Новый мир .Надежда для Надежды.

Глава 5

К месту своего временного убежищa я добиралась с дедом Осипом, который был охарактеризован Макаром Силантьичем как отменный охотник и следопыт.
Из за срочности всей этой затеянной «катавасии» многие вещи оставили на « потом», так как из нас обоих носильщики были еще те...
Дедок должен был привести меня к избушке, и, слегка отдохнув, пойти встретить Арсения со всем добром, и сьестным запасом, надежно упакованными в походные котомки.
И уже с ним вместе вернуться назад.
Пока мы с дедом продирались сквозь проросший молодняк и буреломы, я чувствовала себя как партизан в тылу врага. Шарахалась от непонятных звуков, скрипов, шелеста...
_ Да что ж ты, дочка, пугливая то такая? Нет в округе никого, лишь мелочь всякая навроде белки, да ежа. Охолонись уже!
Но, после того как я проткнула ненароком ладошку, убирая в сторону очередную, мешающую продвижению, ветку с колючками, я стала слышать еще и странные голоса, которые пели...
Смысл той песни дошел до меня не сразу. Но вот когда дошел! Думаю, любой бы ошалел на моем месте...

Две души светлые когда в одну сольются
И щедро лес одарят своей кровью,
Уснувшие в веках от колдовства очнуться,
Что их в плену держала своей тьмою.

Воспрянет лес, что звался раньше Дивным,
Здесь ручейки опять заговорят...
Живой они поделятся водою
Лишь с теми, что зла в сердце не таят...

Но почему то дед Осип шел спокойно и никак не реагировал на это странное пение. Рядом, по стволу дерева пронеслась, со смешком, белка. И, очевидно, передразнивая кого то, тоненьким голоском пропела: Ой, боюсь–боюсь, и хихикая, исчезла среди ветвей.
У меня что, галюцинации?? О! Только этого мне не хватало!
Как же хорошо, что мы, оказывается, уже дошли.
- Ну вот, посижу с тобой немножко, да пойду помошничка встречать ... С довольным лицом заявил дед Осип. И не скажешь по нему, что старик, даже не запыхался.
Я, сидя на лавочке у избушки, избушка, кстати, так себе, лишь молча кивнула головой. Вообще старалась меньше говорить, боясь что нибудь ляпнуть не к месту.
А тут еще эти глюки...
Стоило только исчезнуть за кустарником дедовой спине, как на поросшую травой лужайку выскочила пара зайчишек, очевидно молодняк еще, а может вообще мелочь, кто их разберет.
- Привет! А ты к нам в Дивный надолго? Мама сказала, тебе надо спасибо сказать, что всем помогла. Сказал один.
- Да да, я тоже слышал, как она с тетей Белкой говорила... подхватил другой зайчишка.
Что это? Неет, это уже не смешно.
-А ну брысь, меховые варежки! Ишь, выпугали спасительницу нашу.
Рядом, на лавочку, пристроился небольшой такой, ну вот совсем небольшой, мужичек.
- Ты не бойся, девонька, я тебе сейчас все по порядку обскажу, что успею конечно, пока твой провожатый занят. Да и потом, как с ним признакомлюсь, жизнь ваша здесь веселей пойдет. И не обидит никто.

Лес наш, что раньше Дивным звался, на многие мили вокруг своими живительными ручьями славился. И слава та все дальше и дальше , словно круги по воде, плыла. Да вот только не каждому дано было той водицы испить...
Тебя как звать то, девонька? Что? Надеждой говоришь, ишь ты как! А душу твою, что приют в этом теле нашла?На-а-аадежда?! Ох, славно то как!!
Вот потому и спало проклятье то ведьмино, да разом со всех! Коли две души, да две Надежды в одну сплелись, силы то небывалые открыло.
А меня Авдеем кличут, смотрителем я при лесе то был, когда беда нас застала через волшбу злую, темную, что наслала пришлая невесть откель ведьма. Водицей захотела она разжиться. Для дел своих поганых.
Да не пустил ее лес и ручьи свои спрятал. Ох и бушевала, ох и злилась она! А потом сказала, коли не мне, так и никому боле служить ты не станешь, забудут люди тебя, и чудеса твои... Но успел Лес Дивный в проклятье ведьмовское свои условия вплести, сложно выполнимые, но потому и действенные, основу заклятья порушившие.
Вот и спал века лес, дожидаясь исполнения пророчества.
Чувствую я, что нет уж давно ведьмы той, сгинула.
Лес то, Надежда, лишь перед тобой во всей красе раскрылся, как перед спасительницей, а вот остальному люду он потихонечку, годами, раскрываться станет.
И оберегать он тебя будет, чую я тревогу да волнение твое... да еще Лес наказал мне водицы для тебя в хрустальном флакончике сохранить.
Для чего? А ты, милая, батюшку своего той водицей напоишь, да память ему вернешь. Да то не я, то дух Леса говорит, сказал и с тобой со временем связь наладится, тогда совсем хорошо станет.
Я к вам вечерком еще загляну. Познакомиться с соседями, как никак а пожить тут вам придется, пока дела худые да людишки дурные к покою придут.
Ну, бывай, девонька. Вон, уж и твои помощнички идут.

'''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''

Когда дед Осип вывернул из за кустарника, окружающего полянку возле лесной избушки, в сопровождении Арсения, я так и сидела на низенькой лавочке у дверей.
- Ну вот и пришли - сказал он, а потом, хитро глянул на меня и спросил – А чего в хибарку то не заглянула? Али страшно?
Потом, почесав макушку, добавил : – Ну, да, кто знат, какая там живность завелась за это время. Поперву сами глянем.
И, подойдя к грубо сколоченной двери, потянул за плотный брусок, заменяющий ручку. С натугой и протяжным скрипом дверь поддалась.
Широко распахнув двери, дед Осип шагнул к проему, но тут же отпрянул в сторону, что то крупное и взьерошенное с резким криком кинулось ему в лицо, но тут вовремя среагировал до сих пор молчавший Арсений. Он, словно битой, махнул тугой котомкой, что все еще держал в руке, и крупная пестрая птица шмякнулась на землю, копошась и пытаясь подняться на ноги.
- Ишь ты! Гли кось кто тут прижился то! – удивленно пробормотал дед, осторожно подходя к птице.
- Как же это тебя сюда занесло? Словно схоронился от кого... Батюшки! Да это ж Гаюшка, старого охотника Прокопа, что помер, почитай с пяток лет как.
Потом дед Осип ловко, словно делал это всегда,быстро прижал крылья к телу птицы и погладил ее по голове, приговаривая : - Тихо Гай, тихо.
Подхватив слегка очумевшую и еще не отошедшую от всего птицу, занес в избушку.
- Здесь ему привычней, а двери пусть открытыми будут, дух уж больно тяжелый, да и Гай поймет, что не неволим его.
- А это что за птица?, осторожно спросила я.
-Это то? Это сапсан. Очень Прокоп своим помощником дорожил. Редкая и дорогая. Поди наследнички продать удумали, а Гаюшка у Прокопа с характером... Был. Одичал поди за время то. И ведь нашел, где схорониться! Видать бывал здесь частенько с хозяином.
Ну что, Арсений?! Работки нам с тобой изрядно добавилось. - оглядывая внутреннее убранство, проговорил дед Осип.
- Ничего, справимся. Вы, дед Осип, командуйте, что делать надо, а я уж не подведу.
- В первую очередь нам с тобой, Сеня, надо печь проверить, да почистить хорошенько. Труба то, вишь, как устроена! Думаю по боковушке то и пробрался Гай вовнутрь.
- А почему труба в стене, а не на крышу ведет?
- А чтоб от искры пожара в лесу не случилось. Искра в колене задержится, притихнет, один дымок наружу пойдет. Да и избушку тяжелей сыскать, коли дым по лесу стелется, а не вверх летит.