Новые Ряженки. Тайна старика Зуича.

Загадочная гостья

Глава 10

Тимоха увидел, как дед Зуич открыл калитку, и во двор вошла женщина. Она кивнула Зуичу и уверенной походкой направилась в дом. Было в ней что-то странное. Любопытство настолько поглотило Тимоху, что Яшка со своими нападками казался ему теперь персонажем из мультфильма. Тимка незаметно забежал в дом и, не обращая внимания на Яшку, который с аппетитом клевал перебранное зерно, запрыгнул на печку. Оттуда из-за занавески он сможет всё внимательно разглядеть и услышать. В дом вошли. Сначала женщина, а потом дед Зуич.

— Спасибо, Яшка! Пойди, прогуляйся! — сказал дед Зуич.

Яшка вышел во двор, а Тимоха притаился.

— Красивый у тебя Яшка, — сказала женщина, присаживаясь к столу.

Тимоха внимательно за ней наблюдал. Он пытался понять, почему она показалась ему странной. И тут он понял: странной была не она, а то, как дед Зуич её встретил! Он не улыбнулся ей, как делал обычно, встречая гостей, не предложил войти — она вошла без приглашения, он не открыл вежливо перед ней дверь, как хозяин, она по-хозяйски вошла сама. Кто же тогда она такая? Куда делись его приветливость и гостеприимство?

— Ты не нашёл того, что искал, верно? — начала она разговор.

— Пока нет. Но кое-что я, всё-таки нашёл, — улыбка бродила по его лицу.

— И что же это? — настороженно спросила она.

— Это те, кто помогут мне в поисках, — ответил Зуич.

— Уж не твой ли Яшка? — весело расхохоталась гостья. Тимохе в этот момент стало не по себе.

— Нет, — живо отозвался Зуич. — Яшка у меня вместо будильника, да и развеселить может так, что и в цирк ходить не надо, — усмехнулся он.

Тимоха поймал себя на мысли, что почему-то рад такому ответу деда Зуича, хоть они с Яшкой и враги. На мгновение он подумал: а не Лукерья ли это? Нет! С Лукерьей он обязательно бы поздоровался. А между дедом Зуичем и этой женщиной чувствовалось какое-то напряжение.

— Ты пришла через… — понизив голос начал Зуич.

— Да, чердак, — ответила женщина, не дослушав Зуича. — Может, ты обратно со мной?

— Не могу, сначала я должен её найти. А потом сделать то, для чего сюда прибыл.

— Ну, раз так, дорогой Ярославич, угощай меня чаем! — она снова весело рассмеялась.

Вдруг напряжение между ними мгновенно исчезло, словно его и вовсе не было, будто последние слова загадочной гостьи расколдовали взволнованного и напряжённого в этот момент деда Зуича.

— Молви, каково житие твоё! Как ты жил всё это время, как сейчас поживаешь? — с теплотой и заботой в голосе спросила она.

«Погодите! Какой Ярославич? Он — дед Зуич! Вот уж точно она какая-то странная, и язык у неё странный», — подумал Тимоха, продолжая внимательно за ними наблюдать.

С каждой минутой ему становилось всё тревожнее. А вдруг, она уговорит его покинуть Новые Ряженки, и я снова окажусь на улице?! Что будет с Пискушем, даже с этим задирой Яшкой? Тимоха переживал не только за себя.

— Чувствую, Агата, жить мне тут очень долго! Люди другие, масок очень много! — ответил Зуич, ставя на стол горячий самовар.

— А когда их было меньше? Ты справишься, Ярославич, обязательно справишься. Не можешь иначе. Это не только наша Русь — матушка! Со всей планетой худо, — поддержала Зуича Агата, подставляя свою чашку под краник самовара.

Тимоха вконец перестал понимать смысл всего услышанного. Одно он понял точно: странная жен­щина по имени Агата почему-то называет деда Зуича Ярославичем и на его отказ уехать с ней неведомо куда, заливается смехом. Тимоху стало клонить в сон.

Он услышал, как Агата затянула песню на не­знакомом ему языке, а дед Зуич её подхватил — очень мелодичная была песня. Потом услышал, как Пискуш говорит, что время пришло и пора приготовиться, а Яшка кудахтал, что мышеловки — это прекрасное изобретение человечества. Сон при­нял Тимоху в свои объятия.