Новогодняя Вкуснямба

Пудропад идёт

Крамольный граф Марципан, спрятавшийся в королевском саду за цукатными кустами, тихо сидел и наблюдал за происходящим воздушным боем, а потом следил и затем, как материализовавшийся магическим образом дед Лукум, с лёгкостью разобрался с мороженым царём Пломбиром. От такого лихого расклада - взволнованному графу стало совсем не по себе, и он решил срочно ретироваться из замка, да и вообще из Конфетии куда подальше.

Марципан осторожно выбрался из своего укрытия и стал крадучись пробираться по внутреннему двору вдоль ореховой замковой стены обратно к подвалу, в надежде быть никем не замеченным, и тайком скрыться из Сладкограда опять на восточные пустоши, чтобы не попасться в руки конфетного правосудия. Сбежать через кротовую нору, даже по абсолютной темноте было для него сейчас лучшей идеей, так как первый раз он пробрался на пустоши более длинным маршрутом, прокравшись через восточную заставу среди ночи, хоть и подсвеченной халвичной луной.

И когда граф уже почти подошёл к входу в королевский замок - то его остановил знакомый птичий окрик: "курлы-курлы", который донёсся откуда-то сверху. Марципан остановился на месте и насторожился, потом задрал голову и взглянул на верхушку ореховой стены. Там сидела Конфептюшка, сбежавшая из полуразрушенной залы шоколадного дерева, и пристально смотрела на графа, затем она повернулась к нему задним местом и задрала свой красивый пышный хвост. Марципан успел только невнятно выкрикнуть:

- Не надо, нет...

Как на него тут же упал большой сгусток белой жижи. Птичье молочко плюхнулось прям на его лицо и верхнюю часть камзола. И пока граф раздражённо вытирал своё лицо, королевская птичка слетела с замковой стены и спикировала на бывшего министра иностранных дел Конфетии, слёту клюнув его прям в темечко, через съехавший набок берет, как раз туда, где торчали перья других птиц. Марципан вскрикнул от боли и тут же помчался наутёк, спасаясь от нападок разъярённой пернатой особи. Граф бежал быстро по королевскому саду, постоянно оглядываясь назад, и отмахиваясь руками от назойливой Конфептюшки, и, конечно же, не заметил, что впереди него находится выступающий ореховый парапет йогуртного пруда, об который он споткнулся и благополучно свались со всего маху в вязкую молочную жидкость.

После чего бывший министр иностранных дел высунул голову из йогурта, сплюнув попавшую ему в рот сладкую жижу, и протёр глаза рукой, но не пытался выбраться из пруда, а остался сидеть там как жаба, лишь опасливо поглядывая по сторонам. Конфептюшка уселась недалеко на ветку зефирного дерева и принялась внимательно стеречь своего обидчика, чтобы он не вылез и не сбежал от неё никуда больше.

А тем временем шоколадная армия императора Шокобоба – всё продолжала настойчиво напирать во внешнем дворе королевского замка, и была буквально в одном шаге от своей победы. Последние защитники Конфетии оборонялись отважно, но уже сильно изнемогали от крайней усталости. Пока у них получалось сдерживать неимоверную наступательную силищу вражьего войска, но маятник везения постоянно качался - то в одну, то в другую сторону. Как вдруг случилось то, чего не ожидал никто.

На край балкона, где стоял король Карамель со своей любимой дочерью - принцессой Помадкой, свалился большой брикет сливочного мороженого, запущенный ранее Пломбиром в летательный аппарат Айдютанта и лихо отскочивший от борта вертукселя. Тем самым северный царь нанёс удачный двойной удар. Под тяжестью сброшенной мороженой бомбы - красивый резной балкон, сделанный из вкуснейшей яблочной пастилы, не выдержал и надломился, сильно накренившись вниз. Его Величество в последний момент заметил приближающуюся опасность с воздуха и сразу отскочил назад, упав на глазированный пол своих покоев, а вот Помадка не успела вовремя среагировать и потому перевалилась через ограждение, лишь чудом уцепившись за точёные балясины из безе.

На пронзительный девичий крик обернулись и отвлеклись от жаркой сечи все батончики и конфетные витязи, с ужасом узрев душераздирающую картину. Но прийти на помощь, попавшей в беду принцессе они сейчас никак не могли. Этим обстоятельством воспользовались шоколадные солдаты и всей гурьбой накинулись на двух королевских стражников, повалив их на щербет и забросав своими большими телами. Тем самым дедморозы образовали две большие шоколадные горочки, чтобы витязи уже не смогли выбраться и сдерживать далее их натиск. А потому следующий мощный удар - имперские верзилы нанесли по смелым, но малочисленным королевским батончикам. Храбрые воины Конфетии с трудом сдержали этот вражеский порыв, еле удержав небольшой, но плотный строй, чётко орудуя своими леденцовыми тростями. Даже сам генерал Грильяж лично участвовал в отражении этой решающей атаки, лихо размахивая шпажкой для канапе, заметно сокращая количество шоколадных громил.

Помадка в ужасе вскрикнула ещё раз, от страха упасть и разбиться. Король Карамель пытался хоть чем-то помочь принцессе и протягивал ей свой скипетр, чтобы она за него ухватилась. Но принцесса не решалась отпустить руку, боясь сорваться вниз, и к тому же её ладони уже начинали слабеть и соскальзывать.

Эту трагическую сцену наблюдал из своего экипажа и Шокобоб со своей императорской свитой, но он только молча смотрел на это действие, не проявляя абсолютно никаких эмоций и действий. Шоколадный Визирь тоже с виду никак не реагировал, но в душе был очень рад, что всё так удачно для них складывается. И только один принц Трюфель не остался равнодушным и, перепрыгнув через борт имперского экипажа, - помчался скорей на помощь принцессе, словно это была очередная эпичная театральная постановка, разыгранная специально для него. Только всё это сейчас происходило взаправду, и Трюфель это прекрасно осознавал, но его храброе сердце стремилось спасти несчастную девушку, попавшую в беду. Юноша быстро помчался к входу в замок, над которым и находился накренившийся балкон, лавируя между толпами неумолимо прущих вперёд шоколадных истуканов.