Новый год в Тридевятом царстве

Глава 5.

Чёрный дворец, Навье царство

Единственный глаз Лиха с надеждой посматривал на задумавшегося Кощея. Визит шурина был неожиданным, а причина вполне объяснимой. Кеша сам маялся с беременной жёнушкой, тяжелый характер которой ухудшался пропорционально росту живота.

– А ты уверен? – снова спросил Кощей и внимательно посмотрел на понуро опустившего голову великана.

– С Маней ни в чём на сто процентов быть уверенным нельзя, но ты лишь представь, Иннокентий, какую райскую жизнь она мне устроит, ежели на празднике не побывает? – сокрушался Лихо.

Кеша представил и рассмеялся, чем вызвал печальный взгляд единственного глаза родственника.

– Ладно. На вот, - Кощеев махнул рукой и на столе перед Лихом появился ларчик. – Скажи от меня ей подарок к Новому Году, – Кеша оглянулся по сторонам. – Давай того, по рюмашке в честь праздника?

Автомобиль Мороза Иваныча

Водитель-снеговик с еловой шишкой вместо носа и угольками вместо глаз лихо вырулил на Невский проспект и услышав в радиоприемнике: «Я – Дед Мороз борода из ваты, я уже слегка поддатый…», прибавил громкость и принялся подпевать.

– Сева, не шуми! Не видишь? У нас тут драма? – прервал Мороз Иваныч снеговика-затейника.

А драма и правда была нешуточная: Варвара бледная и несчастная в жутком волнении листала окаянный календарь и из её рта вылетали лишь междометья да слова непечатные.

Усадьба Лешачкова

В усадьбе царила тишь да благодать. В саду у фонтана красовалась наряженная ель, на укрытых снегом газонах возвышались ледовые скульптуры, изображавшие всяческие сказочные чудеса, весь сад украшали разноцветные фонарики и гирлянды. В самом доме была чистота и уют: в гостиной полыхал камин, а на столике был накрыт романтический ужин на двоих. Вот только хозяев нигде не было. Борюсик Лешачков и его «сладкая булочка» Виола Рональдовна, видимо куда-то ушли и их незваные хмельные гости в недоумении бродили по дому.

– А я, ик, говорил, что идея, ик, плохая! – в который раз возмутился Котофей Котофеевич.

Черномор не оставлял попыток отыскать давнего приятеля и заглядывал в каждый уголок.

– Не сцы, хвостатый! От меня ещё никто не уходил! – заплетающимся языком, но с очень гордой интонацией заявил колдун.

Кошак лишь презрительно скривился и пошёл в библиотеку. Тут-то его ждала неожиданность. Один из стеллажей с книгами был слегка сдвинут, и в образующуюся щель проникал тусклый свет факелов. Котофей Котофеевич хоть и был котом ученым и обладал завидным интеллектом, но и у него был существенный недостаток. Он страдал неуёмным любопытством, и чем громче разум кричал ему: «Не влезай! Убьёт!», тем сильнее упрямое любопытство толкало его вперёд навстречу неприятностям.

Вот и сейчас, господин Ученый чувствовал, что там за этой потайной дверью что-то такое, что полностью изменит всю его кошачью картину мира, но остановиться уже не мог. Легонечко толкнул дверь в сторону и увидел перед собой освещённую факелами крутую лестницу в подвал.

– Кото… эй, ты это что тут такое нашёл? – хихикая, толкнул его в спину Черномор.

– Тсс! Тайный подвал! Но если ты, ик, бородатый, не заткнёшься, ик, нас поймают с поличным.

– Аааа, – сверкая пьяными глазами, протянул Черномор, не совсем понимая, зачем им надо прятаться.

Внизу послышались приглушённые крики, умоляющий голос Лешачкова и строгий голосок Виолы. Следом раздались шлёпающие удары, и вопли Борюсика стали громче. Пьяные товарищи переглянулись: Лешего явно избивала жена! А кто спасёт друга, если не они?

С криками, размахивая факелами и бутылью с медовухой, два героя ввалились в подземелье и замерли на месте.

Дворец Царя Гороха

– Несмеянушка, ты где? – Горох уже полчаса разыскивал неразумное дитятко.

Эх, была бы жива его Марфушенька-душенька, он бы и не узнал никогда какая это беда девку воспитывать!

– Кровинушка моя дорогая, я тут тебе сюрприз приготовил! Пригласил к нам шоумена из внешнего мира, Митя Тагиев зовут! Красивый, умный, бруфальный…

– Ох, папенька! Не бруфальный, а брутальный! Эт дикий, значит, необузданный, – мечтательным голоском сказала Несмеяна, выглянув из-за висевшего на стене вышитого покрывала.

Горох призадумался, почесал лысеющую головушку.

– И чего это девок на всяких дикарей тянет? Раньше воно, образованный нужен был, шарман там и всё такое. Не поймёшь этих баб! Тьфу, зараза! – пробурчал он сам себе. – Только он лысый и весь щетиной поросший, – заметив, как глаза у дочери загорелись любопытством, Царь довольно хмыкнул. – И в какой-то кривухе ходит, вот.

Несмеяна непонимающе выпучила глаза.

– Ой, папенька! В косухе он ходит, а не в кривухе! Ничего-то вы в современном мире не понимат! – сердито пробурчала Царевна.

– Один шиш! В общем, программу развлекательную я для тебя организовал. Так ты отца уваж – повеселись уж на празднике!

– Ну, ежели брутальный, лысый да в косухе. Может, и повеселюсь! – зардевшись, ответила Несмеяна и поспешила выбирать наряд.

Тем временем, в «Царских дубах»

– Как уехали? – удивлённо переспросила охранника Варвара. – А давно?

– Минут двадцать, – сквозь зубы ответил амбал с медвежьей мордой.

Варварушка запрыгнула обратно в автомобиль.

– Ну, сюда мы опоздали. Что уж теперь! Ох, а папочка мне говорил! Значит, все экземпляры уже должны быть у Гороха во дворце? – девица стрельнула глазами в притихшего Садко, и тот хмуро кивнул.

– Я вот вас не понимаю! Ну, подумаешь, Тритон после ванны в неглиже! У него же всё прикрыто морской звездой! А у Несмеяны вообще всё так мило – в нарциссах! – попытался вновь приободрить коллег Садко.

– Лучше молчи! Я как этого художника найду, навсегда у него желание рисовать отобью! – накаляясь, отозвалась Варвара. – И главное, я уверена, что на утверждение совсем другие рисунки носила! Лишь бы мы успели до того, как Гороховы слуги распространят календарь! А иначе… Даже не знаю что будет!