Новый папа на Новый год

Глава 11. Симона

Невольно я сравниваю прошлый новогодний утренник и этот. Тогда дети плохо понимали, зачем их нарядили и привели к елке, баловались, кричали, и хоровод постоянно приходилось поправлять. Некоторые детишки даже ревели, увидев огромного для них деда Мороза, путали слова в простеньких стишках и громко звали мам. Сейчас совершенно другая картина.

Аришка, вместе с другими девочками-снежинками, кружится на цыпочках, плавно взмахивая руками под музыку, и я чуть не плачу от умиления. Замечаю, что камера ведет Аришку, у нее, в самом деле, получается танцевать лучше всех. За видео утренника придется заплатить, но я готова на эти траты. Пусть дорого, дети быстро растут. Я и сама фотографирую, но с моего места красивого ролика не снять.

– Умница Аришка, – улыбается Андрей. – Талантище. Ты правильно ее в танцевальную студию отдала.

– Спасибо, – шепчу я, благодарная за его внимание и гордость за Аришку.

– Ты, наверно, в детстве тоже танцевала?

– Все девочки танцуют, – киваю я, вспоминаю себя, снежинку, в детском саду.

В школе я занималась в балетной студии и однажды перед выступлением кто-то испортил мою пачку. Руководитель студии отменила мой выход, я проплакала весь вечер и мама предложила больше не ходить на занятия. Не стоят какие-то танцы горьких слез. Сейчас я уверена, что костюм порвала Людка. На следующий день она ехидно поинтересовалась, почему я не выступала на отчетном концерте.

Если бы заранее знать, понимать и уметь жестко реагировать. Как я могла прощать постоянные Людкины злые каверзы? Легко забывать и продолжать с ней дружить. В голову тогда не приходило, что это не случайности, порванная пачка, исправленная оценка в дневнике, опрокинутая ваза с цветами, приготовленная в подарок учительнице. Я жалела разведенную, одинокую подругу, а жалеть требовалось себя.

– Все хорошо? – наклоняется ко мне Андрей.

– Да-да. Я задумалась. Вспомнила кое-что. Не следовало вспоминать.

Андрей внимательно смотрит на меня, я не первый раз ловлю такой его взгляд. Вопрошающий, заботливый. Андрей готов выслушать и помочь. Ждет моей откровенности. Когда-нибудь я отважусь рассказать свою историю, а пока лишь мотаю головой, не стоит ему вникать и соучаствовать. Андрей снова берет мои руки в свои, согревает, я спиной чувствую, что нас разглядывают. Дня не пройдет и весь город будет обсуждать наши отношения.

После азартного Мишкиного танца я выдыхаю с облегчением, дети молодцы. Осталось получить подарки и мы свободны. Можно спокойно заняться подготовкой к домашнему Новому году, придумать занятия на каникулы. Но главное, дни рождения детей. Мы их празднуем сразу после курантов. А потом я укладываю детей спать. С каждым годом дети отвоевывают себе все больше минуток, чтобы лечь позднее.

– Хочу тебя познакомить с одноклассницей, – говорит Андрей. – Вон, за камерой стоит. Валентина. Заодно спросим про видео.

– Я как раз хотела узнать, – радуюсь, что вопрос с видео решится быстро. Наверно, поэтому камера ловила Аришку и Мишку. Из-за Андрея.

– Мама, – Аришка бежит ко мне через зал с подарком и Валентина поворачивает за ней камеру.

– Аришка, – я ловлю дочку, целую и смеюсь. – Моя красивая снежинка. Не растаешь?

– Что ты, мама, я же домашняя снежинка. Я не растаю.

– Это здорово, беги в группу, скажи Мише, что я сейчас приду за вами, – я поворачиваюсь к Андрею. – Мы пойдем одеваться.

– Подожди секундочку, – Андрей подзывает жестом Валентину. – Это Симона, моя жена.

– Всегда ты самое лучшее отхватишь, Андрей Геннадьевич, – Валентина панибратски тыкает кулаком в Андрея и подмигивает мне. – Я вам смонтирую ролик с утренника. После праздника только. Мне еще другие группы снимать сегодня и завтра.

– Спасибо вам большое, – я улыбаюсь и киваю. – Непростая работа у вас.

– Зато наши сюжеты охотно местные новости берут. Садик на хорошем счету.

– Мы обязательно посмотрим новости. Валь, тебе привет от Славки. Честно. Я с ним сегодня виделся.

– Врешь ты все, – не верит Валентина и обращается ко мне. – Симона, ухо держи востро. Эти два гаврика способны на все. По ушам ездить особенно любят.

– Валька, – притворно хмурится Андрей. – Ты мне репутацию не порти.

– Я и не порчу. Это ж комплимент был. На все способны ради любимой женщины, – уточняет Валентина. – На все!

Я уже и не сомневаюсь, что на многое способен этот волей случая мой мужчина. Очень легко Андрей сказал, что я его жена. Я бы не решилась после такого короткого знакомства представить его как мужа. Давно разучилась думать о мужчинах как о потенциальных мужьях. Да и замуж я не собиралась. И точно не рассчитывала, что желание записать Мишку в секцию развернется подобным образом.

– Помочь одеть малышей? – Андрей спрашивает, но очевидно, что готов идти со мной в раздевалку.

– Можно на улице нас подождать.

– Лучше вместе.

– Хорошо. Только не называй Мишку малышом, он верит, что после дня рождения станет взрослым.

– Не буду. Пацан молодец.

Мы идем в группу, переговариваясь на ходу, как будто много раз так делали. Посещали утренники в детском саду, хлопали и подбадривали детей и собирали их домой. Я не понимаю свои чувства. Какая-то испуганная радость. С оглядкой. После всего, что со мной случилось, наверно, не избавиться от привычки оглядываться и ждать нападения. Вроде и не угрожает ничего, а внутри бьется страх.

– Мама, – кричат Аришка с Мишкой, они уже оделись, стоят с шарфами в руках, и замолкают, не зная, как приветствовать Андрея.

– Снежинкам налево, морячкам направо, – не теряется Андрей и присаживается на корточки. Подхватывает одной рукой Аришку, а другой – Мишку, и поднимается. – Ничего не забыли? Отправляемся домой?

– Да! Нет! Не забыли! – кричат дети. – Подарки у мамы.

На всякий случай я проверяю шкафчики, садик закроют на каникулы, все забытое придется считать потерянным. Заглядываю в группу, чтобы поздравить воспитательницу с праздником. Воспитательница приезжая, как и я, поэтому не интересуется местными сплетнями, не в курсе войны, объявленной мне бывшей подругой Андрея. Зато предупреждает, что в вечерних новостях покажут утренник.