Новый виток жизни

14 глава. И пусть весь мир подождет! Финал

Мотаясь то туда, то сюда по коридорам между комнатами в здании театра, где на этот раз будет проходить концерт, я не могла унять свои мысли и привести их в порядок. Копошась где-то на подкорке сознания, миллионы маленьких «как» и «почему», и «зачем», не давали сосредоточиться на моей работе. Только выполняя всё на автомате, я смогла бродить по зданию с затуманенной головой и хоть что-то выполнять. Спасло ситуацию также тот факт, что турне подходит к концу, и через пару дней мы возвращаемся в Корею, где пройдёт финальное выступление айдолов, и потому практически не осталось настолько важных дел, которые могли перебить всех мушек в моём мозгу.

После слов Лены я задумалась, а правда, что же я чувствую? Мне не были неприятны волнения и поцелуи Чхондуна, взгляды, которые он изредка на меня бросал, но обжигающие сильнее огня. И до этого момента мне казалось, что он меня просто ненавидит или, на крайний случай, недолюбливает и ему противит сама мысль о том, что ему приходиться работать вместе со мной, даже не беря в расчёт наше довольно редкое общение. По этой причине в отличное от рабочих дел время я старалась не обращать на него внимания. Теперь, думая об этом, может всё это время я неправильно трактовала все его знаки? Может и мои чувства не совсем к нему прошли и остались прежними?

Нет. Наверное, нет. Всё поменялось. То, что я чувствую, эти эмоции стали не такими, какими были раньше, возможно, ушел тот юношеский максимализм, и возникло понимание того, что в наших и, скорее всего, любых других отношениях не только есть розовые цветочки, делающие весь мир вокруг лучше и затмевающие взгляд, но и шипы на стеблях, на которых эти бутоны растут. А тот факт, что я обращала внимание на парня, и то, что я была где-то в глубине души рада тому, что он всё же со мной разговаривает, а не полностью игнорирует, а также то, что между нами произошло за это время, оставляет только хороший осадок во мне. Его поступки всё же говорят громче его слов: он помог мне на конкурсе, хотя мог бы не обратить внимание, его замечание тем девушкам в коридоре, которое я ненароком услышала краем уха, его поцелуй и попытки спасти меня – это показывает неравнодушие брюнета ко мне, в хорошем смысле, конечно.

«Может… может у нас ещё есть шанс…?» – подумала я, улыбаясь сама себе.

Занятая такими мыслями голова, даже не сообразила, что на периферии сознания происходит разговор не совсем понятный и приятный мне. Корейская речь явно выделялась из всех окружающих звуков, обращая моё внимание на людей, стоявших в каком-то пустом помещении, только в тот момент, когда я оказалась напротив проёма, в которой даже не было двери.

***

Мужчина уверенными размашистыми шагами направлялся прямо к своей цели. Он уже всё для себя решил и не мог сидеть на месте сложа руки, и дожидаясь момента, когда всё пойдет прахом. Бездействовать было не в его стиле, и поэтому он обязан поговорить с ним, пока не стало слишком поздно. Мужчина знал куда идёт и уже обдумывал, как так сказать, чтобы всё прошло гладко и его лишняя головная боль, наконец, исчезла из поля зрения. Нужно было лишь надавить в правильных местах и подобрать нужные слова для того, чтобы кукла двигалась по его воле и выполняла всё правильно, не выходя из-под контроля. Завернув за угол, он заметил свою цель, которая была вместе с группой таких же, по его мнению, полезных инструментов.

Приблизившись к ним, мужчина обращает внимание Чхондуна на себя и просит отойти на пару слов. И отойдя от остальных подальше, они зашли в безлюдное место, куда обычно не заходит персонал, особенно сейчас под конец дня.

– Ким Шихун сонбэ-ним, Вы что-то хотели? – первым подал голос айдол. Мужчина напротив смерил парня пристальным взглядом, засунув руки в карман.

– Да, мальчик мой, – хмыкнул он. – Мы, вроде, до этого обо всём говорили. Разве я не предупреждал тебя? – чуть скалясь, спросил он, а нахмуренные брови говорили о его плохом настроении.

– Простите сонбэ-ним, я не очень понимаю о чём… – не успел брюнет договорить, как продюсер его перебил:

– Разве мы уже с тобой не разговаривали по поводу этой девки? – айдол вмиг напрягся. – Она же разбила тебе сердце, так унизила – сбежала с другим парнем ничего тебе не говоря! Она же тебя предала! – мужчина немного повысил голос, чтобы чуть сбавить темп и не настроить собеседника против себя, он откашлялся, продолжая более спокойно, стараясь донести до ума подчиненного правильную, нужную ему мысль: – Я тебя понимаю, встретить свою бывшую любовь спустя время, ещё и так тесно общаться – это, наверное, не легко. И, конечно, я понимаю, что чувства могут снова вспыхнуть, ты молод, горячая кровь. Но послушай более опытного старшего: эта девк… – увидев, как нахмурился Чхондун, мужчина постарался чуть исправить свою речь, чтобы не отталкивать парня, – кхм, эта девушка снова тебя предаст. – Снисходительным тоном обращался к Чхондуну, как к нерадивому дитя, отбившемуся от рук. – Поверь мне, такие не меняются, она снова покрутить перед тобой своим хвостом и через недельку другую бросит ради очередного, - помахал неопределённо в воздухе рукой мужчина, намекая.

– Я знаю, что Вы волнуетесь обо мне, но послушайте…

– Нет, это ты послушай меня! – перешёл на повышенный тон Шихун, раздражаясь несговорчивостью парня. – Я видел, как вы целовались, и хочу тебе сказать, что это не приемлемо…

– Что…? – случайно перебил мужчину брюнет, возмущаясь. – Это мое дело, что приемлемо, а что нет. Как Вы… – Чхондуну не понравилось, как собеседник указывает ему, что делать, хоть это и продюсер, но все же посторонний человек. Брюнет иногда полагался на него, как, впрочем, и некоторые другие подчинённые, однако разрешать настолько вмешиваться в свою жизнь он не намерен. (п.а.: ох, как бы это сказать… ну, уже поздно) Этот разговор и дальше мог бы так долго развиваться, если бы не одно «но».