Новые земли

Часть 1. Север Глава 1. Тайна главного охотника

Орландия 204 г.

Как большинство орландских гор, Лисья гора была невысока и почти вся поросла лесом: по большей части рябинником да кленовником — лишь кое-где торчали верхушки золотистых сосен. В отличие от гор, расположенных ближе к Анварду, здесь не было ни выдолбленных в камне ступенек, ни натянутых веревок-поручней, ни циновок, брошенных на камни, чтобы нога не скользила — только звериные тропы. По одной из которых поднимались двое путников: отец и сын.

Мальчик был высок — почти на голову выше отца, жесткие каштановые космы, в которых со временем наверняка появится мох, собраны в хвост. Со спины так и вовсе не похож на невысокого мужчину золотистые кудри которого падали на широкие плечи. Но гномий мясистый нос и огромные карие глаза фавнов явно достались мальчишке от отца.

Под ногами шуршали прошлогодние листья и крылатки кленов, над головами шелестели листья рябины, спасая от июльского солнца. Мужчина наклонился и бережно сорвал небольшой трутовик с лакированный красноватой шляпкой. Похожая на лису рыжая кареглазая собака тут же подбежала к хозяину, обнюхать добычу. Тот с усмешкой потрепал любимицу по острым ушам. Мальчик вздохнул. Гриб лечебный, мама будет довольна, но они шагают уже полдня, а куда, да зачем — не понятно. Малец поправил висевший на поясе топор гномьей работы, подаренный вчера отцом на пятнадцатилетие, скользнул равнодушным взглядом по темным блестящим ягодкам разросшейся вдоль тропы ежевики, и снова вздохнул. Все ребята в поселке — ну, если не считать принца Дара и его дружков с утеса — ходили на Север чуть ли не каждый год. А он — сын главного охотника! — не был там ни единого раза! Ребята убеждены — за всем этим скрыта какая-то тайна. Многие даже считают, что ее знает и он, но мальчик подозревал, что никакой тайны нет, а отцу просто-напросто не хочется мерзнуть. И вообще он там на Севере давно все вершины покорил, самых больших медведей завалил, даже чудищ каких-то убивал, если не врут. Ну и надоело. Не молодой уже, что уж. Хотя все еще лучший из лучших! Мальчик встряхнул головой, отгоняя воспоминания, как на прошлой осенней охоте отец один на один победил громадного кабана-секача. Отец, конечно, крут, не поспоришь. Но какое он имеет право не пускать сына на Север?! Вчера мальчик поставил вопрос ребром: или его отпускают или он идет самовольно. Мамка, конечно, расстроилась. А отец… Вот, что вы думаете? Отец предложил сходить в горы, показать что-то и поговорить. Но что мальчик мог не видеть в родной-то Орландии?! Но раз отец велел собрать в предгорьях вязанку хвороста, значит поднимутся высоко. И то хлеб.

Неожиданно рябины расступились. Дальше подниматься нужно было по голой скале, под полуденным солнышком. Мальчик вдохнул аромат сосен и нагретого солнцем камня, поправил висящий за спиной лук и ступил на скалу. Подъем был не особо крут, отец даже веревку доставать не стал. Мальчишка старался идти быстро и осторожно, чтобы не поскользнуться — нельзя же ему сплоховать, тем более при отце, тем более сегодня! Заметив разомлевшего на солнышке богомола, мальчик осторожно поддел его носком кожаного ботинка. Насекомое изогнулось, принимая боевую стойку, расправило крылья и зашипело, но мальчик уже потерял к нему интерес.

Чем выше поднимались отец и сын, тем сильнее дул свежий ветер, овевая прохладой разгоряченные лица. Мальчик ожидал, что они пойдут на вершину Лисьей, но отец взял южнее и вывел сына на гладкий, словно лысина великана, утес. Мальчик подошел к краю обрыва. Здесь из него торчал большой, в половину человеческого роста, камень из серого гранита. В лицо ударил ветер. Куда ни кинь взгляд — всюду дыбились зеленые горы. Далеко внизу, над маленькими, словно игрушечными деревьями, парил орел. Мальчик заозирался, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в зеленом море деревьев: Восточное море, Анвардский замок на юго-западе, Нарнийский перевал на юго-востоке, речку Орлянку на юге… Но нет. С дурацкого утеса даже посмотреть нечего!

Мальчик обернулся к отцу и обнаружил, что тот уже достал из заплечного мешка подстреленного утром фазана. Рыжая Удача крутилась рядом, принюхиваясь к добыче и преданно заглядывая в глаза хозяину, мол, ты же помнишь, что нас здесь трое, да? Сын без лишних вопросов сбросил на камни принесенный хворост и принялся разжигать костер, краем глаза наблюдая, как отец выдирает и убирает в сумку яркие хвостовые перья — сестрам на платья или племяшке Лаванде в игрушки…

— А ты стал отличным стрелком, — продолжая неспешно ощипывать птицу, заговорил Ветр. — Я бы в твои годы в глаз фазану не попал.

— Так в мои годы ты в Нарнии жил, — ухмыльнулся Сын, пытаясь прикрыть кресало от ветра — несчастный костер никак не хотел разгораться.

— Верно. Я был обычным сыном землепашца, ну, разве чуть более любопытным и упрямым, чем другие… Удача, успокойся уже! Получишь ты свою требуху, получишь… — Охотник усмехнулся и вновь повернулся к Сыну. — Ты, наверное, тысячу раз слышал, как в восемнадцать лет я напросился в отряд к старине Дубу, когда тот решил посмотреть замок северных великанов...

Мальчик, наконец справившись с костром, кивнул и забрал у отца добычу. Ветр с улыбкой потрепал мальчика по жестким волосам и продолжил рассказ, наблюдая, как ловко парнишка щиплет птицу:

— В тот раз мы часто спрашивали великанов: «где же Колдунья?», а те только плечами пожимали. Мол, сколько на север не ходили, никакой колдуньи не встретили. Драконы так и еще дальше залетают и тоже никого не видели. Только король великанов, отец Время, предостерегал нас… Мол, будьте бдительны, будьте осторожны, Колдунья здесь, совсем рядом… Великаны тогда пояснили, что «колдунья» это сердце севера, его природа, скудная и жестокая, породившая снег, бездонные пропасти, лавины и камнепады… Породившая хищных зверей, с которыми приходилось сражаться и вслед за которыми великаны начали охотиться. А чтобы она в образе женщины ходила по Северу и искала путь в Нарнию — это все детские сказки!