Новый Босс. Многодетный папа.

Глава 14 и 15

Глава 14

Не знаю, куда себя деть, захожу в комнату к Карине.

У девочки уже закончился урок, и она просто сидит, листая шортсы в соцсетях. Пальцы привычно скользят по экрану, но выражение лица напряжённое, словно мысли её далеки от того, что она видит. Я подхожу ближе, нерешительно останавливаюсь у двери.

— Кто эта женщина? — спрашиваю осторожно.

Карина морщится, не отрываясь от телефона.

— Личный помощник дяди Алана.

Я киваю. Теперь понятно, почему у неё есть ключи. Личный помощник, значит. Но тогда почему такая реакция у девочек?

— А почему вы её не любите?

Карина наконец отрывает взгляд от экрана. В её глазах злость, почти враждебность. Её реакция удивляет меня, но я молчу, жду ответа.

— Потому что она хотела, чтобы дядя Алан сдал нас в приют или отправил к бабушке с дедушкой, — выплёвывает она, сжав губы.

Я замираю. В груди неприятно холодеет. Теперь понятно, почему девочки её так ненавидят.

Карина уже заведена, её руки сжаты в кулаки, голос напряжённый.

— Она считает, что мы ему мешаем. Что дяде Алану будет лучше без нас.

Я молчу, пытаясь осмыслить услышанное. Может ли она действительно так на него влиять, чтобы переубедить?

— А он что? — спрашиваю осторожно. — Он ведь не согласился?

— Конечно нет! — в голосе Карины звучит ярость. — Но эта ведьма постоянно на него давит. Говорит, что у него нет своей жизни из-за нас.

Я глубоко вздыхаю.

— Я думаю, тебе не стоит переживать, Карина. Алан на самом деле любит вас как своих детей. А от своего никто никогда не откажется.

Она молчит, но ее взгляд становится затуманенным. Я чувствую, что внутри неё творится настоящая буря эмоций.

— Он был категоричен в ответе ей. Но если так подумать… — голос её становится тише, неувереннее. Она отворачивается к окну. — Если представить, какая у него была жизнь до нас, а какая теперь… Мы же реально стали для него обузой. Может, в глубине души он мечтает вернуть свою беззаботную холостяцкую жизнь?

— Нет, Карина, даже не думай так, — быстро говорю я первое, что приходит в голову, но я знаю: этого недостаточно.

— Все в школе так и говорят! — вдруг выпаливает она и резко вскакивает с дивана. Подходит к окну, смотрит на улицу. — И ученики, и учителя. Женщины провожают его влюблёнными взглядами, ведь он может очаровать любую из них.

Я подхожу ближе, касаюсь её плеча.

— Не переживай. Он никогда так не поступит. Он вас очень любит и никогда не откажется от вас.

Карина продолжает смотреть в окно, но я замечаю, как напряжённость в её плечах немного ослабевает. Она делает глубокий вдох, словно пытаясь убедить себя в моих словах.

— Я просто… боюсь, что когда-нибудь он устанет, — шепчет она. — Что поймёт, что мы не стоим таких жертв.

— Вы стоите любых жертв, — твёрдо говорю я. — Он сам это знает.

Она медленно кивает, но я вижу: её сомнения так просто не развеять. Они слишком глубоко засели в её сердце. И я понимаю: эта борьба ещё не окончена.

В комнату неожиданно входит Марина. Её большие глаза испуганно смотрят то на Карину, то на меня. Девочка явно чувствует напряжение, но не решается спросить, в чём дело. Она сжимает в руках плюшевого медвежонка и неуверенно топчется на месте.

— Карина, ты опять злишься? — её голос звучит тихо, почти шёпотом.

Карина тяжело вздыхает, словно старается взять себя в руки. Она садится обратно на диван и притягивает сестру к себе, приобнимая за плечи.

— Не злюсь, просто… думаю. — Её голос уже спокойнее, но в нём всё ещё слышится тревога.

Я смотрю на девочек и чувствую, как внутри всё сжимается. Они такие маленькие, такие уязвимые, но вынуждены бороться со страхами, которые не должны волновать детей. Им страшно, что их могут оставить, что их жизнь снова изменится. И самое ужасное — они даже не верят в то, что заслуживают быть любимыми.

Нет, так не пойдёт.

Я глубоко вздыхаю и хлопаю в ладоши, пытаясь разрядить обстановку.

— А давайте приготовим что-нибудь вкусное? — бодро предлагаю я, улыбаясь, насколько это возможно. — Говорят, готовка помогает отвлечься.

Марина тут же оживляется и кивает.

— Десерт! Давай сделаем что-нибудь сладкое! — в её глазах загорается искорка энтузиазма.

Карина смотрит на меня подозрительно, явно не веря в то, что это поможет, но в конце концов пожимает плечами.

— Ну… ладно. Только не говори потом, что я тебя не предупреждала: если Марина возьмётся за дело, на кухне будет сахарная буря.

Марина фыркает, но тут же улыбается. Это уже маленькая победа.

Мы отправляемся на кухню. Я открываю холодильник и с вдохновением осматриваю его содержимое.

— Так, что у нас тут… яйца, молоко, масло… Шоколад! Отлично! — я поворачиваюсь к девочкам. — Как насчёт шоколадного фондана? Это такие маленькие кексы с жидкой серединкой.

— Вау! Как в ресторане? — восхищённо спрашивает Марина, и её глаза горят неподдельным восторгом.

— Именно! — улыбаюсь я. — Но нам нужно работать быстро и аккуратно. Кто за что возьмётся?

Марина тут же вскидывает руку.

— Я хочу растапливать шоколад!

— Хорошо. А ты, Карина? — поворачиваюсь к старшей девочке.

Она недовольно поджимает губы, но в итоге сдаётся.

— Могу смешивать тесто.

— Отлично. Тогда я буду следить за процессом и контролировать, чтобы у нас всё получилось идеально.

Работа закипает. Марина с важным видом ломает шоколад на кусочки и бросает его в миску. Я помогаю ей поставить миску на водяную баню, объясняя, как важно не перегреть шоколад. Девочка внимательно слушает и даже не размахивает ложкой, как обычно.

Карина тем временем взбивает яйца с сахаром. Она делает это с явным упорством, будто пытается выбить из смеси все свои тревоги. Я замечаю, как постепенно её хмурое выражение лица сменяется сосредоточенным.

— Теперь добавляем растопленный шоколад, — говорю я, когда Марина с довольным видом сообщает, что шоколадная масса готова.