Новый папа на Новый год

Глава 9. Симона

Когда запрещаешь себе на постоянной основе любое лишнее слово, однажды не сможешь сдержаться и проболтаешься. Тайное становится явным, секреты открываются, шила в мешке не утаишь. Мои страхи как шило, продырявили мешок и черти выскочили наружу. Я пытаюсь осознать свои чувства, улавливаю немного облегчения и много паники.

– Симона, – стучу себе кулаком по лбу. Лежу в кровати, но заснуть не могу. – Ты дура! Круглая дура. Дура в кубе. Зачем рассказала Андрею о прошлом? После “а” придется говорить “б” и весь алфавит.

Могла бы не спрашивать себя, очевидно, зачем. Обрадовалась, что рядом возникло сильное плечо, на которое можно переложить хотя бы часть тяжелой ноши. История с пробитым колесом меня сильно испугала, сразу навалились воспоминания и страхи. Да еще Андрей предложил встретить Новый год в лесу. Неконтролируемая паника и, в результате, голова еще не сообразила, а рот уже заговорил.

Я стараюсь думать о светлом будущем, разукрасить праздник. Меня замуж позвали, дети будут рады прибавлению в семействе, с деньгами станет получше, но не получается мыслить позитивно. Привычка бояться любого шороха берет верх. Я начинаю прикидывать, куда можно по-быстрому уехать, какой город выбрать? Хотя бы на время скрыться, а потом вернуться.

Не самая выигрышная стратегия спасаться каждый раз бегством, только к другим действиям я готова еще меньше. Напасть первой на врагов? Оттаскать Настю за волосы? Пригрозить полицией? Не смогу. Размазня по жизни. Мои спонтанность и решительность так далеко не распространяются. Пробовала я ответить и проиграла. Как последняя лохушка проиграла.

Собиралась отомстить бывшей подруге, отправившей меня, беременную на последней неделе, практически на верную смерть и то не смогла. По телефону, что дала мне Алена, я не стала звонить. Решила увидеться с Людкой лично. Сама не знаю, что за помутнение тогда случилось в моих мозгах. Если человек так безжалостно поступил, то это выверенное решение, а вовсе не случайное. И уж точно раскаянию неоткуда взяться.

– Люд, – я подкарауливаю подругу через неделю после посещения своей квартиры. Жду у выхода из бассейна. Оставила малышей с няней на несколько часов. Деньги экономила, на полный день няню не брала. – Привет, подруга.

– Симка, ты, что ли? – кривится Людка. Она в новой курточке с вышивкой и кокетливой шапочке. Меня видеть не рада. Но и не боится. Набрасывается с упреками. – Чего приперлась, дурында? Ты мне не подруга. Я таких презираю.

– Чего я приперлась? Ты серьезно? А ты чего натворила? Чужой муж твоя добыча? Представляешь, через что мне пришлось пройти?

– Да ладно гнать, иди отсюда по-хорошему. Что было, то прошло. Мы с Колей счастливы. А ты мусор прошлогодний. Ребенок-то где? Оставила в роддоме? Подкинула под дверь? Коля поверить не мог, что ты его дочь бросила, а сама смылась из больницы. На пирушку побежала с абреками. Хорошо повеселилась? Через пару месяцев только про мужа вспомнила.

– Людка, ты что такое несешь?

– Какая я тебе Людка? Хамло!

– Твои обвинения глупые. И ничего общего с реальностью не имеют.

– Я правду говорю! А ты сволочь последняя. Я и подумать не могла, когда тебя из роддома забирала, что ты отказную написала. На младенцев очередь. Тут же и забрали. И концов не найти. А мужу ты что собиралась предъявить? Наврать, что мертвая дочка родилась? – Людка грубо толкает меня в грудь, а я пячусь и даже пары слов не могу найти в ответ на ее бредовые выкрики. – Если в тюрьму загреметь не хочешь, то больше не отсвечиваешь. Поняла? Узнаю, что к Коле пристаешь, ищешь с ним встреч, собственными руками задушу. Он в себя прийти не мог несколько недель, к психологу ходил после твоих выкрутасов. Убирайся! Тварь ты бессердечная.

Я предполагала, что Людка мне не обрадуется, предполагала, что она будет злиться и скандалить, и про угрозы думала, но услышать, что я бросила дочь и загуляла с абреками, оказалась не готова. В дурном сне такое не увидишь. Выходило, подруга знала, кто праздновал в том санатории, знала и привезла меня туда на верную смерть, сдала в заложницы бандитам. И ни капли раскаяния не выказывала.

Решив, что со мной не стоит церемониться, Людка вдарила мне тяжелой сумкой по плечу и пошла прочь. Я потрясенно смотрела бывшей подруге вслед. Она уходила от меня легкой походкой довольного собой человека. Походкой победительницы. Картина сложилась. Людка изучила меня хорошо, уверена была, что я захочу сбежать на новогоднюю ночь из больницы. А дальше, как говорится, дело техники.

Все продумала до мелочей. И санаторий нашла, откуда не выбраться при всем желании, и зверскую историю сочинила о моем гнусном поступке, и преподнесла историю Николаю так, что он помчался со мной разводиться. Взятку наверняка дал, чтобы ускоренно развели. А те жалкие смс-ки, что я отправляла мужу, Людка, скорей всего, перехватывала.

Не имей близких подруг, не приглашай их на семейные ужины, и не будет у тебя проблем и врагов. Эту незатейливую истину я познавала на своей шкуре. Именно тогда, глядя на прямую Людкину спину, расправленные плечи и гордо вскинутую голову, я поняла, что она исполнит все угрозы. Ничего в ее душе не дрогнет. Плевать ей на меня, на то, что со мной произошло, даже на Николая плевать.

Муж необходим как красивая мебель в гостиной, как дверь в приятную жизнь. И взять легко, только руку протяни. Наивно было ждать раскаяния, жалости, объяснений. Поступки людей самый красноречивый язык. А я, наивная брошенная жена, ждала чего-то извинительного от Людки. В моей голове жил жалобный сценарий, что меня потеряли, искали и продолжают искать, живут со скорбью в душе.

На деле, никто меня не терял и не искал. Наоборот, мечтали никогда меня больше не увидеть. И последовательно исполняли мечту. В нашу с Николаем квартиру поселили постороннего человека, номера телефонов поменяли, психолога нашли, чтобы окончательно отвернулся от подлой жены. А если бы я осталась в роддоме? Людка встретила бы праздник с Николаем и все равно бы придумала, как от меня избавиться.