Новый год в стиле хюгге

Глава 11

«По утрам ты пахнешь щенком», — говорит Кир и сам, как щенок, тычется носом мне в шею — ищет тот самый запах…

Я распахиваю глаза и так резко выпрямляюсь на кровати, что сердце, кажется, не поспевает за мной. Это не сон. Кир вовсе не в моей голове! Вот он, живой, настоящий, теплый — прижимается ко мне сзади, его ладонь лежит на моем обнаженном бедре.

Я в панике вскакиваю с кровати, стаскивая одеяло, чтобы прикрыться — на мне лишь комбинация, — и тем самым оголяю Кира, который лежит в одних боксерах.

— Ой, — комментирует он.

— Какого черта?! — ору я, глядя в потолок. Лишь бы не на Кира. Обнаженного Кира, лежащего в моей постели.

Нет-нет-нет! Ничего не было! Да, был такой момент, когда все могло случиться. Но не случилось! Кир так и остался стоять с поднятыми руками, пока я замеряла обхват его груди. Он не обнимал меня, не целовал — я просто это представила и, плавясь от собственных фантазий, продолжила снимать мерки. Фантазии не считаются!

Когда я закончила с мерками, Кир сказал что-то вроде: «Надо позвонить соседу насчет собаки». Затем вышел на балкон и стоял там минут десять, хотя был в одной футболке.

Когда он вернулся, я уже постелила ему на кухне, вместо матраса — пуховое одеяло. Сказала, если появятся какие-нибудь признаки аллергии, чтобы звал или звонил, приходить не надо. И на всякий случай еще раз повторила. Потом закрылась в спальне и, наконец, зарядила телефон. Тридцать три пропущенных вызова. Я устала настолько, что в голове крутилась единственная мысль: «Какая красивая цифра».

Так что ничего не было. Между мной и Киром совершенно точно ничего не было.

— Прости! — хохочет Кир и запускает в меня подушкой, она отскакивает от меня и попадает в книги на подоконнике. Потом он садится на край кровати, начинает натягивать джинсы. — Просто прикинул, как ты отреагируешь на это, и не удержался.

Судя по его довольному лицу, ожидания я оправдала. Спохватываюсь и снова поднимаю взгляд к потолку — упустила момент, когда стала рассматривать Кира.

— Это вообще не смешно!

— Это очень смешно, Звездочка. Мы столько раз это проходили, а самые яркие эмоции ты испытала, когда мы уже не вместе.

— Кир, убирайся.

— Да, уже собираюсь. Я за машиной. Тебя подвезти? Там же недалеко от ресторана твой офис.

— Как-нибудь без тебя справлюсь! — бурчу я, выпроваживая его из спальни. Закрываю за ним дверь и прислоняюсь к ней спиной. — Как-то же шесть лет справлялась…

— Шесть лет, пять месяцев и шестнадцать дней, — говорит Кир в щелку. Подслушал меня!

— Семь месяцев, Кир! Семь! — кричу я на дверь.

— Я от балды сказал, просто прикольнулся. Я не считал.

А я, получается, считала! Черт бы тебя побрал, Кир! Я тоже не считала. Не особенно считала. А теперь получается, будто мне это важно. Но мне неважно — вообще, нисколько!

— Так ты сама или со мной? — доносится из коридора.

— Дай мне пятнадцать минут! — кричу я. Просто хочу сэкономить на такси. Дело только в этом.

Бегу в ванную. На руке повязка — совсем о ней забыла, душ толком не принять. Краситься тоже неудобно. Волосы кое-как завязываю в узел. И так еще несколько недель…

И вот мы с Киром снова мчимся по городу на заднем сиденье. Прислушиваюсь к своим ощущениям: вчерашнее наваждение, вероятно, вызванное недосыпанием и стрессом, прошло. Кир снова просто мой клиент. Ну… — кошусь на него, он задумчиво смотрит в окно, подперев кулаком подбородок, — чуть ближе, чем просто клиент. Клиентов я к себе ночевать не зову. Но на этом все.

Пока Кир очищает от снега машину и прогревает ее, я покупаю в кафе два стаканчика эспрессо и возвращаюсь к машине. Кир уже ждет меня. Протягиваю ему кофе, сажусь на переднее сиденье.

Машина плавно скользит по зимнему городу, пока почти без пробок. Рассветное солнце впервые за несколько дней прорезает низкие серые облака и выливается на город. Искрится снег, свет отражается в окнах домов, в окнах машин. Он настолько яркий, что сигналы светофоров кажутся тусклее.

Киру такая зима к лицу. Его глаза становятся ярче, в темных волосах появляется рыжеватый оттенок. Ловлю себя на том, что любуюсь им, и отвожу взгляд.

Как-то странно тихо в машине: ни споров, ни подколок. Непривычно.

Машина паркуется возле входа в бизнес-центр.

— Ну все, пока. Я тебя наберу. — Закрываю дверь, поворачиваюсь к Киру спиной и чувствую: что-то не так. Шум мотора не удаляется — он затихает. Следом открывается дверь.

— Ты куда? — спрашиваю я у Кира, выходящего из машины.

— Ты была на моей работе, я хочу побывать на твоей. Все честно, Звездочка.

Я отчетливо ощущаю, как у меня на затылке шевелятся волосы.

— Тебе туда нельзя, — только и выдавливаю я.

— Это почему? — Он приподнимает подбородок и прищуривается. Ненавижу, когда он так делает. Слишком притягательно.

— Почему?..

Да потому что мое прошлое ни при каких условиях не должно смешиваться с моим настоящим. Потому что мое происхождение — это тайна за семью печатями. Я стану изгоем, я стану объектом насмешек, если хотя бы одна живая душа узнает, что моя мама работает продавщицей в мясном отделе. А Кир знает обо мне все. Все!