Новый год в Эсфире: ёлка, магия и один упрямец

Глава 3

Разум кричал: «Вернись!», но внутри меня будто проснулся компас, стрелка которого бешено вращалась, указывая в самую чащу.

Стоило мне сделать десяток шагов, как звуки площади — крики рабочих, звон инструментов и даже властный голос Дэйрона — разом стихли. Всё погрузилось в тишину. Казалось, если я закричу, мой голос просто замёрзнет в воздухе, рассыпавшись крошечными льдинками, так и не долетев до цели.

— Глупая затея, Аэллина, — прошептала я, и собственное дыхание вырвалось изо рта неестественно густым облаком пара.

Свет между деревьями снова дрогнул. Та самая фигурка, сотканная из холодного огня, промелькнула за стволом вековой ели. Я прибавила шагу. Снег здесь был глубже, он не хрустел, а мягко принимал мои сапоги, словно заманивая дальше.

Внезапно деревья расступились, открывая небольшую, круглую поляну. В центре неё стояла старая каменная беседка, оплетённая сухими плетями дикого винограда. Но не архитектура привлекла моё внимание.

Беседку сковал странный лёд — не прозрачный, а иссиня-чёрный, с пульсирующими внутри искрами, словно в застывшем янтаре. Чёрные прожилки расползались по камню, и от них доносился переливчатый, ледяной смех.

Где-то я читала о подобном эффекте... Что же это было? Признак какой-то аномалии? Болезни города?

— Это точно не иллюминация, — выдохнула я, подходя ближе. Профессиональный интерес на мгновение вытеснил страх. — Энергетический затор.

Я протянула руку, собираясь вызвать стандартное диагностическое заклинание, которому нас учили в Академии праздников. Ладонь привычно потеплела, готовая выпустить золотистый свет, но стоило мне коснуться пальцами чёрного льда, как мир перевернулся.

Холод ударил под дых. Это не был мороз, который щиплет щёки. Это был холод пустоты.

Перед глазами вспыхнули образы, не имеющие отношения к реальности. Я увидела эту же поляну, но много лет назад. Снег шёл вверх, к небу. У беседки стояла женщина — её силуэт казался знакомым до боли в груди, но лицо расплывалось. Она держала за руку кого-то высокого, окутанного тенями. «Помни, Аэллина...» — прошелестело в голове, хотя губы женщины не двигались. — «Свет не горит без тени».

Я отпрянула, тяжело дыша. Иллюзия рассыпалась, но реальность оказалась не лучше.

Вокруг поляны начали сгущаться тени. Те самые «непредсказуемые» духи, о которых предупреждал Дэйрон, выходили из-за деревьев. Они не были похожи на милых рождественских эльфов. Это были вытянутые, полупрозрачные существа с глазами-льдинками. Их смех теперь звучал издевательски.

— Ну же, — я попыталась придать голосу уверенности, призывая магию. — Я просто хочу помочь. Я декоратор!

Я вскинула руки, выбрасывая «золотую сеть» — заклинание, которое обычно усмиряет буйные стихийные искры. Но вместо того, чтобы окутать духов мягким светом, моя магия при соприкосновении с их холодом просто… почернела. Она осыпалась на снег липкой, тёмной копотью.

Сердце замерло. Магия не может так себя вести. Это против всех законов.

Духи замерли, словно сами удивились, а затем начали сужать кольцо. Один из них, самый высокий, протянул ко мне длинные, похожие на сосульки пальцы. Я попятилась, упираясь спиной в ледяную беседку. Отступать было некуда.

И тут из глубины леса, откуда я пришла, раздался пронзительный свист.

Духи разом обернулись. На краю поляны мелькнул высокий силуэт в тёмно-зеленом плаще. Он не спешил на помощь, он просто стоял там, наблюдая. Я увидела блеск его глаз — странных, почти кошачьих.

— Помогите! — крикнула я, но голос сорвался.

Незнакомец не двинулся с места, лишь поднёс к губам что-то похожее на костяную флейту. Короткий, резкий звук — и духи отхлынули, растворяясь в метели, словно их никогда и не было.

Но радость была недолгой.

Чёрный лёд на беседке за моей спиной вдруг начал трескаться. С оглушительным звоном он разлетелся на тысячи осколков. Под ним открылась зияющая пустота — не стена, а провал в пространстве, абсолютно чёрная клякса, всасывающая в себя свет и воздух.

Меня потянуло в эту воронку. Ноги оторвались от земли.

— Аэллина! — этот крик был полон такой ярости и страха, что я вздрогнула.

Я увидела Дэйрона. Он ворвался на поляну, его лицо было бледным, а в руках горел настоящий боевой факел из чистого, белого пламени. Он бросился ко мне, протягивая руку, но между нами было слишком уж большое расстояние.

В этот момент за моей спиной, прямо из черноты провала, выросла огромная тень. Она не имела формы, лишь очертания чего-то древнего и могучего. Я почувствовала ледяное дыхание на своём затылке. Тень склонилась, и её голос, похожий на скрежет льда о камни, пророкотал прямо в моём сознании:

— Ты вернулась домой, маленькая искра. Пора зажечь истинный огонь.

Мир вокруг стремительно гас. Последнее, что я успела увидеть — расширившиеся от ужаса глаза Дэйрона и его руку, отчаянно тянущуюся ко мне.

Потом — темнота.