Няня для оторвы (дочери главврача)

Глава 10

Руслан

Возвращаюсь в кабинет с неприятным чувством. Хочется нанять ещё одну няню, но на этот раз для Сони… Эта девушка, конечно, не такая катастрофа, как моя дочь, но тоже очень активная! Почему я так за нее волнуюсь?

— Так говоришь, Соня справляется со своей работой? — ещё раз спрашивает у меня Сонин отец.

— Справляется. Но хорошо, что вы приехали, я хотел с вами кое о чем поговорить.

— И я хотел поговорить, — отвечает Владимир Леонидович, как всегда, не дослушав меня до конца.

— Кто начнёт первый? — спрашиваю и сажусь в свое кресло.

— Начинай, — предлагает Владимир Леонидович.

Не люблю ходить вокруг да около.

— Скажу вам прямо, я считаю, что профессия врача не очень подходит для Сони.

Владимир Леонидович тут же открывает рот, чтобы возмутиться, поэтому я продолжаю быстро:

— Она справляется, но чувствует себя здесь не в своей тарелке. Есть очень много других профессий, которые идеально ей подойдут… Не всем же быть врачами? Понимаете?

Владимир Леонидович осуждающе на меня смотрит. Первый раз в жизни мне пришлось его расстроить… Он был моим научным руководителем в институте, именно он привёл меня в эту больницу и с самого начала видел во мне своего преемника.

— Как же это она, и тебя, Руслан, под свое крыло взяла? — удивляется Владимир Леонидович. — У тебя ведь тоже есть дочь?

— Да, есть, и я никогда не отправлю её в медицину, если честно.

— Это твое право! А моя должна быть на хорошем месте! Ты хоть знаешь, кем она хочет стать?

— Не знаю, — признаюсь честно, как-то не спрашивал.

— Парикмахером! Представляешь? Парикмахер! Это сведёт меня в могилу! У нас в семье столько поколений академиков, учёных, врачей, инженеров… а она парикмахером!

В чем-то я с ним могу согласиться. Шесть лет в медицинском, чтобы работать парикмахером? Не очень хороший вариант, но, зная Соню… и ее неожиданные стороны… Говорю:

— В принципе, если ей нравится, почему бы и нет?

— Так хватит! Это наше семейное дело, мы сами разберёмся.

— Но она ведь выросла, вам стоит давать ей больше возможностей выбирать…

Владимир Леонидович смеётся. Насколько я знаю, у него есть армянские или грузинские корни, честно, не помню, он как-то рассказывал. Может быть, оттуда идёт его закостенелость в таких вопросах?

Хотя, кто его знает? Неизвестно, каким отцом я буду, когда моей Василисе исполнится восемнадцать лет. Может быть, я посажу её в свою комнату, закрою на замок и вообще никуда выпускать не буду…

Все отцы своего рода немножко не в себе, когда дело касается их дочерей. В этом плане я понимаю Владимира Леонидовича. Но у нас с Соней уговор, я должен как-то его выполнить…

Она сидит с Василисой всего ничего, но я уже вижу изменения в дочери. Первый раз она так тянется к человеку своего пола… и жаждет женской ласки. Я всегда считал, что она растёт бунтаркой не только из-за характера матери, но и потому, что я ее воспитываю. Один.

А тут Соня, как луч света, в нашей жизни. У меня появилась надежда…

— А я вот по какому вопросу пришёл, — говорит Владимир Леонидович и загадочно улыбается, — я подыскиваю для Сони подходящую партию.

Я поднимаю брови вверх, потому что надеюсь, что он это несерьёзно.

— У тебя ведь нет жены, — продолжает Сонин отец.

— Нет, но у меня есть ребёнок.

Владимир Леонидович машет рукой:

— Это только плюс! Так что думаешь про Соню?

Не могу поверить, поэтому прямо спрашиваю:

— Вы сейчас сватаете мне свою дочь?

— Да, хочу найти ей хорошего мужа. А то знаешь, какая сейчас молодёжь пошла? Не разберётся, что к чему. А за тобой она будет как за каменной стеной.

Он делает паузу, а затем весело добавляет:

— А, знаешь, я сейчас подумал, если ты согласишься на ней жениться и станешь её мужем, можешь сам выбирать ей работу и профессию. Пусть идёт работать парикмахером. Вот тогда я возражать не буду, она уже будет не под моей опекой. Ну, так что, каков твой ответ?