Новый Господин темноты

Глава 11. Догадки

Вокруг клубился туман, такой мягкий и воздушный, будто из ванили, будто напущенный специальным аппаратом, что ставят на сцены и на свадьбы, когда танцует невеста с женихом или отцом. Нина стояла посреди белоснежных облаков и вдыхала тёплый воздух. Кто-то взял её за руку. Она не испугалась и плавно шагнула к силуэту, скрытому в ванильных вихрях. Она пытливо вглядывалась в белую пелену. Это же он, тот, кого она жаждет увидеть… Он приподнял её руку, сдвинул рукав на запястье. По воздуху прошелестело перо, а кожу защекотали быстрые движения. Нина невольно улыбнулась. Что он там писал? Он отпустил её. Нина взволнованно поднесла руку к лицу. На запястье мелким витиеватым почерком складывались слова из черных чернил:

Душа Нины принадлежит Господину Виктору.

А дальше подписи:

Виктор Новирон.

Нина Сафина.

Та подпись, которую она вчера поставила на договоре. Вот она, вплелась в кожу, стала одним целым с ней, и рядом его… Эти буквы не написаны, а высечены на плоти, проникают в кровь и несутся с красными тельцами к сердцу.

Нина проснулась и машинально вскинула руку. Она вскрикнула, метнулась к окну и снова пригляделась к запястью. На коже действительно появилась надпись, слабая, едва заметная, золотистого цвета, будто тонкая цепочка от браслета:

Душа Нины принадлежит Господину Виктору.

Нина потёрла кожу пальцами. Она вбежала в ванную, схватила мыло и принялась нещадно растирать запястье рукой, мочалкой, щеткой, превращая золотистую высечку в красное исцарапанное пятно.

Господи, успокойся, почему такая паника?! Она же знала, на что шла. Всё, смирись, ты – собственность Господина. Это не так уж плохо, тебя не держат в четырех стенах или в башне посреди дремучего леса. Вокруг воспитанные и культурные люди, роскошь и эстетика. Прекрати драить руку!

Нина остановилась. Нет, она не успокоится. Она бросила тётю Ташу, Виту в такой момент… Что за малодушие, что за ничтожество. Как они там? Их не арестовали? А если к ним снова вломился тот головорез? А Пенелопа? Опять в одиночестве, наедине со своей тоской? А Алан? А тот красавчик в очках? А психология, университет? Она наплевала на них и, как полоумная, как магнит, побежала за силуэтом во тьме, за этим роковым человеком. Вот и радуйся, теперь ты принадлежишь ему.

Нину проняло холодом. А что, если она совершила ошибку?..

Она пулей вылетела из ванной, быстро оделась и вышла к Игорю. Только бы не оставаться наедине со страшным вопросом.

– Давайте позавтракаем в общей столовой, – пропыхтела она.

Она взволнованно шла за белоснежной фигурой Игоря навстречу гомону, разливающемуся из широких распахнутых дверей. Хор волнами будоражил воздух, то затихая, то оживляясь в разных частях огромного зала. Люди сидели за столами на 10-20 персон и бурно жужжали, поедая лакомства, подаваемые официантами.

Игорь остановился на пороге и отошёл. Нина подмигнула ему и махнула головой в сторону – мол, не жди меня, отдохни. Она невольно заправила волосы за уши, хотя они не мешали ей, поправила и без того гладкое платье и быстро зашагала по широкому проходу между рядами столов. Благо, по нему шли и другие люди, но косые и любопытные взгляды сопровождали Нину, пока она не села на свободное место и спряталась за большим меню в твердом переплёте.

– «Дикари, рано я посчитала пятый мир образцом культуры и деликатности», – фыркнула Нина про себя, а вслух сказала подошедшему официанту: – Мне, пожалуйста, яичницу и травяной чай.

Она сидела на крайнем стуле, с другой стороны 2 места рядом были свободны. Дальше сидели молодые женщины с детьми и старушки, а напротив них – весёлые и шумные парни, бросающие на Нину многозначительные взгляды.

Она снова фыркнула и оглядела стол, устланный белоснежной скатертью с кружевами. О да, вкусная еда поднимает даже самое хмурое настроение. Что же, пока есть возможность, нужно наслаждаться! Она взяла бутерброды с сёмгой и икрой, салат с креветками и налила себе апельсиновый сок. Яичница и травяной чай? Деревня, прощай. Нина уплетала рыбные деликатесы, чувствуя себя королевой, когда один из парней сел напротив неё с улыбкой сердцееда.

– Привет, – он стучал ногами по полу, отчего всё его тело вздрагивало. Обычно так ведут себя дети, у которых энергия бьёт фонтаном, а их заставили сидеть на месте. И люди, которым очень надо в уборную. – Я – Алекс, – он протянул руку.

Нина проглотила всё, что было во рту, и вежливо кивнула. Алекс, курчавый блондин с хитрыми глазами и большим улыбающимся ртом, убрал руку и оглянулся на компаньонов. Те делали вид, что увлеченно обсуждают серьёзный философский вопрос, но на самом деле следили за успехами друга.

– Ты новенькая, не правда ли? Я не видел тебя здесь прежде, – проговорил Алекс добродушно. – Мои друзья уверены, что я ошибаюсь.

Нине принесли яичницу с чаем. Она поблагодарила официанта.

– Я действительно новенькая, – неохотно сказала она. «Да ладно, брось смущение и не смей замыкаться. Рано или поздно тебе понадобятся знакомства и, если не друзья, то люди, которых можно попросить об одолжении. Не с одним же лакеем общаться». – Меня зовут Нина.

Алекс изумленно раскрыл рот и едва не подпрыгнул на своих пружинах. Нину так и подмывало заглянуть под стол – нет ли под его ногами горящих углей?

– Ты… – он не справлялся с возбуждением, – заключила договор с новым Господином?

Нина не заметила, как сдвинула брови и стиснула зубы. Как он странно спросил… Её глаза скользнули по запястьям Алекса. На его руках не было надписей. Она рывком повернулась к остальным завтракающим за столом. У некоторых запястья прятались за длинными рукавами, но у всех остальных кожа была чиста, как у новорожденного.