Ну, красавчик, погоди! или Снеговик моей мечты

Глава 9

Праздник вышел сказочным! Разошлись по комнатам мы все далеко за полночь. А утром студенты стали собирать вещи и отправляться по домам, чтобы зимние каникулы провести со своими семьями.

Я решила никуда пока не уезжать. Ещё в начале декабря я получила разрешение от родителей провести предновогодние дни с Эдемом и подругами и их кавалерами. Семья Адэски была на хорошем счету в обществе, поэтому родители считали Эдема отличной партией для меня и не препятствовали нашим отношениям. Но с тех пор многое изменилось. Эдем остался в прошлом, как и подруги. Зато вчера я нашла много новых друзей. Кстати, на празднике были не только простолюдины, но и некоторые дворяне предпочли провести время с нами, а не на балу. Были и Стен со своей девушкой и ещё несколько знакомых мне девушек и парней, с которыми мне не доводилось общаться прежде. В общем я решила пока остаться в академии и провести время со Скаем и новыми знакомыми – часть из них тоже оставалась в кампусе.

На следующее утро просыпаться совсем не хотелось. Легла я поздно и долго не могла уснуть. Но и долгожданный сон, всё же сморивший меня, не дал полноценного отдыха. Снилось мне что-то муторное и неприятное, я будто увязла в болоте и тщетно пыталась выбраться. С того самого момента, как Эдем потерял сознание и попал в лазарет, меня снедало чувство вины и ещё какая-то важная мысль, что противно скреблась в моей голове, но я всё никак не могла её поймать.

– Принцесса, просыпайся! Уже одиннадцатый час! Пора вставать! – постучался в комнату Скай. Покрутившись в безуспешной попытке поймать ускользавший сон, я нехотя отлепила себя от постели и пошла умываться. Когда посвежевшая вернулась в комнату, мне на глаза попался какой-то блестящий предмет. Я подошла ближе, чтобы разглядеть его.

– Анрох! Как же я могла забыть! – я сжала в руке прохладный шарик. – Вот что я упустила! – я наконец смогла понять, что за мысль не давала мне покоя всё последнее время.

Я мгновенно собралась и вылетела из комнаты.

– Скай, я к ректору! Нужно сделать важное дело! – выпалила я поджидавшему меня снеговику.

– Как скажешь, принцесса. Но сначала завтрак! – друг подмигнул мне и ухватив за руку, повёл в кафетерий. Сегодня он впервые решил зайти и сесть со мной за столик. Пока я уплетала сырники, политые кленовым сиропом, Скай с грустью смотрел на недоступное ему сейчас удовольствие.

После завтрака мы сразу отправились к ректору.

– Чувство вины не даёт мне покоя. Я поняла, что должна во всём сознаться. Я хочу исправить хоть что-то из того, что натворила. Так будет правильно и справедливо. – Сообщила Скаю по дороге.

– Ты во всём права, Айси. – Друг улыбнулся и взял меня за руку. – Только не ты, а мы. Мы оба виноваты, и отвечать тоже будем вместе!

– Спасибо! – я улыбнулась и сжала в ответ его руку. Конечно, я бы пошла к ректору и одна, и не стала бы упоминать в своём рассказе Ская. Но от его поддержки и готовности отвечать вместе со мной, мне стало очень приятно. Я чувствовала, что мы с ним на одной волне и всегда понимаем мысли и чувства друг друга. Это было удивительно прекрасное ощущение. И я только больше уверилась в правильности своих действий.

Войдя в административное здание, мы поднялись на третий этаж. Здесь было тихо и пустынно, многие профессора уже завершили работу и покинули академию. В кампусе на время каникул оставались только пара дежурных преподавателей и несколько работников кухни. Несмотря на это я надеялась, что смогу застать ректора на месте, так как слышала, что он любил поработать в выходные.

Постучав в дверь и услышав ответ, мы вошли в кабинет. Это было просторное светлое помещение, оформленное в строгом стиле без излишних украшений. В центре стоял массивный деревянный стол, вдоль стен расположились такие же массивные деревянные шкафы, заполненные книгами и папками с документами.

Ректором столичной академии магии Сурадж был илаяр Золтер – сухопарый мужчина семидесяти лет с коротко стриженными чёрными волосами, очень цепким взглядом, острым носом и аккуратными усами. Он был очень строгий, но справедливый руководитель, внимательно следил за соблюдением правил и крепко держал всю академию под своим контролем вот уже сорок лет.

– Здравствуйте, илаяр Золтер! – поздоровались мы, и присели на предложенные стулья.

– Здравствуйте! Я вас слушаю. – Ректор отложил в сторону бумаги, с которыми работал, и внимательно осмотрел нас со Скаем.

– Илаяр Золтер… – начала я нерешительно и запнулась, не находя нужные слова. Я разволновалась из-за предстоящего разговора и последующей реакции на наши откровения. Пусть я была готова понести заслуженное наказание, но всё равно было боязно. И очень не хотелось, чтобы это дошло до родителей.

– Мы хотим вам кое-что рассказать об Эдеме Адэски и сознаться в неправомерных действиях. – Перебил меня Скай, помогая собраться с мыслями. – Возьмите, пожалуйста. На этом анрохе сохранена запись разговора Эдема с его друзьями. – Он передал ректору шарик-артефакт. Достав из ящика стола зеркало с ручкой, илаяр Золтар поместил анрох в специальную выемку сверху, и запустил запись.

– Благодарю, что передали мне это. Подобные вещи нужно пресекать сразу. Я займусь этим вопросом. – Нахмурив брови и поиграв желваками, произнёс ректор. – Но я хочу знать, как к вам попала эта запись, и в чём вы хотели сознаться? – строго и требовательно спросил он.

– Я встречалась с Эдемом… – сделав глубокий вдох начала я свой рассказ с самого начала, и поведала всё не упуская ни единой детали. Иногда слово брал Скай, описывая события со своей стороны. Ректор слушал нас внимательно, время от времени хмурясь, играя желваками и сжимая кулаки – сердился, но не перебивал. А меня дрожь брала от цепкого пронизывающего насквозь взгляда. От него хотелось спрятаться, и я уткнулась взглядом в свои руки, которые сжимала большая снежная ладонь Ская. Так мне было легче. Я прекрасно понимала, что вина за нами не маленькая. Кроме безобидных пакостей (тоже недопустимых!), мы наворотили дел и посерьёзней: порча учебников, проигранный Эдемом дорогущий экипаж (пусть ставил его он, но именно из-за меня он проиграл), ещё и причинение вреда здоровью: сначала вынужденные объятия с ледяной статуей, потом удар по психике запрещённым заклятием Совести. За последнее вообще исключить могли!