Няня для любимой дочери злодея. Вот это попала!

Глава 4.1

Когда мы вошли в большой обеденный зал, мой взгляд сразу же остановился на мужчине, сидевшем во главе стола. Высокий, внушительный, с точёными чертами лица, словно высеченными из мрамора, он излучал ауру грубой силы и утончённости. У меня перехватило дыхание, и на мгновение мне показалось, что меня ударили под дых.

Было ли это просто нервное возбуждение, из-за которого у меня бешено колотилось сердце, или что-то более глубокое? От того, как его пронзительный взгляд встретился с моим, у меня по спине пробежала дрожь, и я почувствовала искру электричества, от которой у меня на мгновение перехватило дыхание.

Софи, не замечая напряжённой атмосферы, проскочила вперёд, чтобы сесть рядом с ним, и её косички подпрыгивали при каждом шаге. Я медленно последовала за ней, в моей голове крутились вопросы без ответов.

Несмотря на сюрреалистичность вечера, всё шло своим чередом. По крайней мере, я была ещё жива и могла наблюдать за происходящим. Единственным постоянным источником беспокойства был пристальный взгляд герцога, который смотрел на меня, как хищник, оценивающий свою добычу. Но, возможно, мне это просто кажется?

Тем временем София болтала без умолку, казалось, не обращая внимания на официальную обстановку и суровое присутствие герцога. Она болтала о пустяках, и её невинность и беззаботность резко контрастировали с бушующими внутри меня страстями.

Каждый раз, когда я осмеливалась украдкой взглянуть на герцога, его пронзительный взгляд встречался с моим, и по моим венам пробегала новая волна тревоги. Какие тайны скрывались за этими загадочными глазами? И почему от его пристального взгляда мне становилось так не по себе?

- Вам не нравится еда? — спросил герцог.

Вопрос герцога, безобидный на первый взгляд, едва не заставил меня уронить вилку, которой я ковырялась в овощном рагу. Меня поразил не сам вопрос, а тембр его голоса — знакомый резонанс, отозвавшийся в глубине моей памяти.

Я опустила ресницы и посмотрела на него сквозь их завесу, и меня осенило. Его голос, этот характерный баритон, всколыхнул что-то, давно похороненное в тайниках моего сознания. Это была связь, которую я не могла уловить, нить узнавания, которая угрожала распутать саму ткань моего понимания.

Я пристально изучала его, впитывая каждую деталь: сильную линию подбородка, острые углы лица, то, как его темные волосы слегка вились на затылке.

Отчаянно пытаясь понять, что за жуткое сходство между голосами, я мысленно сравнивала мужчин, с которыми встречалась с тех пор, как оказалась в этом мире. Ни один из них не обладал таким же характерным тоном, как у герцога, за исключением одного человека — таинственной фигуры из моих повторяющихся снов.

Его голос, этот безошибочно узнаваемый баритон, звучал в моей голове, вторя навязчивым мелодиям из моих ночных видений. Казалось, будто судьба соткала замысловатый гобелен, соединив нити прошлого и настоящего непостижимым и необъяснимым образом.

По спине у меня пробежала дрожь, когда я осознала последствия. Если голос герцога действительно принадлежал мужчине из моих снов, что ещё могло быть связано с этими размытыми границами реальности и фантазии? Вопрос тяжело висел в воздухе, требуя ответов, которые, к сожалению, оставались недостижимыми.

Неподвижный взгляд герцога был устремлен на меня, и от этого у меня по коже побежали мурашки. Я поняла, что он ждёт ответа, сделав глубокий вдох и заставив себя улыбнуться, я начала говорить.

- Нет, вовсе нет, — старалась заверить его я, пытаясь говорить убедительно, хотя в голове у меня все смешалось от того, что его голос был таким же, как у мужчины из моих снов.

Прежде чем я успела продолжить, вмешалась Софи, и в ее голосе прозвучало беспокойство.

- Алира просто плохо себя чувствует, — сказала она, переводя взгляд с меня на герцога.

Я удивлённо моргнула, на мгновение растерявшись. Когда я повернулась к Софи, она продолжила:

- Я слышала, как служанки сплетничали об этом...

Её слова затихли, оставив после себя неловкую тишину. Пронзительный взгляд герцога не дрогнул, выражение его лица оставалось непроницаемым.

И все же, когда я внимательнее вгляделась в лицо герцога, мне показалось, что я уловила в его взгляде нечто неожиданное — страх. Но как такое возможно? Что могло заставить такого могущественного человека проявить такую уязвимость?

Возможно, я совершенно неверно оценила ситуацию. Возможно, он просто беспокоился о здоровье Софи, боялся, что я могу каким-то образом заразить ее. Это предположение казалось правдоподобным, учитывая строгий этикет и меры предосторожности, часто принимаемые в аристократических кругах.

И все же воспоминание о том мимолетном взгляде сохранилось, отказываясь быть отвергнутым как простое воображение. Действительно ли я увидела страх в глазах герцога, или это была просто игра света свечей, играющего на моих и без того измотанных нервах?

Если герцог беспокоился исключительно о благополучии Софи, то почему теперь его взгляд был прикован ко мне, как будто он искренне переживал за моё состояние?

По мере того как ужин затягивался, герцог всё чаще и пристальнее поглядывал на меня, и каждый его взгляд проникал в мою душу глубже, чем предыдущий.

Когда вечер подошёл к концу, я приготовилась проводить Софию в её покои, стремясь поскорее покинуть душную атмосферу столовой. Однако, прежде чем я успела сделать шаг, вмешался герцог, попросив Аларика проводить Софию, пока он ненадолго задержит меня.

Только тогда, когда я оказалась лицом к лицу с герцогом, я заметила, что Аларик незаметно стоит в тени, словно призрак. Я не знала, как могла не заметить его раньше, возможно, меня отвлёк от всего остального пристальный взгляд герцога.

Теперь, когда Аларик молча наблюдал за мной, я чувствовала себя как образец под микроскопом, где каждое слово, каждый жест тщательно изучаются на предмет скрытого смысла.

Аларик и Софи ушли вместе, оставив нас с герцогом наедине в большом фойе. Он приблизился ко мне, сокращая расстояние между нами, пока мы не оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Его взгляд снова скользнул по моему лицу, и на губах заиграла улыбка.