

Лена закатила глаза так выразительно, что, казалось, они вот-вот улетят в космос вместе с её терпением.

— Ты даже не заметила? Боже, ты хуже, чем я думала. Проверь свой последний пост.

Я тут же открыла соцсети. И там, под фотографией с детьми из центра, где я стояла рядом с Максом (он, конечно, хмурился, но всё равно улыбался глазами, как букашка, которая пытается выглядеть злой, но у неё не получается), был его лайк. Первый за все это время.

Сердце ёкнуло, будто кто-то щёлкнул им, как выключателем.

— Это ничего не значит, — пробормотала я, но пальцы сами потянулись к экрану, увеличивая его аватарку, будто в ней был зашифрован ответ на все вопросы Вселенной.

— Конечно, ничего, — Лена притворно вздохнула, изображая глубокомыслие философа, размышляющего о смысле бытия. — Просто он начал ставить лайки именно после вашего «романтического» ужина. Совпадение?

— Это был не романтический ужин! Это был благотворительный аукцион!

— Который он сам выиграл. За триста тысяч. — Лена подняла бровь, словно задавая всемирно важный вопрос. — Если это не романтика, то что тогда?

Я хотела ответить что-то резкое, но в этот момент телефон завибрировал. Новое сообщение.

От Макса.

«Забыл спросить. Завтра утром перед пробежкой — кофе с миндальным молоком? Или сегодня передумала?»

Я застыла, уставившись на экран, как будто он только что предложил мне полететь на Марс.

— Что он написал? — Лена тут же насторожилась, как хищник, учуявший добычу.

— Ничего...

— Врёшь. Дай посмотреть.

Я перевернула телефон, но было поздно — она уже всё поняла по моему лицу, которое, видимо, светилось, как новогодняя гирлянда.

— О БОЖЕ. Он действительно помнит про твоё миндальное молоко.

— Это ничего не значит!

— Ага. Просто он случайно запомнил твои предпочтения в кофе, случайно лайкнул твой пост и случайно выиграл ужин с тобой за безумные деньги. — Лена склонила голову, будто разглядывая меня под микроскопом. — Сестрёнка, даже я не верю в такие совпадения.

Я не ответила. Потому что в глубине души знала — она права.

Но признать это вслух было... страшно.

— Ладно, — Лена смягчила голос, как будто переключаясь в режим психолога, который вот-вот скажет «и как это заставляет вас чувствовать себя?» — Давай по-другому. Что ты чувствуешь, когда он рядом?

Я закрыла глаза.

— Как будто... я бегу марафон, но не устаю.

Лена замерла.

— Ого.

— Что «ого»?

— Ты только что описала влюблённость лучше, чем все романтические книги, которые я читала.

Я швырнула в экран подушку, но Лена только рассмеялась, довольная своей победой, как шахматист, поставивший мат в три хода.

— Ладно, ладно, не злись. Но ответь ему.

— И что написать? «Да»?

— Нет. Напиши: «Только если ты тоже попробуешь».

— Он ненавидит миндальное молоко.

— Именно поэтому.