Новые боги. Пробуждение

Глава 1. Солрод

Везара, тяжело дыша, бежала по лестнице. “Кто только додумался построить библиотеку на третьем этаже?” — бурчала она себе под нос. Особняк Солрод мог похвастаться прекрасными высокими потолками, но расплачиваться за это приходилось невероятно длинными лестницами.

Она опаздывала на занятия третий раз за неделю. Светалия снова будет злиться. Внезапно левую ногу резануло болью. Затрещала ткань. Везара бросила взгляд вниз: на высоте ладони от пола торчала отколовшаяся щепка. Стараясь не обращать внимания на боль, девушка понеслась по коридору.

Наконец-то она оказалась перед высокой дубовой дверью. Обе створки украшал затейливый орнамент и в другое время девушка задержалась бы на несколько минут, чтобы им полюбоваться, но не сейчас. Она толкнула дверь и ввалилась внутрь. Запыхавшаяся, она жадно хватала ртом воздух. Синие, как небо перед самым рассветом, волосы растрепались, прилипали к лицу и шее.

У окна, прямая как сосна, стояла тётка Светалия. По обыкновению, она была в бледно-голубом полуплатье наречницы, богато украшенном золотой вышивкой. На груди красовался парчовый гайтан, на котором висел лик Хорса — круглый золотой медальон с изображением солнца, верхняя половина которого была обрамлена, будто шевелюрой, волнистыми лучами. В руке у неё была изящная тонкая трость из светлого дерева, которой она раздражённо хлопала себя по ладони. Широкие рукава вздрагивали при каждом движении.

— Поклон, — тихо сказала Светалия.

— Что? — переспросила её Везара, которая почти ничего не слышала из-за собственного тяжёлого дыхания.

— Что должна делать воспитанная девушка, встретив старшую? Тем более наречницу Хорса.

— Ой! — чуть не подпрыгнула Везара и согнулась в поклоне.

— Сомневаюсь, что у меня когда-нибудь будет ученица хуже тебя, — раздражённо бросила Светалия. — Какое оправдание ты выдумала на этот раз? — ледяным тоном спросила она. Везара открыла-было рот, но Светалия резко подняла трость, показывая, что ответа она не ждёт. — Что бы ни ответила, это не поможет. Ты мало того, что опоздала, так ещё и порвала сарафан! — тростью она указала на левую ногу Везары. Светло-серая хлопковая была порвана чуть выше подола, и по ней расползлось красное пятно. — Ещё и в крови измазала. Это никуда не годится. В наказание тебе придётся сегодня его самостоятельно отстирать и зашить. — она замолчала, смерила Везару неприязненным взглядом, и добавила: — Завтра никаких опозданий! Приезжает Ярвет.

— Отец?

— Да. Он хочет увидеть наши успехи. И ты должна понимать, что опоздание точно не будет считаться успехом, — Светалия тщательно выговаривала каждое слово. — А сейчас расскажи мне быль о третьем сыне.

— О Хорсе и проклятом отпрыске?

— Да.

— Давным давно, когда…

Светалия с недовольным лицом вскинула трость. Везара замолчала. Резко, в каждом шаге сквозило раздражение, Светалия приблизилась к своей воспитаннице. Она упёрла трость ей в подбородок и надавила, заставив девушку поднять голову. Поняв, что от неё требуют, Везара прижала руки к бокам и приосанилась.

— Хорошо, — тихо сказала Светалия, — продолжай.

— Давным давно, когда боги ещё ходили по земле, у Хорса родилось три сына, — начала рассказ Везара. — Хорс воспитывал их в строгости и благодетели и обучал искусству орфена. И всё у них хорошо было, да младший полюбил ведьму из забытого племени.

Светалия нахмурилась, и Везара поспешила исправиться:

— Тёмного племени. И посеяла она черноту
в светлой душе Хорсова сына. И подговорила она его украсть у Хорса солнце, да самому светлым владыкой стать. Младший сын соблазнился на уговоры ведьмы, сплёл из орфена чёрную сумку и в первый раз пошёл солнце воровать.

Когда он светило на треть спрятал, Хорс послал своего среднего сына вразумить младшего.

Пришёл средний тогда к младшему и стал его уговаривать отступиться от своей идеи. Не послушал его брат, и завязался бой. Три дня и три ночи бились они, и земля содрогалась от каждого удара. В конце концов средний сын победил младшего, но светлое сердце пощадило родную кровь, и дал он уйти брату.

Затаил младший на свою семью обиду, но от своих задумок злых не отступился. И мрак, который посеяла ведьма, дал всходы. И душа младшего сына Хорса чернеть стала.

Пошёл он во второй раз солнце воровать. Наполовину в свой мешок спрятал его, когда Хорс послал старшего сына вразумить младшего.

Когда старший сын пришёл, то стал младшего уговаривать образумиться. Не послушал его брат, и завязался у них бой. Семь дней и семь ночей он длился. Молнии рвали небо, а гром терзал землю. В конце концов старший сын победил младшего, но тоже не стал убивать его. Пощадил родную кровь, да тоже дал брату уйти.

Обозлился младший сын на род свой, но так и не отказался от злых своих намерений. А мрак разросся в его некогда светлой душе, и стала она грязно-серой.

В третий раз пошёл он солнце воровать, и почти полностью успел его в мешок спрятать, когда Хорс лично пришёл на непутёвого сына взглянуть, да на путь истинный его наставить. Но увидел Хорс, что душа его младшего сына сама тьмой затянута, и не стал говорить с ним. Взглянул лишь в последний раз на него, да и убил.

С тех пор солнце больше не исчезало.

— Сегодня вечером перечитай, чтобы от зубов отскакивало, — сказала Светалия с недовольным выражением лица.

— Зачем? Я же хорошо рассказала! — возмутилась Везара.

— Думаешь, доросла до препирательств со мной? — спросила она с угрозой в голосе.

— Нет, тётя Светалия, — потупилась Везара.

— Ваше. Святейшество. — тихо отчеканила она. — Перед тобой наречница!

— Да, Ваше святейшество.

Весь день Светалия требовала у Везары рассказывать обо всём, что считала наиболее важным. Манеры, история рода, самые важные былины. Когда замученная девушка вышла из библиотеки, вечерняя заря уже отцвела. Тётка наказала Везаре перечитать гору всего, но девушка и не думала открывать книги. А вот зашить сарафан всё же придётся. Но сперва отстирать.