Няня для рябинки босса

Глава 6.

Степан и Стефания.

– Пап, мне не нравится эта няня. И та, что была до нее, и та, что была еще до той, что была до нее, и та… – дочь загибает пальцы и показывает кривляниями женщин, что успели посетить мой кабинет.

– Да я понял уже, что тебе ни одна не понравилась, – я устало потер виски. Мне, если честно, тоже. Но няня нужна. У меня скоро важная сделка, мне надо уделить все внимание работе, а не решать, в каких колготках идет дочь в сад. Выбор колготок, конечно, тоже важен и нужен, но от этого выбора не зависит благополучие компании и и нескольких сотен ее сотрудников.

– Вредные они, – вынесла вердикт моя дочь.

– Тебе нужна нормальная няня, чтобы я мог на нее полагаться, – я так устал от этих бессмысленных собеседований. Я не могу наплевать на мнение ребенка, потому что знаю, что если она решит, то сживет со свету няню, которая ей не по душе. Снова женщина просто уволится и будет еще и требовать компенсацию за седые волосы, испорченную одежду и подорванную нервную систему.

– Но с этими же тетями ни поиграть, ни пошалить, – дочь залезла ко мне на колени и заглядывает в глаза. – Папочка, ты же знаешь, как важно ребенку пошалить?

– Откуда ты этого всего набралась? – я хмурюсь и смотрю на дочь.

– В саду няня, что с нами сидит в сон-час, смотрит ролики в интернете, – со вздохом кается ребенок. – Там еще сказали, что дети в саду ведут себя хорошо, а дома плохо. Это нормально и даже хорошо.

– Да ладно? – я все больше и больше понимаю, что ребенком надо заниматься, а не сбагривать ее в детский сад. Воспитатель сует нос во все сферы жизни детей и родителей, няни ролики смотрят, да еще и не в наушниках, и дети слышат все. – А ты почему не спишь в сон-час?

– Ну так я же уже взрослая, – ребенок разводит руками и делает большие удивленные глаза. – Я даже умею говорить “Рр-р–р-рыба”.

– Ты неподражаема! – умеет дочь поднять настроение. У этой истории про “Р-р-р-рыбу” ноги растут еще с тех времен, когда дочь посещала логопеда. Оказывается, что у логопедов тоже есть последовательность постановки звуков у детей. И вот звук “Р” они ставят одним из последних. И логопед довольно часто говорила, что когда Стеша правильно скажет слово “рыба”, то она станет совсем взрослой. Ребенок запомнил и сделал соответствующий вывод, что как только она произнесет это слово без ошибок, то это будет означать ее полное взросление.

– Да, – согласилась дочь и слезла с моих колен. Она вообще была лишена ложной скромности. К примеру, я говорил: “ты моя красавица”. Она неизменно отвечала мне: “да”. Согласием она отвечала на любой комплимент или похвалу, вроде как подтверждая прописную истину. – А можно я похожу немного по коридору и в холл схожу? – все в офисе знали мою проблему с няней, и все знали мою дочь.

– Сотрудникам не мешать, никого не отвлекать, с этажа не уходить, – перечислил я предупреждение.

– Само собой, – дочь снова сделала глаза как блюдца, а я закатил глаза. Вот же актриса малолетняя!

– Позови мне следующую кандидатуру, я пока побеседую с ней, – я думал, что смогу без детских комментариев поговорить с кандидаткой, но каково же было мое удивление, когда дочь выглянула в приемную и сообщила, что никого больше нет. – Ты всех распугала? – в этой шутке была лишь доля шутки, так как я свою дочь знаю очень-очень хорошо.

– Нет, папочка, – ребенок смотрит на меня невинным взглядом. – Как я могла? Я же здесь была.

– Прости, я уже стал параноиком, – качаю головой разочарованно. – Ну, может, еще придут попозже.

– А кто такой параноик? – Стефания заинтересовалась новым словом.

– Это человек, который всех во всем подозревает, – попытался объяснить ребенку значение слова.

– А я думала, это шизофреник, – задумчиво бормочет ребенок, а у меня глаза увеличились в размерах.

– Стефания Степановна, откуда вы знаете это слово? – хмуро смотрю на дочь.

– Я гулять, папочка! – дочь рванула из кабинета и чуть с ног не снесла секретаршу, которая несла мне кофе на подносе.

– Ваш кофе, – осторожно ставит чашку на стол Анастасия.

– Настя, к нам что, больше никто не пришел? – я с надеждой смотрю на девушку, но та отрицательно покачала головой.

– В запросе в кадровые агентства вы указали довольно высокие требования, и это были все кандидатуры, что подошли. Тем более это все так срочно, – развела руками девушка. – А хорошие няни на дороге не валяются.

– Да ни один хороший специалист на дороге не валяется, – усмехнулся я, попивая кофе.

– Может, вы хотя бы возраст измените в требованиях? – с беспокойством интересуется секретарша. – Я ничего не имею против вашей дочери, но она очень смышленый ребенок. А наши сотрудники, особенно отдел маркетинга и айти, не зайчики-одуванчики. Там мат стоит порой такой, что у меня уши горят, когда я им документы отношу. У меня дочь неделю у деда с бабушкой пробыла и приехала матерщинницей. У меня отец любит красиво выругаться.

– Я знаю, Настя, но разве может девушка в двадцать-двадцать пять лет найти подход к такому сложному ребенку? – я помнил, что в требованиях я указал возраст няни: от тридцати пяти лет.

– Я уверена, что именно молодая девушка найдет подход к вашей дочери, потому что она еще сама помнит свой детский возраст, – не соглашается секретарша. Она-то как раз бы и подошла на роль няни и по возрасту, и опыт у нее есть – все-таки двое своих детей. Но это же не выход. Она мне как секретарь нужна, я без нее как без рук.