Нулевой уровень

3.

Свалка находилась в самом низу, на земле, далеко от мегаполиса, добирались туда только наземным транспортом. Воздушные пути в данном случае бесполезны, слишком уж огромными были партии перевозимых грузов. Для этих целей использовались старые, тяжёлые вагоны, никакого воздушного транспорта, никаких надзорных ведомств, никаких налогов.

Уровни, начиная с наземного и до четвёртого воздушного это, по сравнению с небожителями, совершенно другой мир. Верхачи, как их называли местные, никогда не лезли на нижние уровни со своими законами и контролем. Попросту говоря, им полностью безразлично, что тут происходило. Местные считали, что в понимании верхачей внизу и вовсе нет жизни, просто технические этажи, ведь недаром отсчёт ярусов начинался с пятого уровня.

Но... здесь жили обычные люди. Жили просто, без излишеств и роскоши, ели простую пищу, чаще синтетику, так как пригодной земли для выращивания натуральных овощей и фруктов крайне мало.

О мясе и говорить нечего, его ели по большим праздникам, и для покупки такого деликатеса на верхние уровни отправлялся один человек, который брал заказы сразу от нескольких семей.

Обычно выбирали того, у кого имелась хоть сколько-нибудь приличная одежда. Появиться на высших уровнях в неподобающем виде считалось нарушением общественного порядка. И это относилось ко всем, даже к верхачам. Допустим, житель семидесятого уровня не мог вот так запросто подняться на сто десятый — нужна подготовка, как минимум, нормальный внешний вид. А так… Хочешь? Пожалуйста! Оплачивай вертикальный и горизонтальный транспорт, и хоть на самый верх! Только вот нужен ли ты там? И что ты там будешь делать, это вопрос. Поэтому особо не высовывались, каждый житель спокойно себя чувствовал в пределах своего яруса, этого было достаточно.

Мела жила там же, где находилось её учебное заведение, на четырнадцатом уровне, здесь заканчивался первый ярус. Дальше, с пятнадцатого по двадцать четвёртый шёл второй ярус жизненного достатка, и так далее, вплоть до сто пятьдесят пятого. Чем выше должность, достаток — тем выше ярус.

Сейчас Мела ехала в поезде, совершенно не переживая о нижних уровнях. Она часто спускалась вниз, чтобы найти подработку, и здесь точно не могли появиться верхачи. А с какого именно ты уровня — никого не интересовало.

Черноглазый парень спал, сидя, скрестив на груди руки, как и большинство людей в вагоне. Громкий стук колёс заглушал и дыхание спящих, и даже храп. Запах резины, куда же без него, здесь ощущался особенно сильно. Но Мела почти не обращала на это внимания, она смотрела на спящего парня. Он казался необычным по сравнению с другими мужчинами, совершенно выбивался на фоне других. Будто породистого коня запустили в стойло с фермерским табуном. Грубое, конечно, сравнение, она поморщилась, но зато верное.

Здесь, на их планете, не выращивали животных. Мегаполисы это многоуровневые города, там особо ничего не повыращиваешь. В самом низу земля не пригодна для посадок, слишком отравлена. Поэтому все продукты завозили с аграрных планет, а потом перерабатывались для разных уровней жизни по-разному. Богатые люди могли насладиться настоящей едой, и это чрезвычайно дорого, поэтому продукты разбавляли с синтетической пищей, чем ниже, тем больше. Мела подозревала, что для самых низших уровней пропорции составляли «чайная ложка на бочку». И почему она сейчас вдруг об этом подумала? Точно! Ей вспомнился один галасериал про аграрную планету, который всегда крутили в их студенческой столовой. Именно там она видела лошадей, и отсюда пришло сравнение.

Этот незнакомец. Таких идеальных черт лица не было ни у кого из присутствующих, да и пожалуй из тех, кого она знала. Интересно, откуда он?

Парень зашевелился, и Мела поспешила отвернуться к окошку. Она упрямо поджала губы, не позволяя себе смотреть в сторону красавчика. Вид за окном гораздо интереснее. Ага. Тут тебе и заброшенные, и работающие заводы, и мужики в засаленных комбинезонах, и древние, дымящие автокары с давно сломанными воздушными двигателями. Грязь, мусор, оголтелые крысы, которые совсем не боялись людей. Но это окраина, в жилых кварталах не так всё плохо. Там чище. И мусора нет. В общем, лучше. Немного лучше. Она старалась думать о чём угодно, лишь бы только не повернуть голову, вплоть до самого прибытия.

— Сообщаю для новичков, — как всегда в начале дня проводили короткий инструктаж, — сзади свалка, — вещал человек, принимавший их утром на работу, — там, — он махнул вправо, — около этого старого вагона стоят контейнеры. На свалке в общей куче лежат куски сверхпластика, сверхстекла, резины, разные тряпки, стройматериалы и металл. Вы берёте только металл, сортируете и бросаете в нужный контейнер. Каждый из вас может прийти сюда поесть, но только один раз. На руки сейчас нацепим браслеты, по ним получите питание, они же будут записывать вес и ценность того, что принесли. Кухня, столы там, — он махнул влево. — Встречаемся тут в семь по общегалактическому. Сначала дадут гонг в шесть, потом в половину седьмого, это для тех, кто далеко уйдёт. Кого здесь в семь не будет, потом не обижайтесь, поезд вас ждать не станет. Вопросы?

— А далеко можно уходить? — послышалось сзади.

— По желанию, можете гулять, где хотите, — без эмоций ответил мужчина. — Но помните, чем дальше уйдёте, тем дольше нести металл. А робот-приёмщик засчитает только то, что принесли, отсюда и размер вашей премии. Ещё вопросы? — Послышались шепотки, но ничего конкретного. — Вопросов нет. Приступаем к работе! — гаркнул человек, и люди поспешили к вёдрам. Мелкие детали приносили в них, крупные — в руках.

Ходить по твёрдым кускам разной формы и размера — то ещё удовольствие, и тут без толстенной широкой подошвы не обойтись. Такая у Мелы имелась, и это радовало. На этом радости заканчивались. Орсий уже вовсю хозяйничал на небосводе, не забывая припекать на головы, вызывая жажду и желание сбежать куда-нибудь на тенистую планету. Такое пекло редко встречалось на улицах в полисе, ведь обычно они надстраивались один над другим. Однако имелись различные боковые ветви, которые оставляли часть уровня под лучами светила. Были в этом и плюсы, и минусы.