Няня-попаданка для наследника генерала-дракона

Глава 24. Драка

— Ты совсем, что ли? — кричит Арнард, держась за руку. На лице мальчика искреннее негодование. — Кто так играет?!

Рион же по обыкновению яростно вопит, мотая головой:

— Так нечестно! Нечестно! Я так не играю!!!

— Что случилось? — быстро подбегаю и встаю между мальчиками.

— Он кусается, — говорит одна из девочек леди Тамсин, указывая на Риона. — Совсем озверел!

— Вот, — Арнард, переведя дыхание, показывает красную отметину чуть выше запястья. — До крови тяпнул!

— Я нечаянно! — вопит Рион. — Я не хочу так играть!

— Так, стоп, — прикрикиваю на них, и все дети испуганно умолкают.

Кажется, на них никогда не повышал голос никто из прислуги. Что же, пусть привыкают, что няня может и рявкнуть, если совсем края попутают.

— Рассказывай, с чего все началось, — обращаюсь к старшей дочери леди Тамсин. Несмотря на явное желание выделиться из толпы, она выглядит как рассудительная внимательная девочка и вряд ли будет привирать.

— Мы бегали, а Рион начал делать Арнарду подсечки, — говорит та. — Арнард разозлился и толкнул его. А тот стал кусаться! Как бешеный!

— Сама ты бешеная! Я нечаянно! — Рион снова начинает вопить.

— Рион, как это нечаянно?! Ты ему руку прокусил! — поддерживает один из мальчиков.

— Я тогда буду визжать! — и Рион немедленно приводит угрозу в действие, да так, что у всех закладывает уши.

Еще немного — и все поймут, что у террасы идет ссора вместо веселой игры. Нужно срочно что-то делать.

Я вздыхаю. Типичная детская разборка, раздутая из ничего. Но если не вмешаться сейчас, она может перерасти в настоящую драку, а этого мне совершенно не хочется.

— Так, стоп! Всем молчать! Рион, прекрати визжать, пожалуйста. — Пытаюсь говорить спокойно, но в голосе чувствуется сталь. Это обычно работает. Во всяком случае, с собаками и кошками идеально работало. А с этими полулюдьми-полузверенышами тоже должно сработать. — Арнард, покажи укус.

Осматриваю покусанную руку. Следы зубов заметны, покраснение есть, но вроде не сильно глубоко. Нужно будет обработать ранку. Вспоминаю о той маленькой шкатулке, что выдал генерал при инструктаже. Она так и лежит в кармане передника, и не зря!

Достаю мазь и обрабатываю след укуса. А затем поворачиваюсь к Риону:

— Рион, ты знаешь, что кусаться нехорошо? Это больно и неприятно. Попроси у Арнарда прощения. А вы, — обращаюсь к остальным, — встали ровно! Идем все вместе кушать! — строю сорванцов парами, не обращая внимания на протесты. — Кто будет спорить и орать — не получит десерта!

Рион, опустив голову, подходит к Арнарду и тихо бурчит что-то неразборчивое. Арнард, несмотря на покусанную руку, тут же смягчается и снова начинает улыбаться. Все-таки дети есть дети, пусть иногда они и с когтями и клыками.

Добравшись до столовой без приключений, усаживаю проголодавшихся ребят за стол. Несмотря на угрозу лишить десерта, на лицах все равно озорство. Айла накладывает еду в тарелки, следя, чтобы каждому досталось одинаково. Судя по всему, голод все-таки пересилил обиды и неудовольствие, потому что едят они довольно быстро и сосредоточенно.

После обеда нужно будет осмотреть рану Арнарда еще раз и обработать ее как следует. Возможно, придется даже обратиться к лекарю, чтобы избежать заражения. Все-таки слюна зверенышей — вещь непредсказуемая. Нужно спросить генерала.

А вот и он — появляется на пороге столовой, мрачный и заряженный, словно опять успел пообщаться со своей въедливой матушкой.

— Ну что, как тут у вас? — он окидывает взглядом пирующих детей.

Айла тут же выпрямляется по стойке смирно:

— Все хорошо, генерал. Обед проходит спокойно.

— А что за вопли сейчас были на террасе? — генерал окидывает взглядом притихших детей.

— Арнарда укусили, — рапортую, не дожидаясь чистосердечного признания Риона.

— Я нечаянно! — Рион заходится в крике.

— Это неправда, вы же видите, как расположен след от укуса, — настойчиво указываю генералу на ранку, густо покрытую мазью. — Они подрались. Рион начал первым.

— Перестань! Замолчи! — орет до хрипа Рион.

— Тихо! — внезапно так мощно командует генерал, что кажется, даже гости в другом крыле особняка стихают.

Генерал хмурится, его взгляд становится тяжелым, словно гранитная плита. Я вижу, как в его глазах зарождается гнев, но он держит себя в руках. Военная карьера научила его сдерживать эмоции, хотя порой видно, что это дается ему с трудом. Он ждет продолжения, не перебивая, позволяя мне изложить все до конца.

Не знаю, возможно, для сохранения мира и тишины следовало замять эту историю, тем более что Арнард уже снова повеселел. Но все во мне противится такому решению. Нужно отвечать за свои поступки. А Риону явно не хватает для этого смелости. Значит, придется его этому научить.

Даже если потом будет очень трудно восстановить между нами мир, я должна это сделать.

— Докладывай, — командует генерал, и я набираю воздуха, чтобы рассказать, как все было…