Няня для (дочери) босса

10.

Первым делом записала номер босса в свои контакты. Угадайте как?

Черный кот. Почему? Потому что ходит в черном. А кот? Просто видели бы вы его грацию движений и слышали бы его голос – вопросов бы не возникло.

Итак, набравшись храбрости и вооружившись чашкой крепкого кофе (а как иначе переживешь встречу с реальностью?), я открыла электронную почту от нашего дражайшего Тимура Артуровича.

И знаете что? Мне кажется, моя челюсть до сих пор где-то валяется в районе колен.

Что это, собственно, за расписание для трехлетнего ребенка? Это же режим дня космонавта, готовящегося к полету на Марс, а не маленькой девочки!

В понедельник, значит, у нас «развивающие занятия по системе Монтессори».

Во вторник – «углубленное изучение английского языка с носителем».

В среду, чтоб ему икалось, – «синхронное плавание в бассейне с морской водой».

Четверг – «уроки живописи маслом в стиле импрессионизм».

Пятница – «мастер-класс по игре на арфе».

Серьезно? На арфе? Трехлетний ребенок и арфа? Да у нее пальцы еще до струн не дотянутся!

Выходные, видимо, отведены на «восстановление после трудовой недели» и «подготовку к новым свершениям».

А где, простите, время на то, чтобы просто поваляться в грязи, построить шалаш из подушек и посмотреть мультики, поедая шоколадное мороженое?

А список рекомендованной литературы? О, это отдельная песня!

Никаких вам «Курочки Рябы» и «Репки». Только «Сказки о толерантности», «Философские притчи для самых маленьких» (да она еще слова-то все не выговаривает!) и «Учебник по квантовой физике в стихах» (ладно, последнее я придумала, но готова поклясться, что скоро до этого дойдет).

Список разрешенных продуктов поразил своей заумностью не меньше. Никаких вам конфеток, печенек и прочих детских радостей. Только киноа, авокадо, органические овощи с фермы и безглютеновые маффины на стевии. Да она, наверное, слова «глютен» и «стевия» выучила раньше, чем «мама» и «папа»!

Это не ребенок, а какой-то подопытный кролик в лаборатории у сумасшедшего ученого! Или дрессированная собака, которой за каждую правильно выполненную команду дают кусочек… авокадо.

И знаете, что я вам скажу? Мне стало ужасно жалко эту маленькую Карину!

За этой горой развивающих занятий и полезных продуктов совершенно не видно ребенка. А ведь у нее такое классное чувство юмора! Я же слышала тогда по телефону.

Ей ведь всего три года! Ей хочется играть, баловаться, пачкаться и чувствовать себя просто ребенком. А ее превратили в маленького робота, запрограммированного на успех. Боюсь, как бы у нее в один прекрасный день просто не перегорел предохранитель.

Отложила телефон в сторону – с таким чувством, будто только что избавилась от чего-то ядовитого.

– Капец! – громко возмутилась я, обращаясь скорее к мирозданию, нежели к конкретному лицу. – Я, что, работаю в секретном НИИ по выращиванию гениев?

Ирина, шуршавшая у плиты и колдовавшая над чем-то явно полезным и безвкусным, тихонько кашлянула.

– Что-то не так, Анастасия Викторовна?

– Да тут все не так! Боже, хоть бы кто-нибудь объяснил, зачем трехлетнему ребенку занятия по… синхронному плаванию? А потом, внимание! – прогулка во дворе. Ровно час. Ну, а если она заиграется с кем-то из детишек? И чтобы я, видите ли, следила, с кем она общается! И какие слова слышит! Да они что, всерьез думают, что я буду стоять с блокнотом и записывать?

Я демонстративно закатила глаза.

– Уже представляю, как буду отчитывать какую-нибудь соседскую девочку за неправильное произношение слова «коллайдер».

Ирина, кажется, давилась смехом, но старательно делала вид, что сосредоточена на помешивании чего-то в кастрюле.

– Ах, да! Чуть не забыла! – продолжала я, жестикулируя рукой. – Там еще список тем, которые нельзя обсуждать в присутствии Карины! Политика? Да ей три года, какая политика! Финансовые вопросы? Ох, уверена, ее очень расстроит падение акций Газпрома. И, конечно же, личная жизнь Тимура Артуровича. А там есть что скрывать?

На этом месте Ирина не выдержала и прыснула, но тут же спохватилась и попыталась изобразить на лице скорбь.

Раньше она была уверена, что мы с боссом… близки. Но после инцидента с неотвеченным звонком она осознала, что нас ничего не связывает.

Не скажу, что у меня отлегло от сердца, когда меня перестали причислять к любовницам Баженова. (Ах, да, не припомню, чтобы я называла его денежную фамилию!) Если бы она продолжила так думать мне бы это даже польстило.

Тимур Артурович – элегантный мужчина и дорогой, словно космический корабль Маска. Если бы у него действительно была любовница, она, без сомнения, соответствовала бы его статусу… а не я.

Ирина покачала головой и со свойственной ей твердостью произнесла:

– Не нужно так о Наталье Игоревне. Она была очень… утонченной женщиной. Из интеллигентной семьи. Всегда следила за воспитанием Карины. Хотела, чтобы у девочки было все самое лучшее.