Ну ты попала, попаданка

Глава 3.1

Группа была почти сформирована уже к вечеру. Не хватало одной девушки.

Кира, Милена и Тильда сидели у огня, попивая ароматный чай с листьями черной смородины.

Милка, как ее уже про себя называла Кира, трещала без умолку, рассказывая про свой дом, про родителей и братьев, про неудавшихся женихов. Да про все на свете. Особым умом девушка не блистала, по крайней мере, на первый взгляд, но и дурой тоже не была. Скорее, прелесть, какой дурочкой.

Тильда, сидела с горделивой осанкой и изящно отпивала из фарфоровой чашки горячий напиток.

- Тильда, почему ты бесприданница? – Милена, устав трещать, наконец спросила у соседки.

В комнате повисло неловкое молчание.

- Потому что кроме титулов, никакого приданного у меня нет. – С легкой грустью сообщила она. – Мой отец был игроком и мотом, проиграл все наше состояние, кроме маленького имения, которое было приданным моей матушки. На хорошую партию я могу не рассчитывать, но, вполне возможно, польстится какой-нибудь богатый торговец.

Тильда украдкой смахнула хрустальную слезинку, печалясь о своей девичьей судьбе.

- Да ты чего… - Милена тронула ее за руку. – Ты посмотри на себя. Ты такая изящная, любой из аристократов был бы горд такой женой…

- Я не грущу. – Она улыбнулась светлой, печальной улыбкой. – Меня переполняют чувства от того, что сегодня передо мной открылись новые горизонты. Я смогу учиться дальше, стать востребованной магичкой с уникальными для женщины знаниями, я смогу сама стать кузнецом своей судьбы и не буду ни от кого зависеть, как зависела от отца моя матушка.

Кира только улыбалась своим мыслям. Вот и в этом мире женщины постепенно начинают отвоевывать себе свободу. По кусочку. Хорошо это? Плохо?

Она всегда с удивлением смотрела на потуги буйствующих феминисток, придерживаясь мысли о том, что настоящее равенство – это когда не унижают ни одну из сторон, во всем должна быть гармония.

Солнце за окном только начинало клониться к закату, и комната была наполнена теплым мягким светом, а воздух был прогретый и вязкий.

- И совсем не боишься? – Подначивала Кира новую знакомую, вставая с кресла, дабы открыть окно и впустить в комнату поток свежего воздуха.

- Боюсь. – Честно призналась Тильда. – Но того, что мне не повезет в браке, боюсь еще больше.

- Смотри сюда! – Раздался чей-то резкий голос с улицы. – Это Морфея прекрасная, она не терпит, чтобы с ней так варварски обращались. Ох и безрукая ж ты! Тебе только лук полоть такими руками, там ты точно ничего не испортишь! Вот! Становись, и дергай траву. Да не цветы! Свое наказание можешь считать исполненным, когда закончишь с этой клумбой.

Кира выглянула в окно, и увидела Аннету, которая тихо и зло отвечала своей мучительнице – женщине средних лет в садовых перчатках.

Фронт работ, предоставленный проштрафившейся ученице, впечатлял, хорошо если она справится с ним затемно.

Аннета зло посмотрела вслед садовнице.

Неужели ей обязательно нужно было придумывать именно такое наказание? Чтобы весь женский (да и мужской) корпус видел ее унижение. Копаться в земле, как простолюдинке. А подруги ее Сион и Дари? Тоже хороши! Смотрят из окна, улыбаются, смеются.

Колючие плети цветов больно царапали руки. Девушка поднялась, дабы немного размять спину и посмотреть на предстоящий фронт работ, и чуть не взвыла. Куда ей одной столько? Хотелось расплакаться. Но ни кто, ни один человек не увидит ее слез. Она справится. Нужно это только пережить.

Сначала она почувствовала рядом с собой чье-то присутствие, а подняв голову увидела рыжую, с которой они с утра сцепились.

Та подняла голову, и подмигнула, продолжая резво рвать сорняки.

- Что ты делаешь? – Наконец не выдержала Аннета.

- Как что? Тебе помогаю.

- Но на нас же все смотрят!...

- Значит давай сделаем вид, что нам с тобой очень весело. Может кто-то еще изъявит желание помочь.

Аннета не нашлась, что ответить, и некоторое время они работали молча.

- Прости меня. – Наконец тихо прошептала она.

Рыжая выпрямилась и улыбнулась.

- Не прощу. – Заявила она весело. – Неужели ты думала, что такой ребенок как ты способен меня обидеть?

- Я не ребенок. – Тут же насупилась Аннета.

- А ведешь себя как ребенок. Поэтому я предлагаю забыть все обиды и стать хорошими знакомыми. Как два взрослых человека.

В столовой было людно. На трех длинных, грубо обтесанных столах из потемневшего дерева стояли тарелки с грубой, но добротное едой, эхо разносило по гулкому каменному помещению множество мужских голосов, превращая его в один сплошной гул.

- А ты слыхал что творится в городах? – перекрикивая толпу спросил Вельке – часовой, который заметил его первым и не дал расстрелять.

- Нет конечно, откуда мне. – Данил горько усмехнулся.