Няня для (дочери) босса

4.

Вопрос был задан таким тоном, как будто я только что украла у него как минимум секрет вечной жизни, а как максимум – его любимый черный костюм.

Я встала на ноги, отряхнулась от пыли, поправила растрепанные волосы и все равно чувствовала себя замарашкой.

Еще бы! Я перед самым красивым и влиятельным мужчиной, которого я когда-либо видела, и пытаюсь сообразить, что бы такое ему ответить, чтобы не отправиться прямиком на улицу с волчьим билетом и пожизненным проклятьем от «АртСтрой Групп».

Да начнётся игра под названием «Выкрутись, как сможешь!». И, судя по всему, правила этой игры мне еще только предстоит выяснить.

Что ж, будем импровизировать. Ведь что еще остается бедной, голодной, бездомной и наглой стажёрке, случайно уснувшей в чулане у большого босса? Только импровизировать и надеяться на чудо.

Я взяла с полки треклятые влажные салфетки и вручила ошарашенному биг-боссу, тем самым доказав, что я еще и подслушивала. Гениально, Настя.

Звони в транспортную компанию, пусть не приезжают и не привозят вещи! Тебя не только из офиса выпрут, но и из Москвы.

Пришлось изобразить максимально невинное выражение лица, на которое я только была способна (наверное, получилось что-то среднее между перепуганным оленем и пойманным на месте преступления хомяком).

Вытянувшись по стойке «смирно», я пролепетала:

– Я… я стажерка вашей компании.

И, чтобы подтвердить свои слова, судорожно вытащила из кармана злополучный пропуск, протягивая его боссу как индульгенцию.

Но, как назло, в этот самый драматичный момент моей жизни, мой предательский желудок решил подать голос. Он издал такой душераздирающий, такой громкий вопль, что мне захотелось провалиться сквозь землю.

Тимур Артурович, не дрогнув ни единым мускулом на лице, лишь слегка приподнял бровь.

В этом жесте было столько хладнокровного презрения, что я почувствовала себя тараканом, которого собираются раздавить.

Он, словно не замечая моего конфуза, забрал у меня салфетки, развернулся и направился к своему кабинету.

А я осталась стоять в коридоре, как оплеванная, не зная, что делать дальше. Бежать? Умолять о прощении? Притвориться, что ничего не случилось? Вариантов было много, но ни один из них не казался удачным.

В тот момент, когда я уже собиралась тихонько слиться с пейзажем, из кабинета донесся его голос:

– Идите за мной.

Приказ прозвучал как приговор. Поджав хвост (в смысле, поправляя помятые брюки), я посеменила на своих ненавистных каблуках вслед за ним. Кажется, я даже начала оправдываться, прежде чем переступила порог кабинета.

– Простите, пожалуйста, я… Мне просто негде было сегодня ночевать. Моя подруга, у которой я жила, резко попросила меня выселиться, а был уже вечер, и там был полный холодильник еды, я-то думала, что буду жить хотя бы до первого аванса… – выпалила я на одном дыхании, тараторя, как заведенная. – Я сейчас же уйду!

Тимур Артурович отмахнулся от меня, как от назойливой мухи. Кажется, он даже не слушал. Он аккуратно достал салфетку, наклонился и вытер с носа идеального черного ботинка каплю грязи. Одну. Каплю.

А потом с выражением брезгливости выбросил салфетку.

И кажется, только после этого действия дьявола немного подрасслабило. Он сел в свое шикарное биг-боссовское кресло и больше не выглядел так, словно сел на велосипед без седла.

А у меня от шока слова вылетели из головы. Нет, серьезно, этот человек – псих.

Тимурович взял телефонный аппарат (или что-то похожее на телефонный аппарат, только с кучей кнопок и непонятных символов) и начал что-то быстро набирать.

Судя по напряженному выражению его лица, он явно вызывал не службу доставки пиццы.

В животе похолодело.

Кажется, ему ответил пульт охраны.

Ой-ёй! Сейчас приедут суровые дядьки, скрутят меня и выкинут на улицу, как бездомную кошку. Но хуже всего – меня внесут в черный список всех приличных работодателей.

Прощай, карьера архитектора! Привет: чемодан, вокзал, Алексеевка!

– Соедините с начальником охраны, – сухо бросил он в трубку.

Мои опасения подтвердились. Все кончено.

– Да, здесь у нас… – продолжал он добавив с брезгливостью: – …инцидент.

Прекрасно! Я – инцидент. Как же грубо и обидно!

И тут он запнулся. Словно забыл, кого именно собирался сдать под конвой.

– Повторите имя, – произнес он глядя на меня в упор.

Я судорожно сглотнула. Сейчас все решится.

– Нестерова Анастасия… – пролепетала я, стараясь не смотреть ему в глаза.

И тут случилось нечто странное.

Бровь моего босса слегка дернулась. Едва-едва, но я заметила. Невероятно, но факт: кажется, он узнал мое имя! Быть не может! Откуда ему знать серую мышь-стажерку? Да, ну! Это простое совпадение.

Но следующее его действие заставило меня окончательно потерять дар речи. Он, извинившись, сбросил вызов охраны. И набрал другой номер.