Ну допустим, или Необыкновенные приключения подкаблучника

Глава 15. Одни происходят, другие производят

– Что происходит?! Que asco?![1] Ну и вонища! Что я здесь делаю?! – ошалело оглядывалась по сторонам обнажённая молодая женщина. Всюду, куда падал её взгляд, возвышались горы зловонных отбросов.

– Эй, ты! Напилась уже? Вали к себе! Здесь сейчас бульдозер пойдёт! – послышалось откуда-то сверху слева.

– А?! Что?! Я не…

– Проваливай, говорю!

– К… куда?

– Туда, дура! Домой иди! Обдолбятся и шляются тут… а мне потом с полицией объясняться…

Слезящиеся глаза девушки смогли наконец выделить на фоне гор мусора силуэт человека в противогазе и полностью скрывающем тело мешковатом комбинезоне с оттопыренной конечностью, видимо, указывающей, куда ей нужно идти.

С… спасибо! – крикнула она в ответ неожиданно даже для самой себя. – «Кто я? Что я здесь делаю? Что за дерьмо происходит?» – продолжала она удивляться вслух, идя в указанном незнакомцем направлении, то и дело спотыкаясь о мусор у себя под босыми и давно не мытыми, судя по их цвету, ногами. Впрочем, как и всё её чешущееся и зудящее тело.

Довольно скоро мусор под её ступнями сменился утрамбованным грунтом, а в сотне метров впереди показалась лесополоса. Между стволами чахлых деревьев она увидела несколько десятков трущобного вида строений из листов жести, фанеры и картона.

Пришедшая внезапно в как будто только начинающую просыпаться голову мысль обожгла и заставила пульс ускориться. Девушка, чувствуя, как её лицо начинает пылать, тут же стала озираться в поисках хоть чего-то, чем можно было бы прикрыть наготу. Ничего лучше пары чёрных объёмных пластиковых пакетов из-под мусора найти не удалось.

Кое-как прилаживая на себе свежеобретённые обновки, она услышала вдруг гневный вопль. Подняв голову и посмотрев в сторону лесополосы, девушка увидела неряшливого вида бородатого мужчину, быстрыми широкими шагами сокращающего расстояние между ним и ею.

Этот человек, энергично потрясая на ходу зажатой в одной руке плетью, другой конечностью властно тащил за собой на собачьем поводке покорно плетущуюся за ним женщину с ошеломляющей пустотой в глазах, из одежды на которой были только ошейник и покрывающая всё тело смесь пыли и пота.

– Ты будешь наказана, тварь! Где тебя черти носили?! Ух, как ты сейчас будешь наказана, бесовское отродье! – брызжа слюной от возбуждения, кричал разъярённый мужчина. Девушка почувствовала, как её спина отозвалась на его слова глухой болью. Видимо, наказана она будет уже не в первый раз.

Что-то в приближающейся вместе с разъярённым мужчиной женской фигуре показалось ей смутно знакомым. Нечто вдруг стало всплывать в памяти.

– Ве… Веро?! Ты ли это, сестра?! О, Господи! Что он с тобой сделал?!

Она бросилась навстречу практически приблизившейся паре и обняла безучастно застывшую девушку.

– Веро, подруга! Ты цела?! Ты слышишь меня? Моя хорошая! Это же я, Марисоль! Помнишь меня?! – причитала девушка, не обращая внимания на свист плети и появляющиеся с каждым ударом начинающие сочиться кровью и сукровицей рубцы у себя на спине.

Обняв голову покорно стоящей с отсутствующим видом девушки обеими ладонями, Марисоль почувствовала, как её губы стали сами собой произносить всплывающие в мозгу невесть откуда звуки, а пальцы начали едва заметно подрагивать им в такт, будто мягко подыгрывая на невидимых струнах.

Очередной удар плетью пришёлся по одной из её напрягшихся рук, оставив наливающийся кровью след не только на ней, но и на лице её подруги, начинающей уже моргать, как будто просыпаясь от долгого сна. Это возымело своё действие, и обожжённая плетью рука на секунду оторвалась от головы Веро.

Выставленные в направлении разъярённого мужского лица пальцы сами собой сложились в некую фигуру и начертили в воздухе невидимый знак. Сразу после этого потрескавшиеся губы прошептали необычную для человеческого уха серию звуков, напоминающую то ли тихий стон, то ли протяжный напев.

Выражение злобы на заросшем давно не стриженной растительностью лице экзекутора сменилось сначала недоумением, а затем ужасом. Плеть упала на землю, а обе руки стали беспомощно щупать воздух.

– Что с моими глазами? Что ты сделала с моими глазами, ведьма? Я ничего не вижу! – завыл тот в панике.

– Ма… ри… соль… – вдруг услышала девушка тихий сонный голос.

– Да, это я! Ты услышала мой Зов! Я с тобой, солнышко! Я, твоя сестра, здесь! Теперь я с тобой! Теперь всё будет хорошо! Не бойся! Я с тобой! Я рядом! Теперь ничего не бойся! Твоя сестра с тобой! Ничего не бойся! – не в силах сдерживать больше рыдания, всё повторяла и повторяла Марисоль.

– Где наша одежда? – через несколько минут, чуть успокоившись, спросила девушка испуганно притихшего и ощупывающего теперь уже молча своё лицо мужчину.

– Она в моём доме, – ответил тот с готовностью.

– Ведите нас туда! Можете видеть! – разрешила Марисоль, снова изобразив в воздухе некий невидимый знак.

– Да! О боги! Я опять вижу! Спасибо, моя госпожа! Прошу пожаловать в мой дом! – подобострастно поскуливая, недавний мучитель засеменил в сторону одной из слепленных из картона и ржавой жести будок. Там он быстро вытащил откуда-то два затхло пахнущих пластиковых пакета с джинсами, парой серо-зелёных футболок и остальными составляющими девичьего гардероба.

– Разве это всё? – недоумённо подняла бровь Марисоль, тут же начав одеваться в отнюдь не свежестью пахнущую одежду.

– Ах, да, простите дурака, забыл совсем! – залебезил неискренне мужчина, после чего нырнул в свою хижину и вернулся с двумя женскими рюкзачками. Найденные в них телефоны оказались оба ожидаемо разряжены.

– Как тут заряжают мобильники? – поинтересовалась девушка, уже одевшись и помогая своей подруге.

– Э… – замялся было мужчина.

– Три песо! – прошамкала высунувшаяся из соседней хижины-коробки беззубая женщина неопределённого возраста, одевшая зачем-то кухонный фартук поверх старого бесформенного платья. После этого она, кряхтя и кашляя, выползла наружу и выкатила за собой на тележке автомобильный аккумулятор с присоединённой к нему охапкой проводов с разными разъёмами.