Новые земли

Глава 7. Конец охоты

Ночью охотники перекусили в основном взятым из дома сыром и сухарями, да разделили на всех подстреленных по дороге пару уток, да пяток перепелок.

Под утро внезапно пошел дождь. Совсем небольшой, но его никто не ждал, так что все вымокли, и настроение испортилось окончательно.

На рассвете продолжили погоню за волками. Уже через полчаса следы привели их к остаткам волчьей трапезы: в ночи волки завалили молодого оленя-трехлетка, перекусили, поспали и неторопливо тронулись в путь перед рассветом.

— Да они нас вообще ни во что не ставят! — сердито бросил Дуб.

— Я же говорил, — ворчал Камень. — Надо было не вставать на ночлег, а продолжать погоню!

— И много бы это дало? Только коняшки бы ноги переломали! — огрызнулся Лесной Кот.

— Хватит, — оборвал спорщиков Ветр.

След вел по каменистой долине, солнце поднималось все выше, лошади скакали рысью. Часть собак бежали рядом, другие привычно вскочили на лошадей, пристроившись кто впереди, а кто и за спиной всадника.

Обогнув невысокую гору, охотники увидели впереди гору повыше и перед ней обрыв, на самом краю которого лежал волк, причем с таким видом, будто давно ждал преследователей и успел заскучать. Сидящая перед Ветром Удача аж взвыла от волчьей наглости. А зверь еще и встал не сразу: сначала потянулся, сел и не торопясь почесал за ухом задней лапой. Наконец волк, презрительно зевнув, начал спускаться вниз в ущелье, где шумела река. Собаки слетели с лошадиных спин и с ревом устремились следом.

— Ну все! Больше ты от нас не уйдешь! — радостно завопили охотники, пуская лошадей в галоп. — Ату его, ату!

Камней стало больше, лошадям пришлось перейти на рысь, а там и на шаг, зато собаки мчались со всех лап и уже подбегали к обрыву. Ущелье было неглубоким и узким, по дну с шумом бежала река Гремячая. Вслед за волком собаки легко спускались вниз и по камням перебегали бурную реку. А вот лошадки, наконец достигнув обрыва, остановились: берег был слишком изломанный — ни перескочить, ни спуститься.

— Вот пропасть! Знаю я эти места — тут хоть вверх, хоть вниз по течению с ярдов пятьсот скакать нужно, чтобы на лошадях переправиться! — крикнул Лесной Кот.

Волк между тем давно был на другом берегу и пробежал вверх по склону уже, наверное, метров триста. И тут из-за валуна потягиваясь вышла волчица. Быстроногая Молния — любимица Утеса — кинулась к ней и уже было схватила за пышный хвост, но вдруг волчица подпрыгнула, развернулась в воздухе и бросилась на преследовательницу. Лишь на мгновение блеснули длинные желтые зубы, и несчастная собака повалилась на землю, судорожно перебирая лапами, словно все еще пыталась бежать. Из прокушенного горла хлестала кровь.

— Молния! — отчаянно закричал Утес, невольно пришпоривая коня. Тот сделал пару неловких прыжков по камням вдоль неровного берега, споткнулся… Всадник вылетел из седла и перелетев через голову коня рухнул на камни. Раздался громкий хруст. Все охнули.

— Да чтоб тебя лавиной накрыло! — Утес вскочил на ноги, отбросил сломанный лук и кинулся к краю ущелья.

Ветр, его зять Ник, Внук Фавна и еще несколько охотников начали стрелять. Вот только ветер дул в их сторону, да солнце било в глаза…

— Назад! Назад! — кричали хозяева, но псы не слушали и, грозно рыча, кружили вокруг хищников. Огромный косматый Барсук, сам похожий на волка, попытался было наброситься на врага, но второй волчище поднырнул под него и разорвал бедному псу живот.

— Что б ты в болоте сгинул! — вскричал Ник, когда волк ловко отпрыгнул от пушенной в него стелы и та вонзилась в зад пегого длинноухого Вихря.

— Держите веревку, я спускаюсь! — крикнул Утес.

— Давайте, самые сильные держите веревки, а потом скачите одни направо, другие налево, а мы попробуем перейти эту, чтоб ее, реку! — подхватил Ветр, тоже торопливо начиная разматывать веревку.

Раздался отчаянный визг и Ветр чуть не выронил клубок: волчица схватила за зад рыжую Удачу. Остроухая девочка попыталась извернуться и укусить обидчицу, но в этот момент волк ухватил собаку за холку. Остальные собаки зашлись лаем, а волки не спеша, словно играючи, начали тянуть несчастную Удачу каждый в свою сторону…

Насыпав над мертвыми собаками курган из камней — одиннадцать собак, одиннадцать! — и пустив по кругу рог на помин четвероногих друзей, отряд охотников вновь оседлал лошадей и начал подниматься по каменистому склону, за которым скрылись волки. Царило мрачное молчание, нарушаемое только всхлипыванием Дочери Сатира. Оставшиеся в живых собаки примолкли, жались к хозяевам и поджимали хвосты. Дан, хозяин погибшей Лавины, утирал кулаком слезы:

— Как же я Дэну расскажу, это же его любимица! Была…

— Одного не понимаю, — сквозь зубы произнес Ленельфи. — Такое впечатление, что они нарочно нас водят и не дают свалиться с хвоста… Прав Ветр, непростые твари… Но зачем им это, зачем? Даже если они трижды разумные!? Всех собак, что ли, порвать хотят?!

— Кстати, а где Ветр? — спохватился Утес.

Все заозирались, но тут пришел неожиданный ответ: мрачную тишину разорвал звук рога. «Все ко мне! Я ранен! Все ко мне!».

Переглянувшись, охотники развернули лошадей и помчались назад. Многие побледнели.