Новый год в офисе, или... Дед-одиночка

1.1

Естественно, от ребенка возражений не последовало. И тогда он, еще раз посмотрев на окна бывшей жены, сказал:

- Ну-ка пойдем в машину. Давай-давай, пока твоя бабушка не видит, а то она снова меня распилит.

В машине у Тимура Захарова было установлено детское креслице для маленькой внучки. На переднем сидении. Он его даже не убирал.

Стоило вспомнить, как он его устанавливал, хотелось закатить глаза. Потому что бывшая стояла рядом и как коршун следила, чтобы он установил кресло правильно. А потом, чтобы он правильно усадил в него Виточку, чтобы правильно пристегнул... Она пилила его не переставая, он столько нового о себе узнал.

Сейчас, пока усаживал и пристегивал Виточку, у него от приятных воспоминаний губы сами собой растянулись в улыбке. Маленькая внучка тут же заулыбалась в ответ и вскинула вверх ладошки:

- Ехять!

- Угу, сейчас, - кивнул он и воровато оглянулся на окна Галины.

В одном, между прочим, уже виднелся ее силуэт. Это был верный знак, что лучше сейчас здесь не задерживаться. Тимур аккуратно тронул машину, медленно вырулил со двора, и плевать, если ему сзади желали матом и сигналили, он вез внучку. А потом также не спеша поехал к себе в офис.

***

Офис теперь у Тимура Захарова был скромный, всего три комнаты, и располагался в промышленной зоне, а не в самой престижной части города. Его старая боевая секретарша Ангелина, кстати, не так давно от него уволилась. Перебралась от него к одному его бывших конкурентов.

Так что в данный момент у Тимура Олеговича должность секретарши, бухгалтера и юриста совмещала Зинаида Викторовна. Женщина лет сорока пяти, полная и семейная. Именно она его второго января в офис и вызвала. Только он зашел помещение, она тут же кинулась навстречу:

- Тимур Олегович, с Новым го!..

Да так и застыла, увидев у него на руках маленькую внучку. А он невозмутимо прошел вперед и походя кивнул женщине:

- С Новым годом, Зина.

- А…

- А это у меня родительский день. Так, рассказывай, что у нас там за проблема?

- Тимур Олегович, посмотрите вот этот договор. Я там маркером пометила.

- Ага, сейчас гляну, - он как раз выпутывал Виточку из бесчисленных слоев верхней одежды.

Потом, когда раздел, усадил внучку в свое кресло и стал объяснять:

- Деда должен поработать. Я быстро, а ты пока посиди тут. Хочешь рисовать?

Ребенок кивнул. Он только кивнул секретарю/юристу/бухгалтеру:

- Зина, присмотришь? – а сам попытался вникнуть в договор.

Нет, первые каракули вышли очень красивые.

Но не прошло и двух минут, как ребенок уже не хотел рисовать. Вместо того чтобы тихо сидеть за столом, внучка, заливисто хохоча и быстро-быстро перебирая маленькими ножками, носилась по офису и наводила там шороху. В воздухе летали листы бумаги и мелкая канцелярия, короче, все до чего могли дотянуться цепкие детские ручки. А потом она еще нашла ножницы.

Когда Тимур Захаров оторвался от бумаг и огляделся вокруг, офис было не узнать.

Как раз в этот момент раздался звонок, а потом открылась дверь, и на пороге появился Дмитрий Анатольевич Солнцев собственной персоной.

И застыл.