Новые Ряженки. Тайна старика Зуича.

Третий не лишний. Джонго. Часть 2

Третий не лишний. Джонго.

Часть 2

— Теперь я на всю жизнь останусь зелёным? — в ужасе проговорил Пискуш.

Все уставились на него, не зная, что сказать, трясясь от беззвучного смеха. Чёлка, уши, мордочка, спина и хвост Пискуша были зелёного цвета, и лишь немного на брюшке осталось серого.

— Ты похож на маленького монстрика, — ответил Тимоха, облизывая лапу в краске.

— А ещё ты похож на листок малины, — добавил Яшка.

— И можешь прятаться, где угодно! — подхватила Анфиска.

И тут все прыснули со смеху. А Пискуш, вдруг, заплакал. Он плакал, а все смеялись. И он не понимал, почему. Не смеялся только Джонго.

— Тимоха, что на этот раз ты будешь рассказывать деду Зуичу? Про зелёный помёт? — не смог сдержаться Яшка, хохоча во всё горло.

— Представляю лицо деда Зуича, когда он увидит тебя с зелёной мышью в зубах, — хохотала Анфиска.

Тут уж не только Джонго, но и сам Пискуш не сдержался, и они захохотали вместе со всеми.

— Что теперь будем делать? — спросил Тимоха, немного успокоившись, — эта гуашь никак не смывается.

— Я знаю, кто нам может помочь! — воскликнул Пискуш. В его глазах опять вспыхнули радостные огоньки.

— Кто? — хором выкрикнули Анфиска, Тимоха и Яшка.

— Моя подруга Трикси! Я познакомился с ней, когда… — Пискуш осёкся.

— Когда что? — переспросил Тимоха.

— Кто она такая, эта Трикси? — возбуждённо спросил Яшка, в его глазах появился какой-то особенный блеск.

Пискуш быстро прокрутил в уме все возможные последствия привлечения к делу Трикси и потряс головой, пытаясь выбросить из неё все пришедшие на ум мысли.

— Это плохая идея, ничего не выйдет, — ответил он. — Сейчас лучше решить, как нам самим помочь Джонго.

— Я знаю, где можно его спрятать первое время! — обрадованно выкрикнул Тимоха.

— Ты этого не сделаешь! — Яшка неприятельски покосился на Тимоху.

— У тебя есть другой вариант? — Тимоха укоряюще посмотрел на Яшку.

— Если подумать, то…

— То — что? — раздражённо перебил Яшку Тимоха. — Думай, не думай, а лучшего решения я не нахожу. А теперь все наверх! — скомандовал он и первым запрыгнул на лестницу, ведущую на чердак. — Это самое лучшее место, где можно спрятаться, — сказал Тимоха, когда все поднялись на чердак. — Поживёшь пока здесь, а там что-нибудь придумаем.

— Как мы можем ему помочь, если не знаем, что с ним случилось?! — заметила Анфиска, и все вопросительно посмотрели на Джонго.

— В общем, это — долгая история, — на­чал Джонго.

— Нам всем теперь спешить некуда. Если ждать, пока пройдёт гнев у Лукерьи, то можно прождать до утра, а если ждать, пока смоется зелёная краска, то можно вообще прождать несколько дней, так что, давай, рассказывай, — вставила Анфиска.

— Меня подарили одному профессору, учёному в области физико-мате­ма­тиче­ских наук и философии. А в про­грам­мировании он вообще был гений!

— Он что, умер? — сочувственно спросила Анфиска.

— Не знаю, — с грустью вздохнул Джонго. — Раньше у него была семья — жена и двое детей. Дети выросли и разъехались, создав свои семьи, а жена умерла от болезни. Чтобы он не чувствовал себя одиноко, ему по­дарили меня. Я прожил у него всего семь меся­цев. Это были самые лучшие месяцы моей жизни! — воскликнул Джонго от нахлынув­ших воспоминаний и улыбнулся.

— Давай, рассказывай дальше! — с нетерпением потребовал Яшка, усевшись на любимый стул.

— Жили мы с профессором в небольшом городе, но в большой квартире. Когда он научил меня читать, то разрешил пользоваться его обшир­ной библиотекой.

— Ты тоже умеешь читать? — с неподдельным восторгом спросил Тимоха.

— А ещё пользоваться компьютером, — скромно добавил Джонго.

— Ух, ты! Вот это да! — воскликнула Анфиска.

— Я первый на очереди, кого он научит в нём разбираться! — твёрдо заявил Яшка.

— Я — вторая! — следом выкрикнула Анфиска.

— Тебе-то это зачем? — изумился Тимоха. — Как ты будешь им пользоваться своими копытами?

— Пригодится, когда открою своё дело! — гордо заявила она. — А копыта — не помеха!

— Своё дело? — в один голос спросили Тимоха, Яшка и Пискуш.

— Не подскажешь, какое-такое дело? — хихикнул Яшка.

— Нет, — отрезала Анфиска. — Продол­жай, пожалуйста, — попросила она Джонго.

— Однажды к хозяину приехал сын со своей женой. Они долго разговаривали в гостиной. Я слышал, как сын хозяина сказал, что профес­сора, если он захочет, возьмут в любой уни­верси­тет Санкт-Петербурга, а я смогу жить у них на даче и часто видеться с хозяином. Если бы я тогда знал…

— Знал — что? — не удержался Тимоха.

— То, что не следовало мне в тот день идти с соседями гулять, — снова вздохнул Джонго.

— Зачем ты пошёл?

— Что было потом?

— При чём тут соседи?

Друзья по очереди забрасывали вопросами Джонго.

— Это сын хозяина попросил соседей погулять со мной, надел на меня поводок и передал им. Я ничего не знал, — ответил Джонго.

— Чего не знал? — нетерпеливо встрял Яшка.

— Не знал, что по возвращении с прогулки я больше хозяина не увижу, — едва сдерживая слёзы, проговорил Джонго.

— Как ты оказался у нас? — спросил Пискуш, тронутый его рассказом.

— Вы же сами позвали…

— Нет, в Новых Ряженках. Наша деревня так на­зывается — уточнил Пискуш.

— Когда мы вернулись, соседи ключом открыли нашу квартиру. Она была пустая — хозяина в ней не было. Они забрали все цветы с подоконников и увели меня к себе. А на следующий день увезли на свою дачу и заставили охранять дом, привязав к будке мой поводок.

— Ты уверен, что хозяин не умер? — с серьёзным видом спросила Анфиска.

Когда решался какой-нибудь важный и спорный вопрос, она любила в себе «включать» сыщика, как и в прошлый раз в поисках булавки и раскрытия тайны этого чердака.

— Уверен. Он жив. Его сын с женой увезли хозяина к себе, а меня отдали соседям. А тем до меня не было никакого дела. Приедут на выходные, сунут грязную кастрюлю с кашей и уедут на неделю. Я там прожил две недели, а потом перегрыз поводок и убежал искать хозяина.