Новый год моей жизни

Глава 11

О личном мы больше не говорили. И, вообще, мне показалось, что Василий Петрович сделал шаг назад, оставляя мне пространство для маневра. Я не смогла бы объяснить это чувство, но теперь определенно ощущала себя намного свободнее и легче в его обществе.

Мы обсудили будущий дизайн бабушкиного дома и сошлись а том, что для отделки и реставрации мебели нужно использовать самые современные материалы в винтажном стиле. Мне удалось убедить Василия Петровича, что это лучший вариант, если он хочет сохранить атмосферу старины в доме. Мы договорились, что завтра он заедет за мной и отвезет к себе, чтобы я увидела фронт будущих работ. А потом я займусь рисованием. Проект я все же решила именно нарисовать на бумаге, но пообещала, что непременно начну осваивать какую-нибудь программу. От помощи в оплате каких-либо курсов я отказалась. Во-первых, я и сама могу оплатить учебу, а, в-вторых, может и не понадобится ничего платить. Я вполне могу разобраться во всем сама. На Ютьюбе совершенно точно есть обучающие ролики.

Анфиса так больше и не пришла. Но Василий Петрович и сам не стал засиживаться и ушел от меня сразу же после обсуждения. Я убирала со стола, мыла посуду и улыбалась, бесконечно прокручивая в голове наш разговор. И мне даже приснился сон, как будто бы он снова держит меня за руку и что-то говорит, проникновенно глядя в глаза.

Разбудил меня громкий стук в дверь. Я открыла глаза и испуганно замерла, прислушиваясь. На какое-то мгновение мне показалось, что стук мне приснился, но в тот самый миг, когда я с облегчением вздохнула, кто-то забарабанил прямо в окно моей спальни. И теперь его нельзя было игнорировать. Я вскочила и, накинув халат, выглянула за штору. Во дворе топталась Анфиса. Было слишком темно, чтобы различить лицо, но я узнала ее по куртке и коротким валенкам на босу ногу.

Увидев, что я подошла к окну, соседка что-то прокричала, но я только видела, как отрывается и закрывается ее рот. И в этот момент меня внезапно накрыл страх. Что могло случиться такого, что Анфиса примчалась ко мне посреди ночи?! Сердце гулко бухнуло в груди, первым делом я подумала о детях. Но быстро сообразила, что если бы с ними что-то случилось, меня разбудил бы телефонный звонок, а не деревенская соседка. Анфиса могла прийти ко мне только из-за одного человека... перед глазами стало мутно. Я схватилась за штору, едва не сдергивая ее вместе с гардиной.

Пока бежала к входной двери, несколько раз споткнулась и еле-еле удержалась на ногах. Откинула крючок, распахнула дверь и... Я готова была выбежать на мороз прям так, в чем была, но Анфиса уже стояла на пороге.

- Что с ним? - выдохнула я помертвев от ужаса, - что с Василием Петровичем?

Анфиса же, услышав панику в моем голосе, как будто бы даже обрадовалась. Расплылась в довольной улыбке и, сверкая глазами от радости, втолкнула меня внутрь.

- А! Я так и знала! - закричала она, - это из-за тебя! Рассказывай, что у вас вчера было?!

- Что с ним? - повторила я вопрос, сама немного удивившись незнакомым визгливым ноткам в голосе. - Анфиса! Что с ним случилось?

- С ним ничего, - тряхнула она головой. На улице, вероятно шел снег, потому что с ее непокрытой головы на меня упали крохотные капельки воды от мгновенно растаявших в тепле снежинок. - А вот с Анюткой... Я сегодня такое услышала! И сразу к тебе!

Когда я поняла, что с Василием Петровичем ничего не случилось, привалилась к стене. Облегчение было таким сильным, что ноги перестали меня держать. Я нервно рассмеялась. Что там случилось с Анютой меня не волновало совершенно.

- Сейчас расскажу! - Анфиса двумя руками запихала меня на кухню и, толкнув меня на диванчик, принялась хозяйничать. Включила свет, поставила чайник. И при этом тараторила без остановки. - Мне соседка, баб Нюра, по секрету сегодня утром рассказала. У нас сарайки рядом стоят, и коз мы утром ходим доить в одно время. И каждый раз у забора встречаемся. Ну, словом перекинуться. Узнать, что нового...

Мимоходом скинув прямо на пол куртку, залезла в холодильник и, достав оттуда тарелочки со вчерашним пирогом, ловко метнула их на стол.

- Анфиса, - я попыталась встать и объяснить ей, что не не нравится, как она по-свойски ведет себя в моем доме, но она мне не позволила. Мгновенно оказавшись рядом, снова толкнула меня на диван и продолжила:

- Сиди! Такие новости сидя надо слушать! Так вот, баб Нюра вчера в гости ходила к своей сестре, баб Кате, что по соседству с Анюткиной двоюродной сестрой живет. И та ей такое рассказала! Закачаешься! В общем, Лидка, Анюткина сестра, по большому секрету поведала баб Кате, что Анька вчерась домой вернулась домой бешеная. Орала так, что пришлось успокоительное накапать. И ей, и матушке ее, теть Тае. Ей-то, вообще, волноваться нельзя. У нее в прошлом году инсульт был, еле выкарабкалась.

- Анфиса, мне все равно! - сделала я еще одну попытку достучаться до Анфисы, но она меня не слышала.

- Но это еще не все! - торжествующе завопила она и принялась наливать чай. - Когда бабка Нюра домой шла, встретила доярку с фермы. Она по пути с работы зашла к куме своей — Ирке. Поболтать, посплетничать, молока занести. У Ирки детишек-то семеро по лавкам, а муж тот еще лодырь. Его Петрович с фермы выгнал и отказался снова брать. Сказал, что никогда в жизни такого лентяя не видел. Так вот, Ирка ей и рассказала, что Анютка весь вечер у нее проторчала, ждала, когда Петрович домой вернется. Ирка-то как раз напротив бабкиного дома живет, где Петрович поселился. Иркина мать, Женька, говорят, с Петровичем в детстве дружила. Хорошая была женщина. Два года назад померла. От рака. Быстро сгорела, полгода не прошло... А иначе не позволила бы Ирке за Петруху-то замуж выйти. Кому такой ленивый зять нужен?

- Анфиса, - перебила я ее. Теперь и мне стало интересно. Но я хотела знать не про соседку Ирку, а про Анютку и Василия Петровича. Все же нить вчерашних событий, которую мне удалось уловить в ворохе бесполезной информации, заставила сердце сжаться... Неужели это то, что я думаю? И я напомнила соседке, - ты про Анютку рассказывала.