Няня для дракона

Глава 3

Герхард

Я с удивлением открываю глаза. Удивительное чувство бодрости и спокойствия во всем теле, странно. Что же это такое? Неужели я выспался? Да быть того не может!

Я роюсь в своих воспоминаниях: вот маменька, вот миленькая незнакомка, потом пошли пить с Людвигом, потом появилась эта незнакомка с желанием стырить банан, потом случилась катастрофа… ах, как она краснела, да я ей за такое визуальное удовольствие кучу бананов подарком вышлю…

Потом на меня грохнулась эта дурацкая статуя, а дальше ничего не помню… Что произошло? Я, в конце концов, дракон! Да меня даже мраморным портиком не пришибить… А тут провал…

— Вы проснулись, милорд? — пока я предавался воспоминаниям о вечере, точнее о той его части, которую совсем не помнил, Густав тенью скользнул в комнату. Осмотревшись, я с удивлением осознал, что лежу в своей постели.

— Густав, я что, спал?

— Да, милорд, и крепко!

— А сколько по времени?

— Вы не поверите, но чуть больше суток!

— Да быть того не может! — в возбуждении подскочил я на кровати. — Невероятно! Немедленно свяжись с Его Величеством по магофону, мне нужны подробности этого бала! Давай, поторапливайся!

Густав тут же испарился, а я начал расхаживать по комнате, размышляя, что бы это все могло значить, и ожидая сигнала от Густава о Людвиге на проводе. Я уже в нетерпении наматывал, кажется, сотый круг, когда Густав, наконец, с таким же невозмутимым выражением лица, передвигаясь с обычной скоростью, занес в комнату магофон и, прежде чем подать мне трубку, пафосно сообщил: «Его Величество на проводе».

Вот зараза! Все, я передумал, не дам ему прибавки к зарплате, лучше в кабаке все пропью или вон на оперных певичек спущу. Говорят, в опере появилась новая прима… С выдающимся голосом, ну, и прочими прелестями, тоже крайне выдающимися. Надо только убедиться, что Людвиг еще не успел ей сделать аванса, потому что против короля я, конечно, не попру…

— Людвиг, доброе утро! Расскажи мне, что произошло на балу!

— И тебе не хворать, подожди, сейчас отложу газету, а то боюсь пролить свой меланж( Тип утреннего кофе, считается нормой утром устроиться с чашечкой и неторопливо читать газеты… часа два или три.).

— А он еще не остыл? — не удержался я, знаю привычку Людвига проводить несколько часов по утрам за кофе и утренними газетами. По мне, так пустая трата времени, но Людвигу нравилась почтенная неторопливость. И многие подданные стали следовать его примеру, что безмерно меня раздражало. Ведь найти столик на террасе становилось с каждым днем все сложнее и сложнее, а все потому, что аристократические бездельники просиживали с одной чашкой часами, обмениваясь новостями и сплетнями… тьфу!

— Поверь мне, мой остывший меланж не сравнится с той феерической арией, которую ты устроил на балу!

— Арией? Ты о чем?

— Ты просто виртуозно храпел, кажется, одну из фуг Биетховена, но, к сожалению, мы не смогли точно разобрать какую именно, твоя матушка спохватилась раньше… а жаль…

Я постарался молча проглотить издевательства Людвига, а он, как назло, еще и разразился заразительным смехом, вот гад королевский!

— Так объясни по-человечески, что произошло? Ты же сам знаешь, как давно я мучаюсь бессонницей, а тут сутки сна, и без лекарей!

— Ну, все просто. Та милашка, что так ретиво охотилась за бананом, случайно шарахнула тебя своей сырой магией, без злого умысла, конечно, это даже тайная канцелярия может подтвердить, а ты и отключился! Конечно, странная реакция, особенно для дракона, но храпел ты с полным изяществом!

Мой мозг нервно дернулся, и картинка начала складываться, как, впрочем, и план дальнейших действий…

— Людвиг, кто она?

— Да мы особо не выясняли, она тут же отправилась в обморок, и поверь, твой храп взволновал меня гораздо больше, чем какая-то, пусть и милая, но незнакомка. Кажется, ее утащила приводить в себя маркиза Кюнельт…

— Людвиг, подними всех, но к вечеру у меня должна быть папочка со всей информацией на эту девушку!

— Ого, Герхард, ты что, решил наконец-то порадовать матушку и жениться?

— Нет, я в кои-то веки собрался выспаться! — недовольно заметил я, размышляя, согласится ли девушка на роль фиктивной любовницы, но сначала необходимо узнать о ней побольше!

Ответом мне был заливистый смех.

— Я рад, что смог повеселить тебя сегодня, Людвиг, но я жду от тебя информацию...

— Конечно, но в обмен ты присоединяешься сегодня к моей компании, накинем маски и пройдемся по злачным местам города, сегодня Faschingsdienstag( Нем. Последний день, всегда вторник перед началом Великого поста, в этот день устраивают карнавал, наряжаются в дурацкие костюмы, пьют и едят очень много пончиков с абрикосовым повидлом.), если ты не забыл.

— Scheisse! (Нем. Вульгарное ругательство, значит, «дерьмо».)— грязно и со вкусом озвучил я свою точку зрения на происходящее.

— Да ладно тебе! Marille Krapfen und Schnapps (Нем. Абрикосовый пончик и самогонная водка или ликер.), что может быть лучше? Пока не найдем твою незнакомку, сон тебе все равно не грозит, так хоть оторвемся как следует…

Я лишь обреченно вздохнул: если Людвиг вбил себе что-то в голову, то переубедить его невозможно, даже мне…

— Вот и прекрасно, мы заберем тебя через пару часов! Виена, держись, мы идем! — радостно провозгласил этот неугомонный король и положил трубку.

Я выразительно посмотрел на Густава и приказал ему найти мою маску и плащ: если гулянки не избежать, то ее надо возглавить!

Аурелия

— Как вы могли так скомпрометировать наше учебное заведение?

Я стояла перед столом в столь любимом мной кабинете фрау Штайан и не знала куда деть свои руки, а если честно, то себя всю целиком, хотелось провалиться от стыда в какое-нибудь подземелье, но вот только есть ли такое, чтобы было достаточно глубоко, и меня никогда не нашли? Ведь это первый раз за все время моей учебы, когда я попадаю в этот кабинет не для похвалы. От горечи и обиды в глазах защипало, но я лишь сжала покрепче губы, сдерживая рвущиеся наружу рыдания.