Новороссийский романс

Эпилог

Руководство города не забыло о том, что новороссийский футбол отмечает свой полувековой юбилей. Александр Сергеевич, не будучи любителем чествований и пустопорожних собраний, всё-таки не мог упустить возможность встретиться с друзьями юности. И ничуть не пожалел о том, что принял участие в этом юбилейном мероприятии. Оно получилось не слишком помпезным и торжественным, но дало почувствовать тем, кто стоял у истоков новороссийского футбола, что их труды не пропали даром. Представители старшего поколения, новороссийцы среднего возраста и совсем молодые люди с огромным интересом общались с ветеранами «Олимпии», и атмосфера сложилась необыкновенно тёплой. Нашлось место и шутке, и песне, и задушевным рассказам о былой славе. Пригодились и старые фотографии, которые принесли на встречу игроки легендарной команды, положившей начало славного пути новороссийского футбола. Ветеранов приветствовали игроки «Цемента».

Обратно Анна Павловна и Александр Сергеевич возвращались пешком. Ноябрь стоял тёплый, холодные норд-осты не спешили обрушиться на город. Они миновали парк имени Фрунзе. С этим зелёным приморским уголком было связано немало воспоминаний. Когда-то здесь было выделено место под стадион «Олимпия». С тех пор парк несколько раз сменил название, а сама спортивная площадка ушла под закрытую территорию погранчасти. Перед войной здесь кипели нешуточные страсти, и не только спортивные. Город выделял средства на благоустройство, а спортсмены не всегда отвечали взаимностью – порой буянили, нарушая дисциплину и ввязываясь в конфликты, за что подвергались заслуженной дисквалификации. Сейчас об этих событиях, как и о горячих футбольных страстях, вспоминалось с улыбкой. И даже не верилось, что юные и полные сил игроки «Олимпии» уже не только повзрослели, но и успели постареть.

- Жаль, что Володька Коккинаки на смог приехать на юбилей, - произнесла Анна Павловна. Она хорошо помнила, как вратарь «Олимпии», ставший знаменитым лётчиком-испытателем, запросто заходил к ним в гости, когда бывал в родном Новороссийске после войны. Для них он так и остался шустрым и ловким мальчишкой, мгновенно вписавшимся в олимпийское братство и ставшим незаменимым голкипером.

- А Лёша Лебедев, оказывается, погиб на войне, - взволнованно отозвался Александр Сергеевич. – А мы-то думали, что возгордился наш форвард, став ленинградцем, забыл своих товарищей по команде.

Анна печально вздохнула. Она прекрасно знала, как крепко дружили и как слаженно играли Лебедев с Губернаном, понимали друг друга с полуслова и полувзгляда, когда умело создавали голевые моменты у ворот соперника.

Справа осталась лестница, ведущая на пустующий осенний пляж. Тёмный ноябрьский вечер спустился на набережную. Прожектор засиял на противоположной стороне бухты, и его луч быстро пробежал по небу. И, как всегда, ослепительный свет, перечёркивающий темнеющую высь, напомнил о войне. Но луч бесследно погас, и на глубоком чёрном бархате моря и неба бриллиантовой диадемой засиял полукруг городских огней. Александру Сергеевичу и Анне Павловне не надо было ничего говорить друг другу. Они и без слов знали, что они вместе - две половинки одного целого. И их выдержавшая испытание временем семья - часть прекрасного города с нелёгкой судьбой.