Новый папа на Новый год

Глава 3. Симона

Полночи я не могу уснуть из-за странного поступка Мишкиного тренера. Зачем он поехал за нами? Мы долго еще болтались в игровой, долго одевались, неужели он нас ждал? Я считаю до ста и обратно, выписываю на мысленной школьной доске свои страхи и стираю их тряпкой, но сон не приходит. Я боюсь любого преследования, любого окрика за спиной, у меня есть основания для этого.

В интерес к себе, как к женщине, я не верю. Я самая обычная мать-одиночка, скромная рабочая лошадка. Таких женщин, без преувеличения, миллионы. На случайные любовные похождения у них нет ни времени, ни сил. Я без модной одежды и крутых увлечений, зато с парочкой ребятишек. На первом месте благополучие детей. И деньги, необходимые на это благополучие. А тренер Ковалев слишком хорош, чтобы быть свободным.

– Мама! Мама! Проснись! – детские ручонки тормошат меня, ерошат волосы, легонько дергают за уши и зажимают нос.

– А? Что? – я выныриваю из глубины сна и облегченно выдыхаю. Все хорошо. Я дома, в безопасности. Дети тоже в безопасности. Вон как веселятся. Сегодня воскресенье, мы дружно отдыхаем. Можем покататься с горки в парке, сходить в кино и добыть елку. – Как вы, ребятки-котятки? Не баловались?

– Мы хорошо, – важно отвечает Мишка. – А ты опять кричала.

– И что я кричала? – пытаюсь выкрутиться, пошутить.

Время от времени мне снятся кошмары. Я ходила по врачам, перечитала кучу литературы по этой теме, делала практики, копалась в своем прошлом, чтобы нейтрализовать негативный опыт, ставила свечки в храмах, но результат был нулевым, кошмары не прекратились. Я махнула рукой. У кого-то мигрени, у меня кошмары, ничего выдающегося. У каждого имеются недостатки. Просто по выходным дети дома и несколько раз подлавливали меня.

– Что кричала? – Мишка чешет лоб.

– Дед Мороз, приходи? Это я кричала? Да?

– Дед Мороз, приходи, – подхватывает Аришка. – И подарки приноси!

– Принесет, – заверяю я. – Мы же написали ему письмо. Недели Деду Морозу как раз хватит, чтобы собрать в мешок наши подарки.

– Хватит? – Мишка сомневается. – А наши подарки войдут в мешок?

– Войдут. Мешок волшебный. Кажется маленьким, а входит в него много. Снегурочка поможет деду.

– И снеговик поможет, – Аришка радуется, хлопает в ладоши. И я радуюсь, что пока дети легко переключаются с моих криков на новогоднюю тематику.

– И зайчик, – добавляет Мишка.

– И лисичка, – я поощряю развивающую игру и мы с хохотом перечисляем зверей, потом переходим на птиц. Я, наконец, переключаюсь с навязчивых мыслей на бытовые дела, завтрак и сборы в парк.

В парке с утра полно ребятни и мои отрываются по полной. Я хохочу, глядя на их выкрутасы. Мишка и на животе уже прокатился, и спиной вперед, и на ногах. Аришка трусит. Катается на ледянке, сидя строго лицом вперед, и верещит, если ее разворачивает. Мишка все чаще поглядывает на самую высокую горку и вздыхает. Горка платная и без взрослых на нее не пускают.

– Мам, – решается поклянчить Мишка. – Один разочек.

– Миш, я боюсь, – честно признаюсь в своих страхах. – Я же вам рассказывала. Давай ты подрастешь и тогда сможешь сам скатиться.

– Подрасту, ага, – квасится Мишка. Для него мой ответ звучит как не в этой жизни. Сообразительный парень. Понимает, что горку уберут раньше, чем он до нее дорастет. – Посмотреть же можно.

– Можно, – соглашаюсь я, хотя и смотреть, как на бешеной скорости летят с горы любители экстрима, для моих нервов тяжко. – Пойдемте, постоим рядом, отдохнем немножко. Нам вообще-то уже пора домой. Пообедаем, поспим, а потом в кино.

У высокой горки не протолкнуться. Я крепко держу детей за руки, чтобы не потеряться в толпе. К счастью, мы находим местечко, откуда все отлично видно и слышно. Восторженные лица и вопли катальщиков. Аришка прижимается ко мне, а Мишка не может устоять на месте. Прыгает и вопит вместе с катающимися, всей душой там, на горке.

– Добрый день, – раздается за нашими спинами и мы дружно поворачиваемся. Андрей Геннадьевич, будущий Мишкин тренер по карате, приветствует нас. Смотрит без улыбки, мне непонятно, зачем он нас окликнул.

– Здравствуйте, – возникает неловкая пауза, я не знаю, что сказать. Неудобно сразу уйти, едва встретившись.

– Ждете очередь на горку?

– Мы не катаемся, – важно сообщает Аришка. – Только смотрим.

– Почему не катаетесь?

– Мама боится горки, – я невольно сжимаю Аришкину ладошку. Кажется, мне пора учить детей не откровенничать с посторонними.

– Маму плохой дядя столкнул с горки, – влезает и Мишка. – Мама несла нас, а он толкнул. Мама испугалась, что мы покалечимся, – последнее слово Мишка произносит по слогам.

– Плохой дядя? Где он? – мрачнеет Андрей Геннадьевич. Хотя куда уж больше-то мрачнеть.

– Это было давно, – я прихожу в себя, хватит недоумевать, и пытаюсь взять разговор под свой контроль. – Не стоит об этом вспоминать.

– Мы совсем маленькие были, – сокрушается Мишка. – Но мы не плакали. И мама смогла убежать.

– Не плакали, – тотчас поддерживает брата Аришка. – Мы не плаксы.

– Если вы разрешите, Симона Викторовна, – Андрей Геннадьевич неожиданно предлагает свою помощь. – Я могу прокатить детей с горки. Я не боюсь.

– Зачем вас обременять. Спасибо. В другой раз, – предложение меня озадачивает. Неужели этому мачо хочется развлекать моих детей?

– Взрослому мужику как-то неудобно лезть на горку. Миша будет моим прикрытием, – шутит Андрей Геннадьевич.

– Очередь в кассу посмотрите какая. Час стоять придется.

– Билеты уже куплены, – окончательно смущает меня Мишкин тренер.

– Куплены? Когда? – внутри меня вспыхивает нешуточная борьба. С одной стороны, опасение и удивление поступком тренера, а с другой стороны, я понимаю, как сильно Мишке хочется прокатиться и других вариантов попасть на горку у него нет. Я не решусь скатиться, да и Аришку не с кем оставить. – Вы стояли в очереди?

– Еще утром купил. Народу было мало. Только одному кататься как-то палевно.