Няня особого назначения

Глава 8

Собрав с помощью дворецкого нужные мне продукты, нагрузив их в коляску, чинно выезжаю из кухни. И, кстати, посмотрела я на того самого младшего помощника повара, с которым договорился Грэм о специях в еде. Им оказался мальчик, лет одиннадцати. Худощавый и пугливый, со смешными ощипанными крылышками, а-ля цыпленок табака, на спине. Бедняга, он чуть в обморок не упал, когда увидел меня. Дернулся и едва не выронил огромную кастрюлю с помоями. Из посудины выплеснулось на пол, раздалась ругань повара, а мальчишка получил громкую затрещину половником и вместе с кастрюлей сбежал куда-то, видимо от греха подальше, надеясь, что его не найдут, когда придет армаггедец. Ну вот еще! Жаловаться на ребенка – последнее дело. Я, сделав вид, что вообще проходила мимо, бодро нагрузила повара заданием для пикника и вышла ожидать в коридоре, где стоял Хитч агукая с Дашей.

- Ну что, как там ставки? – спрашиваю, когда мы отходим подальше, к окошку.

- После отравления Даши резко подскочило количество желающих участвовать. Так что теперь у нас семнадцать к одному, - хитро улыбается.

- О! Да вы разбогатеете на этом деле, - улыбаюсь. – Я вот тут подумала… будет справедливо, если я войду в долю, как считаете? А в обмен обещаю поднять ставки еще выше.

Хитч усмехается шире и довольным тоном говорит:

- Мне нравится ход ваших мыслей, Алена. И я с удовольствием сделаю за вас ставку, в долг так сказать.

Смотри, какой хитрый жук, этот Хитч. Должницу из меня делает. Ну-ну.

- Я рассматриваю это не как одолжение, а как вклад в наше общее дело. Если я буду выполнять творческую роль, то ваша – финансовая. Вполне равноправное партнерство, - говорю.

В ответ мне доносится хохот.

- Я восхищен вашей практичностью, - отсмеявшись, заявляет дворецкий. – Подобная черта крайне редка у женщин.

- У женщин, быть может, но я сейчас как мать говорю, - отвечаю с улыбкой, довольная нашим сотрудничеством, - которая должна думать прежде всего о своем ребенке. И нам лишние деньги не помешают, особенно с таким грабительским трудовым договором, как мой.

В общем, мы расходимся обоюдно довольные друг другом после того, как мне выдают нужные продукты. Дальше я везу груженную коляску на выход из этого мавзолея, по ходу дела поражаясь богатству и вычурности убранства. Понятное дело, это дворец, но золото в обивке стен и потолков – это нечто.

Грэм ждет меня на широком мраморном крыльце, нетерпеливо переминая с ноги на ногу.

- Все, мы идем? – встречает меня словами.

- Да, - отвечаю. – Помоги мне спустить коляску.

- Зачем? – Грэм смотрит на меня с удивлением. – Есть же специальный персонал.

И через секунду двое бравых парней, до этого открывавших мне двери, подхватывают груженную коляску и быстренько спускают ее по ступеням, сопровождаемые веселыми воплями Даши, пришедшей в восторг от такого способа передвижения и небольших рожек одного из мужчин.

- Эм… госпожа, можно мне?

Я, занятая тем, чтобы поправить пакет, едва не выпавший из коляски, не сразу обращаю внимание, что Даша вцепилась в рог одного из парней и держит, яростно притягивая к себе не только его, но и голову уже красного от смущения мужчины.

- Ам! – оглашает лужайку воплем победителя моя дочь, давай знать, что она намерена сделать с добычей.

- Дашенька, - останавливаю ручку малышки, разгибая по одному пальчику сжатый кулачок, - это нельзя ам. Это не еда.

Глаза парня, застрявшего рогом в руке дочери грозят вывалиться из глазниц. Наверное решил, что моя дочь какой-то лютый зверь, жующий на завтрак неугодных слуг.

- Давай отпустим дяденьку, а? – уже мизинчик отогнула, теперь безымянный пальчик.

- А-а-ам!!! – вопит ребенок, брызжа слюной.

- Госпожа, пожалуйста, не надо меня есть, я не вкусный, - дрожащим фальцетом стонет парень, то краснея, то бледнея, глядя на меня умоляющими, полными слез глазами.

Сзади, совсем не по-королевски, хрюкая и хрипя ржет Грэм.

- Дашенька, миленькая, дядя хороший, но не съедобный. А давай я тебе печеньку дам? Твою любимую, с сахарком.

- Не-е-еть!

- Ладно. Нет, так нет, - соглашаюсь с ребенком, игнорируя обмякшего в обмороке слугу, - тогда мы с Грэмом сами съедим, раз ты не хочешь? Правда, Грэм?

- О, я с удовольствием, - охотно включается в манипуляцию мальчишка, - давно хотел попробовать это печенье, но вы мне не давали. Вот это я теперь объемся!

- Не-е-еть! – орет басом Даша.

- Да. А как ты думала. У тебя свои вкусняшки, - киваю на зеленого цвета слугу, висящего тряпочкой вдоль коляски с зажатым рогом в руке кровожадной девочки, - а у нас – свои.

Достаю шуршащий пакет с детским печеньем.

- Даа-а-ай! – Даша отпихивает рог и тянет руки к привычному лакомству.

- Грэм, быстро хватай коляску и бежим отсюда, пока она не передумала, - говорю шепотом воспитаннику, протягивая Даше печенье.

Коляска еще никогда не ездила с такой скоростью, как сейчас. Мы бежали до тех пор, пока не скрылись за углом, лишь напоследок глянув на слуг.