Новый год моей жизни

Глава 14

Я отвела взгляд. В голове крутилось: «Говорит, что рад, а сам переехал к Анюте». Тяжело вздохнула. Василий колдовал над кофеваркой, стоявшей на скамейке Там, где, судя по моим воспоминаниям бабушкином доме, должны были стоять ведра с колодезной водой. И сама снова подняла тему, от которой хотела уйти.

- Я не хочу быть для тебя, или для любого другого запасным аэродромом или тихой гаванью, - произнесла тихо, не глядя ему в глаза. И призналась, - у меня уже был такой опыт. И повторять я не хочу.

- Твой муж? - он повернул голову и взглянул с сочувствием.

- Да, - кивнула я. - Я узнала, что всю нашу совместную жизнь он гулял налево и направо, а меня считал той самой тихой гаванью, где можно отлежаться и прийти в себя после завоеваний и походов.

Василий, поставил стакан для кофе и отошел от загудевшей кофе-машины к столу. Отодвинул тяжелый деревянный стул, приглашая меня присесть. И только потом сказал:

- Я уже говорил тебе, что я не твой бывший.

- Но переехал к Анюте, - заметила я, присаживаясь. И, увидев, что он набрал в грудь воздуха, чтобы что-то сказать, продолжила, не позволяя ему говорить, - пусть даже между вами ничего не будет, но все будут уверены в обратном. Твоя «подружка» постарается выжать максимум из твоего присутствия в ее доме. И если при этом ты будешь оказывать знаки внимания и мне тоже, то... - я запнулась, но договорила, - я не хочу снова быть еще одной... понимаешь?

- Понимаю, - кинул он. Отодвинул второй стул, присаживаясь напротив меня, и замолчал, глядя куда-то в сторону. Повисла тишина. Только гудела кофеварка, наливая кофе в стакан. А потом заговорил еле слышно, - мать Анюты, Таисия, тяжело больна. Ей нужны деньги, чтобы купить лекарства, но она отказалась брать их у меня, потому что я для нее до сих пор маленький мальчик, сын ее троюродной сестры Маруси... А я не могу оставить ее без помощи... Они с моей матерью дружили всю жизнь... Я помню, когда мы приезжали в деревню, тетя Тая всегда прибегала к нам самой первой. И когда мама заболела... - его голос охрип, - тетя Тая была единственной, кто не отвернулся от нее. И до самого последнего дня был рядом.

Воспоминания о прошлом причиняли ему боль... И я не стала давить на эту мозоль. Тем более, меня интересовало другое.

- Но, выходит, вы с Анютой родственники? - нахмурилась я.

- Она моя четвероюродная сестра...

- А она об этом знает? - Василий кивнул. - Но почему она тогда... ну, родство пусть и не близкое, но все же...

- Здесь половина деревни моих родственников, - улыбнулся он. - Теперь ты понимаешь, что у меня с Анютой ничего нет и быть не может? Да, я ее на руках носил, когда она младенцем была!

Я ничего не ответила... С одной стороны все выглядело довольно гладко: они на самом деле родня. Если бы я сама лично видела, как Анюта вешалась на Василия, то, пожалуй бы, поверила, что Анфиса врет, а между ними только родственные отношения. Но своим глазам я привыкла верить. И потом, сцена у автолавки мне тоже не привиделась, как и угрозы «сестры». А значит новость о дальнем родстве ничего не меняла.

Пока я размышляла, Василий поставил передо мной кофе. Я обхватила горячую кружку и сделала первый глоток, не почувствовав ни вкуса, ни аромата. Смотрела на пузырьки, кружащиеся на поверхности напитка и молчала.

- О чем думаешь? - спросил он.

Я могла бы соврать и перевести этот разговор на что-нибудь нейтральное. Раньше, с Кириллом, я всегда так делала, если чувствовала, что наша беседа затронула опасные темы. Я всегда была осторожной и не ходила по тонкому льду, боясь провалиться в холодную воду. Но сейчас все изменилось.

- О том, что Анюте плевать на ваше родство, - честно сказала я, чувствуя, как заскрипело под ногами тонкое, полупрозрачное ледяное стекло. Казалось, еще немного и я окажусь в бездонной пучине, из которой уже не выбраться. Но лучше так... Лучше сразу обрубить все связи, чем еще раз оказаться обманутой.

- Ты мне все еще не веришь? - вскинул он брови. И проникновенно взглянул на меня, захлопав ресничками, чтобы изобразить невинность.

- Тебе верю, - немного слукавила я. Я еще не верила, хотя очень хотела. - А вот ей — нет.

- И не надо, - улыбнулся он. - Верь мне, Вера. И плевать что думают и болтают остальные. Главное что думаешь ты сама...

Я неловко улыбнулась:

- Хотела бы я быть такой самоуверенной... в хорошем смысле этого слова. Но, увы, уверенности в себе мне не хватает. Никогда не хватало, - поправилась я. - Наверное, поэтому Кириллу удалось...

- Ты его еще любишь?

Вопрос застал меня врасплох. Но я не задумалась ни на секунду и помотала головой из стороны в сторону.

- Нет. Давно нет. Но я всегда думала, что семья важнее каких-то там чувств. Ну, и надеялась, что со временем у нас все наладится. Я думала, что взаимное уважение не самая плохая замена. И мы сможем снова быть счастливы, когда дети вырастут, и Кириллу больше не нужно будет пахать за троих, чтобы обеспечить семью.

- Очень знакомо, - невесело усмехнулся он. - Я тоже так поначалу думал. Моя жена младше меня почти на двадцать лет. Она дочь партнера по бизнесу и между нами ничего не было до самой свадьбы. Но я думал, что неприлично большие деньги достаточно прочный фундамент для семейных отношений. Я ошибся.

Я кивнула. Выходит, что бывшая жена Василия примерно того же возраста, что и Анюта. Вот не зря я сразу подумала, что она «привычный аксессуар». Но вслух сказала совсем другое:

- Все ошибаются... Главное суметь вовремя понять и уйти...

- Согласен.

- Я вот опомнилась слишком поздно. - Вздохнула, снова утыкаясь взглядом в кружку, на дне которой осталось еще немного кофе.

- А мне кажется, что ты не права. У нас все впереди, - в его голосе слышалась улыбка, - только не нужно бояться сделать первый шаг...

Я подняла на него взгляд. Хотела сказать, что не боюсь. Только слегка опасаюсь. Но не успела.

- Я приглашаю тебя на свидание, Вера. И не принимаю отказа, - подмигнул он, - пора забыть про все страхи и попробовать начать сначала.