Новые Ряженки. Тайна старика Зуича.

Пискуш отправляется на поиски друга. Часть 1

Глава 16

ПИСКУШ ОТПРАВЛЯЕТСЯ НА ПОИСКИ ДРУГА

На следующий день после их с Тимохой «большой охоты», Пискуш высунул мордочку из норки и прислушался. В доме стояла тишина. «Никого! Вот удача! — подумал он. — Нужно обсудить план следующих действий, пока этот монстр Яшка во дворе».

Издав свой мышиный писк, Пискуш ожидал друга. Тимоха не появился. Пискуш быстро прошмыгнул за сундук и огляделся. Обнаружив у печки отсутствие всех Тимохиных мисок, его осенила страшная догадка — их дружба раскрыта, Тимоха изгнан на улицу, а Яшка победоносно злорадствует, собираясь его, Пискуша, уничтожить!

На всякий случай Пискуш решил окончательно убедиться в своей догадке. Вдруг, он зря волнуется и Тимоха сейчас рассказывает своей подружке Анфиске, как они всех провели. Яшка сидит на заборе и хвастается своей милочке, какой он у деда Зуича незаменимый помощник, а миски дед Зуич ещё не успел поставить на пол после уборки.

Так Пискуш успокаивал себя мыслями, что всё в порядке, нужно только дождаться вечера, когда все соберутся дома.

Вечером из своей норки он услышал шаги деда Зуича, бряцание посуды, ложки в чашке, захлопывание двери в библиотеку. Он не слышал, чтобы дед Зуич разговаривал с Тимохой перед сном, как делал это почти каждый вечер. Не стукнули об пол и Тимохины миски, которые дед Зуич должен был поставить обратно после уборки.

Но тут вдруг, из библиотеки раздались странные звуки, которые сильно напугали Пискуша. Никогда раньше он не слышал ничего подобного. В комнате что-то задребезжало, потом застучало. Звук становился громче и быстрее, будто какой-то механизм набирал скорость, да так быстро, что вскоре он превратился в сплошной вой. Чашки и ваза с семечками заплясали на столе Пискуша в его норке. Портрет родителей съехал на бок, а стакан с карандашами и кисточками чуть не свалился на пол. Пискуш не на шутку испугался. В библиотеке Зуича что-то оглушительно хлопнуло и через мгновение всё стихло.

Пискуш прислушался. В библиотеке по-преж­нему стояла тишина. Он пытался понять, от чего мог происходить этот звук — стук, переходящий в вой. Что-то отдалённо похожее уносило его в раннее детство, когда были ещё живы его родители. Теперь Пискуш напрягал не только слух, но и память, пытаясь вспомнить, не доводилось ли ему слышать что-то подобное. Но у него ничего не вышло.

Убедившись утром, что Тимоха дома так и не появлялся, Пискуш выбежал во двор через второй выход у погреба и внимательно осмотрелся. Ему показалось странным, что Яшки тоже не было во дворе.

«Интересно, а этот куда подевался? Хотя, какая разница, куда! Его нет — и это хорошо!» — подумал Пискуш. Он решил заглянуть на террасу, вдруг именно там он встретит Тимоху! Но увидев её пустой, надежда Пискуша сменилась тревогой. Теперь он был уверен — Тимоха в беде.

Надо срочно что-то предпринять! Немедленно расспросить у местных мышей, где Тимоха. Хотя, куда там! Он же кот — мышиный враг и опасный хищник! Но с другой стороны, я немало помог своим собратьям, а Тимоха мой друг и вряд ли он обидел хоть одну мышь. Пискуш решил составить стратегический план поисков Тимохи и помочь ему вернуться к Зуичу, или на худой конец, приобрести дом, крышу над головой.

Однажды днём, собрав в рюкзачок гостинцы из орешков, зёрен и сухариков, запихнув туда на вся­кий случай, кусок верёвки, несколько спичек и обрывок тёрки-чиркалика от спичечного коробка, надев любимый джинсовый комбинезончик и жёлтые кедики, повязав на шею платок, Пискуш покинул своё уютное жилище и направился к знакомым церковным мышам. «Наверняка кто-нибудь из них мог что-то слышать. Люди прихожане любят поболтать после службы возле церкви. Вдруг, дед Зуич что-то рассказывал про Тимоху», — подумал он и побежал той дорогой, которую хорошо знал.

В церкви до сих пор жили мыши, которые приходились ему родственниками, но Пискуш их в глаза не видел.

Они тщательно развивали свою агентурную сеть среди собратьев: полевых, лесных, деревенских и городских мышей. И если бы не их проворные и чувствительные лапки, отличнейшее обоняние и превосходный слух, способный улавливать высокочастотные ультразвуки, их жизнь была бы на много короче. Ведь где бы они ни жили, их повсюду подстерегала опасность — в виде ловушек и мышеловок, острых когтей хищных птиц, кошачьих и лисьих зубов, змеиного жала и ядов.

Мыши научились прятаться в норках и рыть длиннющие туннели, соединяющие их. Так они могли пробираться друг к другу в гости, сообщать срочные и не очень новости. Вот только добывать еду всегда приходилось на поверхности.

Путь Пискушу предстоял не близкий и не безопасный. Дорога пролегала через луг, потом огибала большой холм, уводя в пролесок. Сразу за лесом, по деревянному мостику, соединяющему два берега маленькой, но быстрой речушки, выводила прямо к ярмарке.

Место для неё выбрали самое удобное для всех — между деревнями Новые Ряженки и Забудино, и чуть в стороне от деревни Васютики, чтобы привозить свой товар для торговли и обмена могли жители всех трёх деревень.

От ярмарки до церкви было почти рукой подать — всего каких-то пятьсот метров или почти пятьсот пятьдесят ярдов по просёлочной дороге.

Старинная церковь возвышалась на пригорке в окружении высоких старых величественных сосен, с одной стороны и прекраснейшего живописного места на крутом берегу прозрачного озера, с другой.

Построенная из сруба более пяти веков назад, она воплощала собой высокохудожественное творение великих мастеров, являясь на сегодняшний день единственным уникальным памятником деревянного зодчества. Сохранившая своё великолепие со времён Древней Руси, ещё при правлении Великого князя всея Руси Ивана III Васильевича, она неоднократно ремонтировалась и реставрировалась.

На протяжении более пяти веков её стены и по сей день хранят тайны великих князей и княгинь, священнослужителей и бояр, крестьян и нищих, жителей соседних деревень и паломников.