Нужный враг

Глава 2. Марв тебя подери!

«Мы с тобой одной крови,

Мы с тобой одной породы,

Нам не привыкать к боли,

Если имя ей — свобода.»

— Искра, что на тебя нашло? На черта ты этого притащила?

— Тебе не кажется, что для лесного духа ты слишком много вопросов задаешь?

Тиш только фыркнул.

— Лесные духи в доме не ночуют, бездарь! Куда Лер только смотрел, когда тебе лекции читал?

— Куда Лер смотрел, когда тебя мне подарил?

Вопрос застал Тиша врасплох. Он аж задохнулся от такой наглости.

— Ведьма!

— А ты не знал? — невозмутимо осведомилась я, продолжая приводить кольчугу в порядок.

Мы сидели на крыльце избушки, греясь в закатном солнышке. Вредный вистник (2), любивший принимать облик большого кота, был моим единственным собеседником в последний год. Может, поэтому, а может, потому что обоятельный, но ему многое сходило с лап.

— Искра, а если он помрет? - не унимался Тиш.

— Значит я плохая ведьма. - отрезала я, -  Не помрет. Хотя с такими ранами должен был. Причем еще часа за два до того, как я его нашла.

— Вечно ты всякую гадость в дом тащишь, — по-стариковски прокряхтел висник.

Я проигнорировала это обвинение в свои адрес. Ну притащила и что? Будем считать это временным помутнением разума. А все-таки, Учитель мне хорошо в голову кое-что вбил. Да и Лер, закадычный друг Учителя, тоже, раз я не добила оборотня, решила помочь.

— Пойду погляжу как наш болезный, — я поднялась со ступенек крыльца.

— Ага, лапти не откинул еще, — пробормотал себе под нос Тиш.

Болезный не только ничего не откинул, но и потихоньку приходил в себя, едва слышно постанывая.

Отметив про себя, что трансформация закончилась, и теперь это уже человек, а не нечто, найденное на полянке в состоянии фарша, я осторожно осмотрела раны.  Результаты радовали. Кровь я заговаривать умею, что ни говорите, а все остальное заживет — на оборотне, как на собаке, регенерация у них хорошая.

Тело еще раз застонало и приоткрыло глаза, с трудом сфокусировав на мне взгляд. От неожиданности я тоже замерла — по моим предположениям, он еще пару дней должен лежать в состоянии полена.

Первой пришла себя я.

— Пить хочешь, волк?

Оборотень только веки опустил, в знак согласия.

 Кое-как залив в него пол-кружки травяного настоя и отметив, что жара нет, я уже собралась задвинуть занавеску, отделяющую закуток с лежанкой от остальной части избушки, как вдруг волк заговорил:

— Кто ты? — вопрос звучал вполне внятно и четко, хрипловатым, но неожиданно приятным голосом.

— Спи. Ведьма я.

 Но вопросы не закончились.

— Как… — он сглотнул, — как тебя зовут?

— Искра. Спи. Вредно тебе еще, разговаривать. И не думай, что я о тебе забочусь, мне просто жаль потраченных на тебя сил, —, но все же не выдержала и спросила, — тебя-то как зовут, ошибка Хельги(3)?

— Лексий.

***

 Оборотень не только выжил, он еще и быстро шел на поправку. Меня это несказанно радовало — поправиться и уберется куда-подальше. Я не люблю чужих на своей территории, слишком привыкла жить одна. Не люблю, даже если это хорошо сложенные темноволосые мужики. 

Только видно Марву захотелось потешиться(4).

— Больно?

— Щекотно, — сквозь зубы процедил оборотень, вцепившись в край лежанки так, что пальцы побелели.

— Черти!

— Что, саван шить?

 Я сдула непослушную прядь волос со лба.

— Нет пока. Я все же неплохая ведьма, раз ты еще жив. Тиш!

 Ага, размечталась. Висник ещё днём на меня обиделся и смылся к родне, в лес. Марв его забери!

— Вобщем так, — я развернулась к Лексию, — рана мне твоя, которая на груди, дико не нравится. Но нужных травок у меня, увы, нет. Можно было бы тебя, еще возле ручья добить и не мучиться, но… не получилось, поэтому буду платить за свою дурость, — я поднялась, -ночевать будешь один, я в лес пойду.

Конечно, это была не лучшая идея, оставлять раненого, практически беспомощного оборотня, одного, тем более, что я почти ничего о нем не знаю — спрашивать не стала, а сам он промолчал. Давнее правило наемницы — не лезть в чужую душу - я запомнила надолго.

Когда стемнело я стала собираться. Покидав все нужное в сумку и, прихватив верный меч, я уже почти готова была выйти, но…

— Искра!

Лексий приподнялся на локтях, морщась от боли.

— Что еще?

— Не ходи.

 Я фыркнула.

— С чего вдруг?