Новый Эдем. Часть 1.0

Глава 33.2

Войдя в рабочий кабинет, я с тяжелым вздохом уселся за стол. Что ни день, то очередная лавина проблем. Направил взгляд в окно, в горах темнело раньше, поэтому сейчас было стойкое ощущение приближающейся ночи.

Собравшись с мыслями, я подтянул к себе бумажки из Академии. Из-за моего розоватого облика, я пока не рискнул туда наведаться, а дела копились. Рэмси, конечно, держал оборону, но без меня многие вопросы застопорились.

Решив пропустить ужин, я легко перекусил тем, что принёс Нейт, и окунулся в дела с головой.

Утром меня разбудили не солнечные лучи и даже не артефакт для раннего пробуждения, а звуки хлопающих дверей и крики в коридоре, которые переместились в мои покои. Не успел я продрать глаза, как в мою спальню ворвался Атош. Волосы всклокочены, уши торчат, а сам мужчина дрожит мелкой дрожью и бледен, как полотно.

— Что случилось? - хрипло пробормотал я, поднимаясь на локтях.

— Т-тан, - отдышавшись, начал Атош, а затем побледнел ещё сильнее.

Я перевёл взгляд ему за спину и увидел, что в моей гостиной толкутся другие слуги, кто-то всхлипывает и причитает. Что-то случилось, в груди шевельнулась тревога.

— Что? - я спустил ноги с кровати и сам потянулся за халатом, так как Атош явно был не в состоянии шевелиться.

— Юная леди Романова, она… - мой камердинер осёкся, его губы задрожали.

— Что она опять натворила? - я свёл брови на переносице, внутренне застонав и, если быть честным, страшась того, что она могла сделать.

— Кажется, она умерла, - прошелестел Атош и посмотрел на меня так, словно я за эту новость отправлю его на казнь.

Внутри всё скрутило от его слов и опалило холодом. Я замер, изучая его панические безсвязные мысли.

— Что?.. - я впился глазами в лицо Атоша. - Что ты такое говоришь?

— Её нашла утром Грида, в в-ванне.

Не теряя ни минуты я бросился на выход из покоев, не замечая прислугу на моём пути. Мне не нужно было ни о чём их спрашивать, их мысли говорили сами за себя. Чем ближе я был к покоям Саши, тем сильнее меня одолевал какой-то ужас. Я уже повидал немало смертей за свои тридцать лет, но почему-то осознание того, что эта девушка лежит сейчас мёртвая в моём замке, заставляла меня холодеть от страха.

Двери в её покои были раскрыты, на пороге топталась оставленная мною стража.

Я прошёл вовнутрь, краем глаза отмечая сидящую на банкетке горничную, она плакала навзрыд, а Нейт пытался её успокоить, подсовывая под нос чашку с каким-то отваром.

— Тан, - пискнула Грида, и её глаза наполнились страхом. А затем она снова залилась рыданиями.

Набрав в лёгкие побольше воздуха, я медленно направился к ванной комнате. Волосы на голове начали шевелиться от подступающего осознания, когда я заметил заляпанный кровью каменный пол.

Твою ж… ракхово дерьмо…

Перешагнув порог, я застыл и резко втянул в лёгкие воздух. Желудок оборвался и упал куда-то вниз.

— Нет, нет, нет, - я приблизился на полшага, чувствуя, как ноги становятся ватными.

Девушка лежала в ванне, наполненной до половины, только вода была окрашена кровью. Белоснежная сорочка на её теле пропиталась красным, одна рука была опущена под воду, а вторая безвольно свисала с каменного борта ванной, и с неё продолжали капать на пол крупные тёмные капли. Здесь же на бортике лежал какой-то металлический прут, возможно, он был извлечён из маглампы. Лицо девушки было бледным и умиротворённым, словно она просто спала. Из уголка рта вниз стекала тонкая струйка уже запёкшейся крови.

— Саша… - прошептал я и поморщился, отвернувшись от этого жуткого зрелища. - Зачем же ты так?

В груди всё затопило отчаянием и виной. Ведь это я всё устроил, если бы не решил сделать её невестой, то она была бы жива.

В порыве безсильной ярости я смахнул на пол бутыльки с омывательными жидкостями. Грохоча, те покатились по окровавленному полу.

Я подошёл к ванне ещё ближе, коснулся руки девушки и всхлипнул, словно маленький мальчик.

Опустился на пол и прислонился спиной к тумбе, с этого ракурса я видел только тёмную макушку девушки и свисающую руку.

Ракхи… что мне теперь делать? Она умерла из-за меня…

Запустил пальцы в волосы и с силой их потянул. Всё тело била мелкая ледяная дрожь. Я ощутил, как по щеке стекает тёплая слезинка и теряется на шее.

Из гостиной раздавался плач Гриды и тихие разговоры остальных. Сюда никто больше не рискнул входить.

Убить врага на войне, казнить преступника или же прикончить нападающего в целях самообороны или защиты — это одно. Но понимать, что ты стал причиной самоубийства беззащитной девушки, которая фактически одна против всего нашего мира, наших устоев. Как мне теперь с этим жить?

Я посмотрел на свои руки, немного заляпанные кровью Саши, и схватился за грудь, в которой сейчас разверзалась самая настоящая пропасть. А я ведь просто хотел сделать всё так, как нужно, всё по традициям, в соответствии с законами, чтоб их ракхи испепелили! Неужели ей было настолько здесь плохо?! Я ведь не какой-то там монстр! И даже пообещал ей…

Не успел я пройтись по очередному витку отчаяния, с каждой секундой всё сильнее увязая в чувстве вины и ненависти к самому себе, как до меня долетел плеск воды.

В совершенном ужасе я поднял глаза и окаменел. Свисающая рука девушки пришла в движение, пальцы обхватили бортик. И над ванной показалась её голова с влажными волосами.

— Фу-ух, надоело, и вода уже холодная, - пробормотала она, бросая на меня взгляд.

Я не мог двинуться с места, словно из тела кости вынули. Мой ошарашенный вид и круглые глаза явно её развеселили, потому что Саша довольно усмехнулась и принялась вылазить из ванны как ни в чём ни бывало. Проклятые ракхи! Девушка потянула спину и размяла руки. Всё это время я наблюдал за её действиями не в силах пошевелиться.

Вот она достала белые длинные полосочки и начала туго перематывать окровавленное запястье, а затем - напевая под нос! - пошла к стойке с полотенцами.