Новые приключения Арбузика и Бебешки

Византийцы

Бебешка и его босоногая команда продолжали работать на стройке. На следующий день очень сильно болели ноги, которые к тому же сбиты в кровь. И теперь их поменяли местами. И главная нагрузка пошла на руки, пресс и корпус, нанося удары по камням и отбивая их для того, чтобы грузить корзины.

Это было умное распределение нагрузки на разные группы мышц.

Утром детей немного кормили фруктовой и овощной кашей с примесью рыбы.

Давали на день калорий достаточно, чтобы не умереть от голода и продолжать работать. Юные рабы были худые, но жилистые, выносливые.

Их с утра и после работы поливали шлангом с примесью хлорки, чтобы не гуляла зараза.

А потом они наваливали какую-то стену. Перемалывали глыбы камня кирками, кувалдами из горы, и потом наваливали более мелкий щебень на другую сторону котлована.

Вроде бы строили плотину... Но внешне, казалось, что их работа, какая-то бессмысленная.

Бебешка пытался понять ее суть. Пока информации было мало. Другие дети-рабы тоже ничего не знали. Хотя работа идет тут не один год. И что интересно, тут только дети. Когда исполняется лет четырнадцать, мальчиков и девочек куда-то увозят, и они уже не возвращаются.

Бебешка понимал, что тут есть какая-то тайна. Но пока нужно хотя бы окрепнуть телесно.

После трудного дня, детей помыли из шланга, дали поесть фруктово-рыбной каши и развели по баракам.

Бебешка снова без лишних разговоров прогрузился в сон. Если пару недель выдержать, то у них прибавится сил, и тогда можно будет поговорить и о побеге. Да босые ступни загрубеют и станут словно копыта верблюда.

А пока спи... И тебе снится такое, навеянное серьезной физической нагрузкой и предельной усталостью.

Пират нервно поправил на глазу пыльную, слегка подъеденную молью повязку и замялся, он видел, как загорелись глаза у художника, и в тоже время боялся, заломив чрезмерную цену, отпугнуть покупателя. "Ладно, рискну, не возьмет, сразу же скину". Флибустьер, деря горло, проорал:

-Сто цехинов!

-На, получай!

-Самуил небрежно кинул мешочек пирату. Тот жадно подхватил его. На лице флибустьера запечатлелась гримаса разочарования. Он пожалел, что не запросил больше. Подав кусок пергамента и накинув ошейник, пират вручил Самуилу конец веревки.

-Я думаю, мальчик хороший, и сам пойдет. - Самуил легонько стегнул Бебешку плетью по голой спине. Радоваться рано: пацан оставался рабом. Остальные дети были немного старше, они прокричали:

-Бебешка, держись!

Надсмотрщик хлестнул широкой сыромятной плетью по голым ногам. Ребята вскрикнули от боли, подпрыгнув. После повторного удара замолчали. Угрюмо насупившись, они продолжали развлекать потенциальных покупателей и жариться на солнце, пока оно не скрылось за горизонтом.

Глядеть на подобные издевательства очень тяжело. У матери-ведьмы буквально разрывалось сердце. Запинающимся от волнения голоском Вешнявка спросила у волшебной вещицы:

-Что будет с ними?

Блюдечко мигнуло, изображение пропало, затем возникло вновь. Знатный вельможа бугристой золоченой с самоцветами глыбой восседал на слоне. От него отбежал, смахивающий на лисицу, человечек в белом и красном со страусиным пером на чалме. Он подбежал к пирату и небрежно швырнул кожаный мешочек. На распев произнес:

-Шейх Абду-Аль-Рашим забирает всех твоих невольников.

-Но это очень мало!

Корсар попытался разыграть возмущение, хотя в глубине души был даже рад такому исходу.

-Твое время аренды на торге истекло, других покупателей ты не найдешь, если на то будет воля Аллаха. - Лисья морда оскалила неприятную улыбку. - А пленных детей как грязи в ливень. Хотя, если тебя не устраивает оплата...

Управляющий шейха потянулся к мешочку. Пират резво схватил деньги, притянув, отдающий приятной тяжестью монет, мешочек к груди.

-Нет, устраивает!

Управляющий с неожиданной для столь на вид тщедушного тела силой хлопнул массивного пирата по плечу. Тот пошатнулся еще больше справившись, а управляющий вежливо ответил:

-Тогда, да поможет тебе Всемогущий Аллах!

Купленных оптом: взрослых, подростков и детей построили в колонну, нацепив кожаные ошейники, а на взрослых мужчин еще поверх надели цепи. Самых маленьких, можно сказать, пожалели, ограничившись пеньковыми веревками, впереди им предстоял долгий путь и большинство было обречено навечно сгинуть в песках. Женщин отвели отдельно, самым красивым и юным капнули на личики и руки масла и выдали сандалии. Остальных же энергично подгоняли плетью - видимо их погонят ишачить в другое место, а красавиц в гаремы. На фоне каторжного труда - это счастье!

Затем изображение слегка сместилось, Вешнявка отчетливо видела, как ло каменистой дороге брели в толпе связанных арканами пленников ее дети.

На девочках были рваные туники, мальчики в одних набедренных повязках, головки казались особенно белыми на фоне почерневших от солнца тел. Как исхудали ее мальчишки, под тонкой смуглой кожей видна каждая косточка, лопатки острые и в синяках, бока и спина в писугах от плетей. Босые детские ножки были изранены о раскаленные камни, покрылись ушибами и ссадинами почти до колен. Изрезанным ступням с формирующимися мозолями, теперь каждый шаг дается с болью.

И так день за днем. Некоторые невольники теряют сознание и уже не в силах подняться. Их молотят плетьми, или поджигают факелами, стараясь заставить идти. Но многие остаются в песках навсегда. Как ни странно, но больше всего умирает взрослых и здоровых мужчин, а женщины и дети отличаются большей стойкостью.

Девочки, к большой радости Вешнявки, уже дошли, им отвели место на плантациях хлопка, а мальчишек погнали подальше на строительство крепостей. Прут по пустыне на юг, горячие пески безжалостно обжигают их босые ноги. Но крепкие от природы и закаленные с самых ранних лет работой на селе, огольцы терпят. Пошатываясь и стиснув зубы шагают, не обращая внимания на палящее солнце. Им хочется пить, и в горле настолько пересохло, что и разговаривать больно. Даже надсмотрщики на верблюдах изнемогают и почти не бьют плеткой. Идти нужно до самого побережья Персидского залива, чтобы там строить очередную арабскую крепость. Пить дают только два раза в день, и вода уже затхлая, мутная. Уже не только рабы, которых безжалостно гонят, но и сопровождающая их охрана стала умирать.