Новый год в драконьем замке

Глава 25

Дракон зло скривился:

— Вряд ли ошибёшься. Хотя доподлинно сие неизвестно – сам Хонор на вопросы, кто тебе это внушил, заявляет, будто бы так говорят все драконы. Но, во-первых, я-то знаю, что ничего подобного другие не говорят, а во-вторых и в-главных, мальчишка так и сыплет выражениями моего папаши. Да и вообще таким презрением к родным можно было заразиться только от него! — он вновь болезненно скривился. — Кстати, о нём. Я хотел бы извиниться за его безобразное поведение. Конечно, если бы я только предполагал, что он может заявиться, не стал бы вовсе никого звать на завтрак. Пожрал бы, а вернее – проблевался, в одиночестве. Но, к сожалению, его выходы из лаборатории абсолютно непредсказуемы. По счастью, хотя бы случаются нечасто.

Я видела, что дракона опять начинает трясти, и чем дальше – тем сильнее.

— Гирзел, — поспешила прервать его оправдания, как только ко мне вернулся дар речи – уж больно неожиданным был сам факт. — Извинения приняты. Тем более ты сам-то и ни в чём не виноват. А за родителей дети не в ответе.

— Вазлисар что, реально почти не покидает лабораторию? — полюбопытствовал Кирилл.

Ящер усмехнулся. Кажется, после моих слов его хоть немного отпустило.

— Как видишь, ваше присутствие в замке он чисто случайно обнаружил лишь на четвёртый день. А мог бы и месяц ни о чём не ведать. Да, уже давно они с матерью и ещё пятью такими же одержимыми драконами перебрались в покои возле главной лаборатории и курсируют исключительно между ней и кроватями. Даже еду им подают в лабораторию. Точнее, оставляют возле её дверей в положенное время – в святая святых поганым хвостатым бездарям и заглядывать-то запрещено, ещё нарушат по своему тупоумию какой-нибудь архиважный процесс. Впрочем, не подумайте, будто мы числимся у них умнее нагов. По сути, такие же бесполезные прожигатели жизни.

— ...Потому что не посвящаете магии двадцать пять часов в сутки, — с сарказмом продолжил Лисовский.

— Точно, — кивнул Гирзел с кривой усмешкой. Когда говорил об отце, она вовсе не покидала его лица. Разве что оттенки слегка менялись – отдавая то больше злостью, то ядом. — Только двадцать пять часов это тоже маловато – минимум, двадцать восемь.

— Какая разница, двадцать пять или двадцать восемь, если в сутках по-любому двадцать четыре часа? — осведомилась я, не очень поняв его последнего уточнения.

— А никакой, — ответил вместо него Лисовский. — Однако требования-то, я гляжу, растут.

Дракон опять кивнул – на сей раз с тяжёлым вздохом.

— Кстати, Гирзел, я тоже хотел извиниться, — неожиданно произнёс шеф. — Когда говорил, что Совет может не пустить тебя обратно с экскурсии на Землю, понятия не имел, что ты его брат. Он вообще никогда не упоминал, что у него есть брат.

— Да он и не знает обо мне. Откуда? — ящер вновь помрачнел. В тёмно-карих глазах и вовсе всплыло что-то болезненное. — Ладно, пойду проверю, исполняет ли Хонор наказание.

Он резко поднялся и вышел из наших покоев.

— Кир, что-то я не поняла, за что ты извинялся, — честно призналась Кириллу, когда шаги Гирзела в коридоре стихли. — Чей он брат?

— Того, перед кем здесь захлопнули дверь. Точнее, портал. В наказание за своеволие бросив, по сути, на произвол судьбы в чужом мире.

Здесь автор давно лишён возможности общаться с читателями, так что на этом сайте вопросов не задавайте.

— Кошмар какой! — ужаснулась я. Несчастного незнакомого дракона стало безумно жаль. Прийти, можно сказать, на порог родного дома... и узнать, что не попадёшь туда больше никогда, – это же действительно просто жуть! Представила себя на его месте, и в груди похолодело. Выйти прогуляться... и в одночасье лишиться всего – дома, семьи, друзей, привычной жизни, родины наконец. А хуже всего что, по всей видимости, именно родные и постарались отобрать у него всё это. Реально кошмар – нет тут другого слова!

— Что же касается извинений, — продолжал мужчина. — Одно дело просто упомянуть исторический факт, пускай и не самый приглядный, и совсем другое – целенаправленно ударить по больному месту. Но что Гирзел его брат, до меня дошло только сегодня, когда услышал это «Вазлис», поскольку полное имя брата мне тоже известно. Однажды он его называл.

— Но почему же всё-таки Вазлисар поступил с родным сыном столь жестоко? — задалась я вопросом, хоть убей, не понимая причин поведения этого бессердечного дракона. — Неужели сходить в соседний мир – настолько страшное преступление?!

Лисовский скривил губы в презрительной усмешке:

— Ну, во-первых, сам факт, что сын посмел нарушить запрет, выдуманный, по всей видимости, как раз папашей. Во-вторых, подозреваю, тот активно противодействовал идее закрытия порталов. Потому Вазлисар и ратифицировал решение именно в его отсутствие. А в-третьих, «неудачный» отпрыск попросту был ему не нужен. Он ведь тоже не горел желанием навсегда похоронить себя в лаборатории – то есть надежд, которые возлагал на него родитель, не оправдал.

— Как теперь не оправдывает и Гирзел? — заметила я.

— Да. Второй блин у него также вышел комом, — мрачно хохотнул Кирилл. — Но, видимо, тратить время на рождение и воспитание третьего им уже неохота. Поэтому, боюсь, Вазлисар решил взрастить себе преемника из чужого сына.