Няня для дочки отшельника

Глава 13

Инга

Мамочки!

Боже!

Нет!

Куда!

Я…

Нет!

А-ай!

– Лиза! – ору, наверное, на всю деревню.

Мечусь от страха… Рывок вправо, но там тоже коровы. Влево – забор…

– Помогите!

Вдруг слышу щелчок и куда-то проваливаюсь!

Ах!

Калитка!

Я уперлась в чью-то калитку, и меня попросту втащили во двор.

– Митяй! – орет красивая дородная женщина, покрытая платком. – Ты что ж творишь, козий потрох! Кто скот на штакетник гонит? Женщину вот напугал!

– Шурка, ты чи сдурела?! Гоню як кажный день! Вылавливай Рыжую свою, вона поперла до Малинихи во двор!

Я выглядываю из-за ее спины и вижу того самого Митяя, который воровал мои оладьи. В грязной футболке и растянутых на коленях штанах он кажется еще более убогим, чем утром – даром, что здоровый мужик.

Перед защитницей моей он тушуется, мнется, отворачивается, но на меня смотрит так, что я совершенно точно понимаю – он знал, что я здесь.

Знал и погнал стадо так специально.

– Рыжа! – громко кричит моя спасительница и сдвигается чуть в сторону.

Я цепенею, потому что на меня, покачивая здоровенным выменем, опять идет корова!

– Да отойди ты, – отводит хозяйка двора меня рукой. – Дай ей домой пройти. Доить надо!

Вздрагиваю, быстро отхожу.

Корова, не обращая на меня ни малейшего внимания, проходит в свой сарай.

Женщина еще пару секунд недобро смотрит вслед Митяю, а потом разворачивается ко мне.

– Шура я, – по-мужски протягивает руку. – Зеличева Александра! Коли будете у нас работать, так во втором классе у меня оболтус.

Оглядываю женщину.

Яркая.

Крепкая, с выразительными глазами, натуральными черными волосами и грудью, не уступающей пропорциями ее питомице.

И совсем не старая…

Михаил ее звал “теть Шура”, а она… Она ж едва ли старше его!

– А вы, значит, у Миши живете? – спрашивает она меня придирчиво, а я вдруг ощущаю укол ревности.

Миши? Ни от кого не слышала, чтобы его так звали. Мне представился Михаилом Юрьевичем. А она вот… Миша…

– Да ты что ли как Лизка немая? Что молчишь все? – возмущается женщина уже в мой адрес.

– Лиза не немая, – кручу головой. – И я тоже нет. Просто… – жмурюсь.

– Напугалась? – хмыкает Шура. – Оно ясно. Городскому жителю молоко в пакете подавай! А когда оно на тебя само идет! Да цельное ведро!

Женщина вроде как немного издевается, но мне не обидно. Что-то в ее облике есть такое… Располагающее. И сейчас я думаю о том, что она меня, считай, спасла…

– Спасибо вам, – вздрагиваю, – что помогли.

– Да делов-то! – хмыкает. – Ну да мне некогда. Лиза! – окликает она мою воспитанницу. – Лиза, банку вечером принеси!

Малышка кивает и почти вприпрыжку бежит ко мне, прижимая к себе полную трехлитровку.

– У вас молоко очень вкусное, – пытаюсь улыбнуться.

– А то! – довольно пыжится женщина. – Ну да идите. Мне доить пора.

Я подхватываю у Лизы тяжелую, на мой взгляд, банку и задумчиво плетусь по дороге.

Что это было?

Мелочный и мстительный Митяй?

Или угроза председателя в действии?

Или просто случайность?

Может же быть просто случайность?

Отгоняю от себя глупые мысли, но держу в уме, что надо будет рассказать об этом Ми… Мише? Михаилу? Михаилу Юрьевичу?

И почему меня так задело, что другая женщина его ласково Мишей зовет…

Поджимаю губы.

Ему не идет!

Он сильный, решительный, хозяин всего вокруг себя!

Он – Михаил.

Ну, для друзей, возможно, Миха.

Интересно, скашиваю взгляд, а Лизина мать его как называла?

До боли закусываю губу, заставляя себя об этом не думать, и отворяю калитку красивого дома на отшибе.

– Шмель, привет! – аккуратно протягиваю руку подбежавшему псу. – Мы вернулись.

В дом заходим шумно топая, только вот встречает нас тишина.

На столе записка: “Обедайте без меня, пришлось уехать. Буду к трем”.

Держу ее в руках и чувствую какую-то странную горечь.

Это, конечно, потому что я хотела странное нападение с ним обсудить! Не почему другому…

Я же не…

Я не…

Да елки-палки! Ну, давай хотя бы себе не врать! Мужик шикарный, и… И он такой, о каких ты только в романах читала. Волевой, решительный, умный, заботливый… Ироничный, смекалистый, любящий…

Ох…

Плохо дело.

Ни к чему хорошему это не приведет.

Ко мне он относится холодно. Подчеркивает, что отношения у нас чисто деловые. А то, как встретил – вообще отдельная песня!

И…

И на что я буду похожа, если буду глазки строить отцу своей ученицы?

Нет…

Прекращать это немедленно!

Как жаль, что та комнатка в школе пока совершенно непригодна для жизни…

Была бы я хоть от него на расстоянии…

Занятая всеми этими мыслями, на автомате накрываю на стол, расставляю тарелки, кладу ложки.

– Лиза, – зову девочку, – руки помыла?

Она кивает и молча лезет в кастрюли.

Ну нет. Так не пойдет.

А пусть-ка она мне жестами меню расскажет!

– Лиз, что отец на обед приготовил? – как бы невзначай спрашиваю ее и отхожу как можно дальше от плиты.

Вроде как к холодильнику.

Девчушка вздыхает, но отзывается:

– Мясо с картошкой потушил.

– О! Вкусно! – искренне восхищаюсь. – Ты любишь?

– Ага, – тянет без энтузиазма. – Но макароны с сосисками лучше!

Смеюсь!

Ну да!

Сосиски, да с кетчупом! Пища богов!

– Что скажешь, будем его ждать?

– Не! Он, наверное, в город поехал срочно. Ругаться будет, что я не поела.

– Понятно… – вздыхаю. – Тогда садись.

Обед вкусный.

Обычный, простой, добротный, домашний… Вкусный.

Картошка, томленая с мясом и лавровым листом…

Ем и думаю о том, чем вообще занимается этот мужчина? И сколько еще у него тайн и секретов? И как бы мне жить рядом с ним и не думать о нем так много?